Он умолк, сраженный внезапной мыслью. Потом медленно отодвинулся, по-новому оглядывая жену, словно стремясь разглядеть в ней то, чего раньше не видел.
- Ты ведь... Ты тоже была чьей-то невестой? И из-за нашей женитьбы не смогла выйти за другого? Ты... ты все еще его любишь? И потому ты так... ненавидишь меня?
Марика поморщилась, словно у нее разболелись зубы.
- Седрик, - воспользовавшись тем, что хватка мужа ослабела, раздосадованная романка вырвалась из его объятий. - Puto vos esse molestissimos! (Достал уже!) Вернулся из столицы, где в Сенате собирались правители всех провинций Рома. Видел самого императора, - она дотянулась до повешенного на край бадьи кожаного ремешка и принялась перевязывать волосы. - Но вместо того, чтобы выкладывать новости, городишь чушь, как баба. Хочешь поговорить - расскажи мне лучше о поездке.
Дагеддид стиснул пальцы на ее запястье. Обычно грубость жены странным образом отрезвляла его. Но не в этот раз.
- Я тебе приказываю, - раздельно повторил он, загоняя глубоко вовнутрь раздражение и острую ревность. - Ответь мне. Я... расстроил твою любовь с... с другим мужчиной?
Романка вдохнула сквозь зубы и принужденно мотнула головой.
- Нет.
- Нет? - уже убедивший себя, что услышит другой ответ, Седрик готов был не поверить. Но давняя клятва обязывала жену говорить ему только правду. - И ты никогда... не была... влюблена?
- Дагеддид, - романка страдальчески поморщилась вновь. - Если тебе охота говорить о любви, иди к Ираике. Мне с трудом удалось отвязаться от ее нового любовного трактата авторства некого Аргуса Коитуса... покарай его Светлый. Генрих привез ей эту... книгу из Рома. Жена твоего брата утверждает, что читала всю ночь и теперь желает обсудить. Хоть с кем-то. Поди и составь ей компанию. А мне дай покой... хотя бы до завтрашнего утра. Твоими стараниями скакать пришлось почти без передышки от самой Прорвы.
Она снова прикрыла глаза. Но опустить голову обратно на полотенце про-принц не дал.
- Марика, - едва сдерживаясь, сдавленно спросил Седрик. В его тоне было что-то, заставившее жену приоткрыть глаза в некоторой тревоге. - Ты когда-нибудь, кого-нибудь... хоть кого-то...
Юная принцесса возвела глаза к потолку и с плеском поднялась из воды.
Седрик молча смотрел, как она выбирается из лохани и жестко растирает тело полотенцем, словно только что сидела не в горячей, а в холодной воде.
- Ты на самом деле хуже безголовой бабы, - одеваясь быстро, словно по воинской привычке, жена не глядела в сторону про-принца. - Заставил меня мчаться через всю страну только затем, чтобы устраивать сцены. Будь ты мне - женой, а я тебе - мужем, оттаскал...а бы тебя за волосы, эдакую... stulta (дурищу).
Седрик вскочил. Марика мгновенно одернула полотно, опуская платье до колен. Увернувшись от его захвата, она отскочила к стене и приземлилась на пол уже в боевой стойке.
- Mihi irruma et te pedicabo! (Подходи, дай мне надрать тебе задницу!) - она разжала кулак, поманив по-звериному мягко выпрыгнувшего из бадьи Седрика. - Cacator! (Засранец)
Дагеддид ринулся вперед. Он молниеносно смял защиту жены, всем телом впечатывая ее в стену комнаты. Локоть про-принца уперся в женское горло в один миг с тем, как два пальца романки вдавили впадину жизни под его подбородком.
Какое-то время они сверкали глазами друг на друга. Романка не выдержала первой. Опустив руку, она расхохоталась. Седрик последовал ее примеру мгновением позже.
- Прости меня, - отсмеявшись, попросила романка. Отстранив мужа, она забрала с лавки накидку и укрыла ею плечи. - Гнев ударил в голову из-за того, что ты грозился закрыть Прорву. Да и... не следовало так задерживаться. Будь я на твоем месте, и не встреть меня жена - всю пыль из нее бы выртяс.
- Ты тоже меня прости, - повинился Седрик, в отличие от подруги облачаясь в уже ношенное. - Когда мы долго не вместе, я надумываю многое... И изливаю на тебя при встрече. Ты права, выходит это у меня в точности, как у женщин. Тьфу ты, вот проклятие... Это, должно быть, Луна. Из-за нее... Ну да пес с ней. На самом деле, Марика. Я вызвал тебя... безусловно, я зверски соскучился по тебе. Но помимо того. Вести, которые я привез из Рома... Нам надлежит серьезно посоветоваться.
Заново перевязывавшая волосы романка вскинула бровь.
- Сын императора Тит Клавдий очень заинтересовался тем, что ты затеяла в Прорве. Интерес этот передался его отцу. Император пожелал лично переговорить с тобой о твоем... проекте. К этой зиме ты приглашена в Ром на праздник Солнцестояния.
Поймав ошеломленный и выражавший острую тревогу взгляд жены, он закончил уже без тени веселости.
- Если мы не найдем способа, как избавить нас от этой... высокой чести.
***
Седрик все-таки осуществил свой замысел. В первый летний день, когда Лей по обыкновению явил миру смену морских ветров, про-принц и его жена Марика без охраны конными отправились на побережье. Омывавшее Веллию море звалось Зеленым из-за окраса его волн. Но оно было столь огромным, что у разных берегов меняло цвет от свинцово-серого до лазурно-голубого. Веллы видели штормливое царство большой воды зеленым, и название моря для них казалось понятным и простым.
Главный город Веллии Ивенот-и-ратт стоял между холмов, но ближе к морю начиналась обширная степь, которая тянулась вдоль побережья до самых романских земель. Здесь была проложена дорога, по которой постоянно двигались пешие, конные, повозки крестьян и торговцев. Чтобы не привлечь внимания, Седрик и Марика надвинули на лица капюшоны плащей и ехали не спеша.
Но едва только свернув на пустынное ответвление от главной дороги, принцесса, которая, должно быть, долго сдерживала себя от этого, все же пустила лошадь вскачь.
Седрик поскакал за ней, любуясь, как его романка держится в седле, легко управляясь с несущейся под ней сильной тварью. Когда много лет назад он только начал узнавать свою жену, про-принца удивляло, как много умела и могла она из того, что нельзя было назвать обычным умением для женщины. Марика неохотно говорила о своем прошлом, и о многом Седрик до сих пор мог только догадываться. По совету отца, он не принуждал романку к прямым ответам, лишь зная наверняка, что Марика появилась в семье легионера из благородных и долгое время жила в одной из приграничных крепостей, в каких обычно несут службу воины Легиона. Должно быть, там она научилась держать в руках оружие и ездить верхом, несмотря на то, что в отличие от веллов, романы не одобряли для женщин такой науки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
