в комнату и начала раздеваться. Затем она подошла к кровати и только тогда поняла, что меня там нет. Обернувшись, она увидела улыбающегося меня.
— Быстро в кровать! — спорить я не стал, как и спать ближайший час.
Час гордо звучит, но, само собой, половину этого времени мы просто болтали, будучи всем довольны. Потом она снова оделась и ушла тем же путём.
Утром зашёл Кавадан и пригласил на завтрак.
Мы прошли в один из обеденных залов, это был личный зал моего тестя.
Войдя внутрь, я увидел большой стол, за которым сидела принцесса, будущий тесть, Тор и ещё одна очень красивая тёмная эльфийка, похожая на Снежинку, но явно немного старше.
— Мама? — спросил я, уставившись на ещё незнакомую мне персону.
— А я думала, вы пошутили, — как-то обречённо вздохнула та.
— Значит, я прав, приятно познакомиться.
— А как ваше полное имя и титул, молодой человек? — уточнила будущая тёща. Хотя её грех звать тёщей, за такой ещё можно было и приударить.
— Жигуль — это моё прозвище, — в этот момент Снежинка и Тор удивлённо посмотрели на меня. — Моё имя Виталий Владимирович Иванов. Я правитель одной страны в мире людей, ну и сильнейший маг из всех, кого вы видели, хотя последнее и так очевидно.
— Ты забыл сказать, что ты самый скромный маг из всех, кого мы видели, — ответила тёща.
— Так зачем это вслух говорить, очевидно же! )))
Смеха не смог сдержать никто.
— Рада знакомству, а я мать этой мигрени Зонионары, моё имя Валондерея Ная, моего мужа и правителя этого мира ты уже знаешь.
— Знаю, но он до сих пор не представился, только пытался меня убить, — начал кривляться я, садясь на противоположном конце стола супротив тестя.
— Джетериус Ная, но я буду удивлён, если ты меня будешь так называть. Доченька успела много рассказать о тебе этим утром. И прошу заметить, я хоть и был на пределе, но полностью контролировал ситуацию и при желании мог действительно убить!
После последней фразы наша троица весьма бестактно хмыкнула, подавливая смешки.
— Вы смеете сомневаться? — снова начал распаляться тесть.
Я перешёл в предел, подошёл к Джетериусу, снял с пояса свой кинжал и нацарапал прямо перед ним на столе: "НЕТ, ПАПОЧКА, НИКТО В ТЕБЕ НЕ СОМНЕВАЕТСЯ!!!" — а затем воткнул его в стол, сел на своё место и вышел из предела.
— Джек, успокойся, никто в тебе не сомневается, — с преимуществом в голосе произнёс я.
Правитель этого мира опустил глаза, прочёл надпись, снова поднял глаза на меня и задал всего один вопрос:
— Как?
— Ну, мы же провели столько времени среди перерождённых и выжили. А у них две особенности: они питаются любой маной, кроме чёрной, и могут замедлять ход времени. Я же, как вы могли убедиться, очень умный и внимательный парень, чтобы выжить там, мне пришлось учиться у перерождённых, и кое-чего я достиг.
— То есть, ты мог в любой момент меня убить, а я считал, что всё контролирую? — он явно не знал, паниковать или злиться.
— Не в любой, когда я вычерпал весь свой источник, то уже на самом деле ничего, кроме кулаков приделать не мог. А вот до того, да, мог вырезать весь дворец. Причём для тебя прошло бы не больше пары секунд. Но не мог же я, на самом деле, испортить знакомство с будущим тестем и убить его при первой встрече. Ты Джек, кстати, молодец, достойно держался.
— Лучше папа, — недовольно проворчал он.
— Меня вот что интересует, в какой момент ты решил меня не убивать и, вообще, отдать за свою дочь?
— Как только она перестала реветь.
— В смысле? — я даже столовые приборы положил и вытаращился.
— Ну, давай по порядку. Во-первых, ты вёл себя практически как равный мне, зная, кто я, на минуточку, практически все правители миров светлых дрожат от моего имени. Во-вторых, по тебе было видно, что, что бы ни случилось далее, у тебя есть решение на этот случай. В-третьих, я видел, как на тебя смотрела Зонионара. Я знаю свою дочь, как никто другой, и за пятьдесят лет выучил каждый её взгляд. Она смотрела на тебя с любовью, трепетом и страхом. Она даже на меня так никогда не смотрит. Меня смутил её взгляд, когда мы собрались сражаться, я увидел обеспокоенность не за тебя, а за меня. Быть такого не могло, но как мы только что выяснили, я не ошибся, могло случиться и так. Ты необычный человек, Жигуль Виталий Владимирович Иванов.
— СКОЛЬКО?
— Что?
— СКОЛЬКО СНЕЖИНКЕ ЛЕТ?
— Пятьдесят два. Но, если тебя беспокоит, что она слишком юна, то могу тебя заверить, она мудра не по годам, и завтра будет её инициация, поэтому тебе не о чем беспокоиться.
— А тебе самому сколько?
— Шестьсот двадцать один год по календарю пояса миров.
Я быстро через наруч подключился к ближайшей реликвии и смог через неё выудить информацию о календаре. В каждом мире в поясе миров был принят единый календарь. Само собой, протяжённость дня в каждом мире своя и количество дней в году тоже. Если с часами в сутках всё просто: была принята единая мера времени для всех миров, но, как результат, каждый мир имел своё собственное количество часов в сутках, год же был везде одинаков. Разницу в днях нивелировали, как у нас. Был високосный год, но в отличие от нас не каждый четвёртый, а каждый десятый. Так вот разница между Землёй и поясом миров около двух месяцев. Получалось, если по местному календарю Снежинке пятьдесят лет, то по Земному пятьдесят восемь.
— Тор?
— Сорок три.
— Мда, чувствую себя ребёнком. Тогда другой вопрос, почему Снежинка до сих пор ни с кем не помолвлена или как-то так?
— Почему ты, кстати, её так называешь?
— Потому что тёмненькая.
— Ясно, что ничего не ясно, ладно, это ваше дело, но будь добр, при посторонних называть её хотя бы по роду Ная. По поводу твоего вопроса… Да, были у неё женихи. Тут ты меня, собственно, и удивил больше всего. А, впрочем, пойдём, я покажу тебе её зал "славы".
— Пап, может не стоит?
— Стоит!
Папа встал и куда-то направился, я пошёл за ним. Через пару минут мы открыли
