что-то визжащую ртом набитым старыми трусами Стива, получилось уложить на низкий стол, зафиксировав руки и ноги. Правда для того, чтобы убедить тушу насколько такая фиксация необходима, пришлось поломать три пальца, и запачкать клещи. Весь пол был заранее покрыт клеенкой, так что это было не страшно. Хотя… Кому как. Стив обратился к скованному уроду: — możesz krzyczeć ile chcesz, nikt Cię nie usłyszy, ale im będziesz ciszej, tym szybciej odejdziesz.(Можешь кричать сколько пожелаешь, но тебя никто не услышит, но чем тише ты будешь себя вести, тем скорее уйдешь). — zrozumieć? (Понимаешь?), уточнил Стив. Жирный урод одобрительно кивнул. Стив расстегнул нижние пуговицы на рубашке испытуемого, и в какой-то момент это было действительно похоже на подготовку к акту сексуального насилия, но заместо большого черного дилдо, как по классике того жанра, Стив достал всего лишь банку с большой, белой крысой. По началу это было как то мило, но выложив крысу на живот ублюдка, Стив накрыл ее банкой, надёжно зафиксировал весьма клейким скотчем, и достал газовую горелку.
— Прошэ, заставь мне, цо ты там робишь? (Пожалуйста, оставь меня, что ты там делаешь?).
— Тераз и забачишь (Сейчас и посмотришь).
Стив только начал нагревать банку, как крыса стала мотать круги, обжигая об горячую банку свои маленькие, грязные лапки, и осознав бесполезность попыток пройти сквозь стекло стала кусать живот толстяка.
— wystarczy, wystarczy! Сzego potrzebujesz? (Хватит, хватит! Чего тебе нужно?).
— Мне? — отвечал Стив: Мне ничего не нужно. У меня все есть. Тебя наняли следить за девушкой, так?
— Так, ответила жирная туша. Тебе нужны подробности? Я все скажу!..
— Тссс… Тише, указал Стив. Не нужны мне никакие подробности. Мне нужно чтобы ты от неё отстал, и больше никогда не общался с тем, кто тебя нанял.
— Хорошо, я даю тебе слово, клянусь, я так и сделаю, отпусти меня, умоляю, я ненавижу крыс, я их боюсь до смерти… Сказал бедолага.
— Я знаю, ответил Стив, я знаю чего ты боишься, где ты живешь, где работаешь, с кем общаешься, где живут и работают все твои ближайшие родственники и дети. Если ещё раз я замечу что то подобное, то я даю тебе слово: крысой в прогрызенном брюхе ты не отделаешься…
Мужчина со страхом в глазах одобрительно кивнул. Стив облил бензином все что достал, вывел кретина на улицу, и бросил на пол горящую зажигалку. Затем снова затолкал его жирную тушу в багажник, и выгрузил на другой опушке, посадив на поляну. Схватил за бороду, крепко сжимая пальцы, приоткрыл повязку на его глазах, и приказал: —Секи сюда, у меня везде глаза и уши, ты меня понял? Мужчина одобрительно кивнул а ответ несколько раз, дрожа то ли от страха, то ли от радости что живой. Стив уложил его на живот, на опушке, развязал узел фиксирующий его руки и ноги, схватил за горло, и жестко ударил в бороду. Глухой нокаут. Стив поднялся, и закурил сигарету, встряхивая на тушу пепел. Докурив, он сжег свои перчатки, и взглянул на жирного урода, надеясь что это последний раз: — Когда очнешься — можешь идти, пробормотал Стив, лежачему без сознания телу. На последок до блеска промыл автомобиль кёркером, сел за руль, и уехал…
Глава 6
…Солнечная Варшава под подошвой Стива была ясной, как чаще всего, и во всю раздражала своим грёбанным ясным солнцем. На Стива столько навалилось в последнее время, и нужно было отойти от мыслей, потому он решил погулять в одиночестве. Дабы не ходить на своих двоих, он словил первый попавшийся троллейбус, и надев наушники, стал наслаждаться видами города из окна. Вот бы ещё покурить, подумал Стив, скрывая бутылку пива “zywiec” за своей кофтой, отхлебывая по глотку, так сказать пока в салоне по близости нет контролеров и полицейских. Он специально дождался не заполненного троллейбуса, присел на задний ряд вагона, снюхнул скрученной в трубочку купюрой в сто злотых с экрана своего телефона белую субстанцию, и напялил наушники, прежде чем открыл своё пиво. В бедные времена он развлекался именно таким образом, это было особенно актуально, когда ты работаешь в прокладке кабелей, и тянешь на своем горбу по траншее толстенные провода в пятнадцать метров длиной. Сечением примерно 3*2,5 — чертовы сто сорок три килограмма на километр кабеля, будь проклята «Fujima», вместе с Японией, откуда она пришла. И со своей зарплатой, которой хватало только на коммуналку, и на несколько раз затовариться в Lidl-e. «Lidl» это ничто иное как сеть супер-маркетов. Миллион камер над головой, и девяносто девять охранников на квадратный метр, и тем не менее десятки краж в день. В Польше не грабят, только воруют. Выходя из своей квартиры в Подмосковье щупаешь карманы на предмет того: не забыл ли дома кошелек, и не выложил ли из них острые колющие предметы. Выходя из квартиры в Варшаве: проверяешь не забыл ли оставить кошелек дома, и прихватил ли с собой нож…
Главное правильно подбирать гардероб. Правильно это: джинсы, с глубокими но узкими карманами, так вы почувствуете, если вдруг кто то решит приложить к ним руку без физического насилия. Если решит действовать не без этого, то вы почувствуете в любом случае… Стрельба здесь не актуальна, чрезвычайно высокая плотность населения, можно ранить случайных прохожих, здесь даже полиция ходит с дубинками и шокерами. Стива однажды приняли, на предмет наличия «котиков» в карманах. В целом все прошло хорошо, правда не стоило говорить молодой девушке-полицейскому: «Ты естэшь барзо файна (Ты очень красивая)». Им это вроде как не особо нравится. Видимо создается впечатление, будто ты собираешься трахнуть её прямо в полицейском минивэне. А женщину в погонах в Варшаве обычно сопровождает мужчина в погонах. Они не такие как в СНГ. Здесь вы не увидите в полицейских формах синие мячики для фитнеса. То бишь гимнастические мячи, да и хрен бы с ними. Солнце приятно грело через окно, Стив собирался выходить на ближайшей остановке, чтобы купить ещё пива, и продолжить свой путь в никуда. Он как раз расслабился, отвлекся от всей суеты, и уже было искал глазами до кого докопаться, прикола ради… Однако его планы оборвал звонок Тони. Стив поднял трубку и ответил:
(Стив): — А я уж думал этот день мне никто не испортит..
