в зеркале, то и участницы
Germany’s Next Top Model фантазируют о каком-то ином своем образе. Кроме того, формату программы сильно навредило бы, если бы участницы как-то рефлексировали на тему того, в каком положении они оказались. Выгонять их на подиум в бикини, словно стадо, можно лишь тогда, когда нет страха перед их сопротивлением. Вместо этого создаются все условия для того, чтобы они разразились целым спектром эмоций – от ликующей радости до глубочайшей тоски. Цель программы – не столько сгенерировать сильные эмоции у кандидаток, сколько поймать эти эмоции на камеру. Чем больше те вопят, боятся или ревут, тем чаще камера показывает их искаженные от переживаний лица. Туфли на высоком каблуке, которые девушки обязаны постоянно носить, тоже про унижение: передвигаться в них можно лишь с большим трудом. В передаче нередко показывают, что и родители одержимы карьерой своих дочерей. Очевидно, они тоже считают, что несколько минут в телевизоре с лихвой компенсируют многочисленные унижения. Кажется, родители интроецировали религию успеха рыночного общества, раз они считают, что их дочери имеют шанс на победу.
Germany’s Next Top Model – это в том числе и что-то вроде второго шанса для тех, у кого нет работы и представлений о том, чем им вообще заниматься. По сравнению с туманным будущим шоу словно обещает этим девушкам, что они выйдут победительницами из этого неодарвинистического отбора. За эту иллюзию – шанс на победу – крепко держатся все участницы. И для зритель*ниц очарование данного формата кроется в том, что им очевидны нереалистичные ожидания кандидаток, ведь со стороны шансы последних можно оценить адекватнее. Очевидно, что юные женщины заблуждаются, а именно на заблуждениях построено современное рыночное общество. Подобная экономика заставляет человека поверить, что у него есть шансы там, где их на самом деле нет. И вот зритель*ницы
Germany’s Next Top Model ощущают себя в превосходящей позиции, которая как-то компенсирует тот факт, что они частенько испытывают отчаяние и тревогу. Желание любой ценой дойти до конца слишком хорошо им знакомо. И пока они наблюдают за борьбой женщин, находясь по другую сторону экрана, они идентифицируют себя с их неудачами и поражениями.
Падение Мадонны
Словно королева, вышагивает Мадонна по сцене в длинной мантии, которую несут ее лакеи-танцоры. Мы слышим что-то вроде мотивационной речи, обращенной к зритель*ницам, в которой певица призывает их любить себя, не хотеть становиться кем-то другим, не бояться и не задаваться вопросом, что подумают о них другие. При этом ее послание не быть похожими на других звучит парадоксально, ведь сама она как раз и живет благодаря тому, что она пример для подражания для своей фан-базы. Ее успех не был бы таким грандиозным, если бы многие женщины ее поколения не узнавали в ней себя и не ориентировались на нее. После этой прелюдии Мадонна начала петь свою новую песню Living for Love, но запуталась в мантии и упала назад с довольно высоких ступенек. Она сразу же поднялась и продолжила петь, хотя и была в шоке. Тут возник неловкий момент, когда голос Мадонны пропал и был слышан лишь бэк-вокал, что вызвало ужас у танцовщиц и танцоров. Однако затем ее голос вернулся как ни в чем не бывало. Всё это можно было бы принять за удачную постановку для песни, смысл которой в том, что Мадонна, несмотря на частые падения (например, из-за любовных страданий), всё равно продолжает свое дело. «I will carry on», – так звучит припев этой песни, который теперь приобрел буквальный смысл: даже упав с лестницы, она продолжает петь. Мадонне часто удавалось сделать из личной ситуации и настроения нечто универсальное, с чем можно соотнести свой опыт. Сила исключительной женщины, которая никогда не сдается, как будто передается слушатель*ницам через эту песню. У них в результате появляется ощущение, что они тоже так могут. И эта энергия вдохновения – главный секрет хороших песен Мадонны: в них спрятан потенциал, который работает даже спустя годы, как, например, в треке Celebration. Возможно, их секрет также в сильно выраженных католических мотивах, которые всегда меня поражали в ее песнях. По крайней мере, в ее новом альбоме речь постоянно идет о грехе, прощении и воскресении. О связи ее текстов с религией можно говорить однозначно как минимум с альбома Confessions on a Dancefloor («Исповедь на танцполе», англ.), хотя исповедальня и была заменена здесь клубом и танцполом, что создало некое дистанцирование от института Церкви. Очень часто религиозные мотивы ее текстов симбиотически переплетаются с неолиберальными идеями. Это заметно по таким формулировкам, как «Ты сможешь, если ты этого хочешь» или «Твоя цель близка». Мадонна таким образом внушает, что ее путь исключительной женщины открыт и перед другими. В реальности же всё, конечно, наоборот: именно потому, что она успешно занимает место исключительной женщины, другие – если мыслить структурно – уже не смогут его занять. При этом забавно, что ее песни-признания зачастую содержат в себе идею отказа от психоанализа. В них постоянно присутствует посыл перестать держаться за прошлое и зацикливаться на проблемах и начать смотреть вперед. Между отказом Мадонны признавать влияние прошлого на настоящее и католическими мотивами песен, происходящими из ее детства, я вижу противоречие, создающее неразрешимое напряжение в текстах песен. Занятно, что голос Мадонны словно не стареет, хотя, возможно, это лишь результат цифровой обработки.
Заметки о прочитанном
Заметки о прочитанных искусствоведческих книгах – всё равно что вещи, потерявшиеся где-то в моем шкафу: если я не ношу их, то сразу про них забываю. Словно забытая одежда, мои заметки одиноко томятся в каком-нибудь файле. Вместо того чтобы давно признать, что я, в общем-то, уже много прочитала, или – если продолжать сравнение со шкафом – что у меня достаточно вещей в шкафу, я постоянно начинаю с нуля. Я словно та женщина из анекдота про «нечего надеть». Поэтому я решила прочитать все свои заметки, распечатать их и составить из них каталог. Нечто подобное я планирую сделать и со своим гардеробом, который хочу разобрать. Проведу еще одну параллель: и в уже написанном, и в уже когда-то ношенном свежий взгляд позволяет обнаружить новые возможности. Так же, как я нахожу теперь интересными другие пассажи, я натыкаюсь на забытые вещи, которые внезапно кажутся мне вполне подходящими под мой сегодняшний образ.
Рассадка гостей
Гостей на ужинах, посвященных открытию выставок, рассаживают в соответствии с определенной иерархией. Нередко в самом углу
