Читаем без скачивания Лучшие НФ-рассказы из 'Новых миров'. Выпуск 2 - Роджер Желязны

ускорителем. Люди ничего не поняли, даже когда пресса, радио и телевидение поделились впечатлениями о том, как официальный представитель интерпретировал версию подозрений экспертов-атомщиков. К 1980 году они все еще спорили об этом.  

Все, что знал о случившемся Неверсон Билт - в одно мгновение он стоял прямо во время первого эксперимента в новой серии, а в следующее мгновение он уже лежал на спине, и зал был совершенно пуст. Более того, в помещении, казалось, появилось множество новых приспособлений и машин, а стены покрасили в другой цвет. Царила мертвая тишина. Зал был освещен, но довольно тускло.  

Неверсон попытался закричать. Он обнаружил, что с ним все в порядке, и в конце концов добрался до дверей. Они были заперты. Он подошел к телефону внутренней связи. Телефона не оказалось на месте. Не было никаких следов аппарата или подключенных к нему устройств.  

Он все еще кричал и колотил в дверь, когда из ниоткуда появилась огромная металлическая рука и подняла его. Примерно на высоте двадцати футов она протащила его через отверстие и опустила на пол в галерее, о существовании которой на такой высоте и в таком месте Неверсон ничего не помнил. Длинный шарнирный стержень приблизился к нему и ощупал со всех сторон, в то время как его руки и ноги удерживали металлические зажимы. Послышался резкий щелчок - манипулятор недовольно щелкнул и отодвинулся. Откуда-то с крыши донесся металлический голос. Он произнес:  

- Имплиз.  

- Кто вы такие, черт возьми, и что, по-вашему, вы, черт возьми, со мной делаете? - закричал Неверсон. - Я работал в холле и вдруг оказался совсем один. Что вы сделали с телефоном и зачем эти аппараты меня дергают? Кстати, как долго я здесь нахожусь?  

- Имплиз.   - Вы что, не говорите по-английски? Кто вы, черт возьми, такой?  

- Имплиз.  

- Parlez-vous fran"ais? Qu'est-ce que l'on fait alors dans cette gal"re?  

- Имплиз.  

- Имплиз-урнлей.  

- "Habla Listed espa"ol? ... Parla italiano?  

- Имплиз-фарс.  

- Sprechen sie Deutsch? Um Gottes Willen, was ist hier los?  

- Имплезшплице.  

- Черт с вами. Я ни слова не понимаю.  

Тишина.  

Зажимы на его конечностях затянулись, и к нему приблизился еще один длинный штырь. На конце у него было крошечное зеркальце или окошко, а рядом - пара клешней. Манипулятор залез в карманы его комбинезона, вытащил и, казалось, принялся изучать различные предметы. Наконец он извлек адресованный Неверсону конверт с отпечатанным на машинке текстом. Клешня поднесла его к окошку; письмо медленно осмотрели с обеих сторон, вверх ногами и сбоку, а также сверху донизу, включая почтовый штемпель (который на этот раз был хорошо виден). Затем манипулятор вернул конверт в карман. Большая рука, все еще крепко сжимавшая Неверсона, закинула его в нишу в стене, затолкнула туда ноги, и дверь закрылась. Ниша взлетела вверх, словно кабина лифта, остановилась, дверь с другой стороны скользнула в сторону, и Неверсон, моргая, увидел маленькую комнату, залитую ослепительным светом. Здесь сидел маленький старичок с выбритым затылком; старичок в бледно-голубой тунике, по-видимому, склонился над пультом, орудуя переключателями и рычагами. Он сидел лицом к нише и как раз отхлебывал что-то из фляжки необычной формы, которую поставил на пол. Неверсон с трудом выбрался на свободу, сгибая и разгибая ноги и руки.  

- Что, черт возьми, все это значит? Кто вы такой и что вы делаете на этом заводе? Я никогда раньше вас здесь не видел, и, похоже, вы возились с оборудованием.  

- Суздуммувспайтшплице, - мягко, но решительно сказал маленький старичок, пристально глядя на Наверсона. Голос был тот же, что и прежде.  

- Я вас не понимаю. Ne comprends pas. Verstehe nicht. Ya ne ponim"yu. Anlamiyorum. No capisco. No entiendo.  

- В-ватплиз. - Старик нажал на кнопку и крикнул вниз: - Undrowda, hooh srigh. Nannriggig. Paarurwclurz. Paarurwimvlup, nammprax navverrazawn boughillut un paarurw-rawtung, prundatt prax wennawnsimtaow! Nattgur-wuzzuzdum ... Sregjunzplize.  

Раздался металлический голос. Старик нажал на кнопку. Металлические руки схватили Неверсона. Слабый укол в мочку уха. Потеря сознания.  

Неверсон проснулся в полном смятении чувств. С его выбритого черепа снимали зажимы. Он лежал на кушетке обнаженный. Несколько представителей обслуживающего персонала, примерно половина из которых (к его ужасу), по-видимому, были женского пола, изучали таблицы и манипулировали кнопками. Комната казалась еще меньше предыдущей - и светлее. Температура была около 80®F. Неверсон обнаружил, что в целом может понимать речь окружающих, хотя некоторые из их существительных и даже глаголов звучали странно. Все вокруг носили цельные полупрозрачные костюмы, которые закрывали большую часть их лиц, но были прозрачны у глаз.  

- Где я? - спросил он, или, скорее, он сказал "Гееяаа? (Где здесь?)" на языке окружающих людей; однако смысл был именно таким, и с этого момента мы можем пользоваться более знакомыми нам словами. Но пусть никто не думает, что наш перевод - нечто большее, чем вольное переложение...  

- В глоссопсихическом центре, - произнес голос у него за спиной. Голос, как оказалось, принадлежал стоявшему там молодому человеку. - Судя по всему, вы из года один девять семь два. Проблемы в субкварковой области, вероятно, привели вас сюда, на линейный ускоритель, в год два три четыре шесть. Лингвистическое шунтирование проведено. Ваш навык, пожалуйста.  

- Навык? Анализ элементарных частиц.  

- Возможно, удастся использовать... Костюм готов, пожалуйста.  

Неверсон облачился в полупрозрачный костюм, который, очевидно, был сшит по индивидуальной мерке.   - Я проголодался, - сказал он. 

*

Десять месяцев спустя, после нескольких месяцев интенсивного обучения, он получил должность в департаменте прямого контроля параметров нового мирового правительства ("Drik Premda Kindrurw'). Неверсон поблагодарил судьбу. В настоящее время население земли составляло около четырех биллионов человек, и участь большинства людей, находящихся под безжалостным давлением растущей численности, незавидна. Запертые в маленьких квартирах (со всеми удобствами) в многоэтажных домах по всему континенту, вдоль морей и гор, они и их дети "получали образование", находились под присмотром и развлекались у гигантских телеэкранов; после рождения второго ребенка их в обязательном порядке стерилизовали, кормили настоями из водорослей, которые подавались по трубам, и никогда не выпускали на естественный дневной свет, за исключением тех случаев, когда жителей призывали на работы на открытом воздухе сроком на один год - это случалось в течение первых тридцати лет взрослой жизни, раз в пять лет. Подавляющему большинству людей было не для