смотря на не лучшие отношения в детстве, Иван здраво оценивал, что Берендей всегда старался быть справедливым правителем и решать государственные дела с меньшими потерями. Народ ставил во главе стола, и ежели случалось так, что в один год засуха губила все посевы крестьян, без раздумий помогал им встать на ноги и прокормить семью, не жалея запасов казны на эти нужды. Постоянные войны на окраинах так же прекратились путём подписания мирных соглашений с соседними царствами и усиления охраны приграничных территорий со стороны степей, населённых воинственным кочевым народом. Словом, у юного царевича был самый лучший пример для подражания перед глазами.
Пока он ехал, слова девушки о могущественном колдуне не давали ему покоя, мысленно перебирал в голове сказки и предания, когда-либо слышимые им ранее от мамок-нянек, и пришёл к выводу, что у него в голове всплывает лишь одно имя… И, по правде говоря, перспектива того, что именно этот чародей повинен в Василисином проклятии заставляла кровь стынуть в жилах. Но царевич не собирался отступать ни в коем случае, даже если придется столкнуться лицом к лицу с тем, кто не страшится самой смерти.
* * *
В царский терем вернулись уже в сумерках, проезжая мимо главной площади, где толпа уже давно рассосалась по домам, лавки были свёрнуты, было пустынно, словно и не здесь проходил обряд пускания стрел, лишь одинокие фигуры патрулирующих стрельцов изредка появлялись в поле зрения.
Въехав через открытые ворота во двор царского терема, Иван оставил конюшему Сивого и быстрыми шагами направился прямиком к своим покоям, надеясь не встретить никого на пути, особенно старших братьев… Отец, вероятнее всего уже отправился на покой, поэтому царевич решил проведать его уже завтра по утру, чтобы лишний раз по пустякам не беспокоить старого царя. Закрыв за собой спасительную дверь в собственную горницу, Иван наконец отдышался и аккуратно достал свою суженой из-за пазухи, удобно устроив её на лавке.
— Хорошо, что не встретили по пути моих братьев, иначе не избежали бы расспросов.
Он подошел к умывальнику и с блаженством набрал в руки чистой колодезной воды, щедро всполоснув ей лицо.
— Ты прав, не стоит им видеть сейчас мой облик.
— Василий шутил, что я женюсь на кикиморе. — посмеялся Иван.
— Он почти угадал.
За спиной послышались лёгкие шаги, вставшая рядом девушка запустила руку под струйку прохладной воды, лившейся из рукомойника.
— Весь день мечтала сделать это. Ненавижу скакать по болотам.
Она мягко улыбнулась, глядя на обомлевшего Ивана.
— Чему удивляешься? Ты ведь уже видел меня раньше.
— Прости. — он смущённо почесал затылок, наблюдая за тем, как Василиса смывает с рук грязь и пыль. — Успел привыкнуть за день к твоему зелёному облику.
— Неужто собирался лягушку поцеловать? — рассмеялась девушка, подняв на него озорной взгляд. — Не дуйся, я правда рада тому, что ты принял меня такой, какая я есть.
Она окинула горницу оценивающим взглядом, отмечая про себя не слишком богатое убранство для царского сына: стол, лавка, печка, которую сегодня ещё не топили, да постель в глубине комнаты.
— Утро вечера мудренее, дорогой суженый. — Василиса мягко улыбнулась, заправив за ухо царевича прядь золотистых, выбившихся волос, ласково приглаживая кудряшки.
— Я прилягу на лавке, а ты займи мою постель. — попросил Иван, смущённо отворачиваясь.
Он сам не понимал почему ощущал такую сильную влюблённость в девушку, которую встретил буквально накануне, но пришёл к выводу, что это просто судьба свела их вместе. Василиса была необычной, цепляющей, таинственной, сложная жизнь и нависшее над ней проклятие, с которым девушка боролась изо всех сил, стойко снося все лишения, только подчеркивали её сильный характер. Царевич так же думал, что она умна и наблюдательна, что редко можно было встретить среди знатных девиц, посещавших пиры, которые устраивал время от времени царь Берендей. А своей красотой в человеческом облике затмевала любую, «прекрасная» — вот слово, наиболее подходившее ей.
Иван устроился на лавке подложив под голову собственный кафтан, день был настолько длинным, что царевич сразу же провалился в сон, не ощущая того, как ласково погладила его по волосам улыбающаяся Василиса, и не слыша, как скрипнула постель в глубине горницы.
Глава 2
Пир
По утру Иван оставил новоиспечённую невесту в горнице, та с первыми лучами солнца уже обратилась лягушкой, и пожелав ему доброго утра, вскочила к окну, чтобы понаблюдать за тем, что происходит во дворе, не изменяя своим привычкам. Сам же царевич направился прямиком к царю, который уже ожидал сыновей у себя. Забежавший около получаса назад в горницу Прошка, передал ему приказ отца — срочно явиться в царскую горницу, и побежал дальше дабы известить остальных царевичей.
Берендею не терпелось увидеть будущих царевен, он слышал лишь слухи о том, в чей дом угодили волшебные стрелы, поэтому с самого утра уже был на ногах, сгоняя от любопытства и гоняя служку по разным делам туда-сюда. Царевичи застали его сидящим за столом в простой рубахе и портках без обычных роскошных атрибутов царской власти и подходящих статусу нарядов, настолько сильно царь хотел повидать их.
— Рад видеть вас в добром здравии, сыновья мои.
Сегодня Берендей чувствовал себя так хорошо, как никогда за последние годы, казалось, что хворь, преследовавшая его всё время, наконец, отступила. Сыновья склонили перед ним головы, они выросли прекрасными добрыми молодцами и любой, по отцову мнению, был достоин занять царский престол.
— Сами вы на выбор стрелы посмотрели, пора и миру суженых показать! К завтрему должно вашим невестам подготовить для меня дары, достойные будущей царицы. Пусть представят все умения прямо на широком пиру! Лучшая получит моё отцовское благословение.
— Будет исполнено, царь-батюшка. — в один голос отозвались братья.
— Учтите, что выбирать буду со всей строгостью! А сейчас ступайте, пусть у невест ваших дело в руках спорится! — пожелал царь, отпустив сыновей, с нетерпением дожидаясь завтрашнего дня, а пока приказал Прошке подготовить его к утреннему собранию в царском тереме. До завтрашнего дня должно было наскоро собрать всё необходимое для широкого пира, достойного будущих царевен.
— Как твоя кикимора поживает? — насмешливо спросил Василий, как только дверь за ними закрылась.
— Моя невеста вовсе не кикимора. — «а лягушка» прибавил про себя Иван.
— Так мы тебе и поверили! Говорят, вчера ты сам сломя голову на болота бросился! — средний брат не переставал задирать младшего. —
