Мужчина, смолкнув, застывает в изумлении. Я же спокойно наматываю штору на своё тело по типу тоги. Поворачиваюсь к колдуну и ровным тоном спрашиваю:
— Ты же не думал, что я из окна прыгать собралась? — При виде его ошеломлённого лица не сдерживаю улыбки: — И не надейся. Больше я тебе удовольствия не доставлю. Может, я многого не знаю, колдун, но схватываю всё быстро.
Сузив веки, он недовольно поджимает губы и рассматривает меня так внимательно, будто хочет изучить мои внутренности. Невольно ёжусь под этим живым «рентгеном», улыбка тает. Нехотя напоминаю:
— Кажется, мы куда-то спешили.
Конечно, мне не хочется спешить на «проверку», но в одном я уже убедилась — колдун меня не коснётся. А как иначе он будет убеждаться, что тело леди Лексии нетронуто, — ещё предстоит узнать.
Мужчина вздрагивает, будто я вырвала его из глубоких размышлений, кивает и быстро идёт прочь. Бегу следом, цокая каблуками не очень удобных туфель. Они жёсткие и тяжёлые — совершенно не предназначены для активного образа жизни. Так и мозоли натереть недолго!
Пытливо осмотрев вполне чистые полы, я замедляю бег и избавляюсь от украшенной сверкающими камнями обуви. Босиком не отставать от колдуна проще, но туфли я забираю с собой. Платья я уже лишилась, а другие вещи леди Лексии остались внизу. Включая и загадочную шкатулку…
— Мой сундук, — едва переводя дыхание, кричу в спину колдуна. — Можно приказать слугам, чтобы принесли его в мою комнату?
— Возможно, — останавливается тот и, обернувшись, смотрит на меня с сомнением. — Если проверка будет успешной.
— Что заставляет сомневаться в этом? — возмущаюсь я.
— Ты, — ухмыляется он и распахивает небольшую, окованную железом дверцу, около которой мы остановились.
Потемневшее дерево и давящий на обоняние острый запах трав резко отличаются от атмосферы лаконичной роскоши дворца дракона. Понимаю, что этот закуток принадлежит колдуну. Не спальня точно, скорее кабинет. Или как там называется помещение, где колдуют?
Мужчине приходится опустить голову, чтобы войти, я же без каблуков прохожу без труда. С интересом оглядываюсь, замечая невероятное множество книг. Это у них с драконом общее. Только здесь переплёты кожаные, а листочки в них настолько жёлтые и истрёпанные, что страшно прикасаться, чтобы рукописи в руках не развалились.
Одна из книг лежит, приглашающе раскрыв страницы, испещрённые загадочными, но красивыми символами. Отличает её от множества других не только размер — этот фолиант укрыт стеклянным колпаком. Так хранят в музеях самые ценные вещи. И не сомневаюсь, что даже сигнализация присутствует, только магическая. Поэтому руками не трогаю, лишь склоняюсь, пытаясь разобрать, что написано…
Увы, вместе с телом леди Лексии мне передались лишь яркие эмоции девушки и ни капли знаний. Иначе я смогла бы понять, чем эта книга выделяется среди прочих. И всё же странно, что изъясняюсь с другими и понимаю жителей этого мира я без проблем, а вот читать не в силах.
— Что? — столбенеет колдун, заметив мой интерес.
— Пыталась прочесть, что здесь написано, — признаюсь я. — Но не получилось.
Глаза его снова изумлённо распахиваются:
— Прочесть?!
— Представь себе, — фыркаю я, — умею и читать, и писать! И даже подпись не крестиком ставлю!
Вздрогнув, вспоминаю, что действительно подделывала подпись леди Лексии. А до этого читала её переписку. И понимала! Смотрю на книгу:
— Что это за язык? Символы выглядят очень красиво. — Вспомнив один старый фильм, улыбаюсь: — Книга Мерлина?
— Это Великая книга пророка.
— Ой, не надо, — не сдерживаюсь я и смеюсь.
— Дризеавайса! — ледяным тоном закончивает колдун и выгибает бровь: — И если бы ты могла её прочесть, то знала бы моё истинное имя.
Я опускаю взгляд и рассматриваю витиеватые символы. Качаю головой:
— Жаль беднягу, наградили же родители имечком. — Поднимаю голову и, поправив сползающую с плеча «тогу», проявляю любопытство: — И что тут написано?
Колдун смотрит хмуро, явно не радуясь нашей беседе. Но у меня свой интерес, и я не отступаю.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ничего нет о загадочных пришельцах? — Мнусь, не желая раскрыть свою суть. — Может, из космоса. То есть с неба. Или из другого мира.
Мужчина продолжает буравить меня тяжёлым взглядом, и я вздыхаю:
— Ладно, проехали. Что там с проверкой? Давай уже скорее покончим с этим. Осматривать меня ты не собираешься по вполне понятным причинам. Что тогда? Сдать кровь? Может, мочу?
Но моя шутка колдуна не смешит.
— Крови достаточно, — коротко изрекает он.
Киваю — хоть в чём-то угадала.
— И как ты намерен её взять? — Осматриваюсь в поисках чего-то похожего на лабораторию. Колбы там, иглы… — Какая нужна? Капиллярная или венозная?
Он молча вынимает из поясных ножен, таких же, как у дракона, кинжал и бросает его мне под ноги.
Глава 11
Терпеть не могу холодное оружие. В тире моим успехам завидовали многие, в рукопашке тоже выделялась. Но мечи и кинжалы вызывают во мне жуткое отторжение. И как тут быть? Одно дело подставить вену медсестре, чтобы сделала всё сама, и совсем другое — проткнуть себя таким вот оружием.
Явно не стерильным, к тому же.
Бактерии есть в любом из миров, а вот насчёт антибиотиков сомневаюсь. Не хочется подхватить что-нибудь гадкое, а тем более смертельное. Я уже умирала, и повторять этот сомнительный опыт не собираюсь.
Но деваться некуда. Опускаюсь на корточки и поднимаю кинжал, смотрю на колдуна снизу вверх:
— Сколько нужно крови?
— Пары капель достаточно, — сухо кивает он.
В глазах мужчины вспыхивает интерес. Подхватив с заваленного стола серебряный кубок, подаёт мне:
— Сюда.
— А что там было? — с сомнением заглядываю внутрь. — Помыл? Спиртом бы протереть.
— Чем? — удивляется колдун. Хмурится, явно не понимая, о чём я говорю: — Не хитри, Лексия. Тебе всё равно придётся это сделать.
— Да сделаю, сделаю, — ворчу я и, сощурившись, с подозрением рассматриваю ёмкость.
— Не хочу, чтобы результат анализа был искажён. Мало ли, что из этого кубка пили! Да и ножичек бы стерилизовать. Раз спирта у вас нет, хотя бы огнём. Не хочу получить заражение крови.
Колдун бурчит что-то не поддающееся определению — наверное, местные ругательства — и разворачивается к камину так резко, что приподнимаются его тёмные одежды. Простирает руку, выпуская магию, и я слепну от яркой вспышки в одно мгновение появившегося огня.
Моргнув, стараюсь быть вежливой:
— Спасибо.
Подхожу к камину и пронзаю пламя лезвием, нагревая его. Отложив на стол так, чтобы острие не соприкасалось с чем-либо, беру кувшин с водой и споласкиваю бокал. Надеюсь, этого достаточно, поэтому приступаю к забору «анализа».
Протыкать палец не рискую — всё же руками постоянно к чему-то прикасаешься, а пластырей в этом мире явно нет. Кольнув кожу на запястье, протягиваю руку над кубком и жду, пока не стечёт несколько капель. Поднимаю голову:
— Достаточно?
— Вполне. — Колдун протягивает мне кусок ткани и маленькую тёмную бутылочку. — Смажь порез и завяжи.
Я молча указываю взглядом на стол, и мужчина с усмешкой кладёт зелье. Качаю головой: неужели думал, что я снова поведусь? Нет уж! Мне и первой «подзарядки» хватило! Едва все предохранители не перегорели…
Пока я обрабатываю ранку местными средствами, мужчина берёт кубок и, покачивая его, рассматривает капли внутри. Будто по виду крови уже может сказать, невинна ли я.
Надеюсь, это не сам тест, иначе добра не жди. Колдун, судя по некоторым чертам лица, человек мстительный. Мало ли на что он мог затаить обиду. Посмотрела не так или сказала не то.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Что показывают? — не сдерживаюсь я, когда брови мужчины сходятся на переносице.
— Первая положительная? Или четвёртая отрицательная? Какая группа крови указывает на невинность владелицы?
Он снова царапает меня подозрительным взглядом и направляется к одному из стеллажей. Я лишь пожимаю плечами: иномирных шуток колдун явно не понимает, что неудивительно. А я хочу промолчать, но нервы уже сдают. И это только начало.
