И разумеется, нашему священнику не терпелось узнать, что именно.
– Лиза!
Он уже шел мне навстречу, широко улыбаясь. Я удивилась, что он помнит, как меня зовут. Я не часто посещала его службы в студенческие годы в Оксфорде. В те времена субботнее утро посвящалось в основном похмелью, а не пению гимнов.
– Очень приятно видеть тебя под этими сводами! Как ты жила все эти годы?
– Неплохо, – начала я, – пока на прошлой неделе не…
– Билла не видели? – прервала меня Мэри. Я обещала ей, что бы ни случилось, не говорить о своих бедах в месте, где ей предстоит венчаться. Плохая карма, так она выразилась.
– По-моему, Билл вышел купить сигарет, – сказал священник.
– Он обещал бросить курить после свадьбы, – сердито сказала Мэри. – Да где же он, черт возьми!
Священник побледнел.
– Простите, святой отец. Я хотела сказать, где он, блин горелый.
Интересно, подумала я, по канонам церкви «блин» считается ругательством или нет?
– Уже давно пора начинать, – не унималась Мэри. – После репетиции мне надо успеть купить чулки телесного цвета!
Еще минута, и участь Билла была бы решена. Но он успел.
– Итак, – начал священник, потирая руки в знак готовности приступить к церемонии, – все собрались? Жених, невеста, подружка невесты? Отец?
– Приезжает завтра утром, – ответила Мэри. – Не может пропустить матч любимой команды.
Священник кивнул.
– Шафер?
– Прибывает в Хитроу в шесть тридцать утра, – сказал Билл. – С Божьей помощью.
– На Бога надейся, да сам не плошай, – заметил священник. – Будем надеяться, что команда вашего отца победит, а английские летные службы не оплошают.
– В каком смысле? – раздраженно спросила Мэри.
– Просто хотел пошутить.
– Простите, – смягчилась она. – Я такая нервная стала. А тут еще звонят из ателье и пытаются уговорить меня на желтые петли к пуговицам. – Мэри обернулась к Билли – в ее глазах было отчаяние. – Желтые петли! Ты представляешь? И белых роз нигде нет. Все съела какая-то тля.
– Хм-м, хм-м, – деликатно перебил священник. – Продолжим? Жених, вы стоите здесь. – Он подвел Билла к алтарю. – Невеста и подружка, вы идите туда, за дверь. Завтра с вами будет служитель, который поможет за всем проследить. Итак, при звуках органа вы начинаете медленно идти к алтарю. Но не сразу, отсчитайте сначала три такта. Дальше вы идете медленно, слушая музыку. Следите, чтобы не споткнуться. Особенно вы, Мэри, вы будете в длинном платье. А на прошлой неделе, вы не поверите, у меня была невеста в брюках. Очень современно. Не то чтобы я одобрял брюки в церкви. Но с другой стороны, эти ребята могли вообще не венчаться, так что грех жаловаться… Да, так вот, вы медленно идете к алтарю, но не слишком медленно. Чтобы не получилось так, что музыка закончится прежде, чем вы подойдете.
– Закончится? – Мэри в ужасе вытаращила глаза. – И часто это бывает?
– Не очень, – успокоил священник. – Пройти-то надо четыре метра.
– А если вдруг кончится, органист ведь может сыграть еще раз? – не успокаивалась Мэри. – Не могу же я идти в тишине!
– Да, но если органист снова заиграет, вы подойдете прежде, чем он закончит, и вам придется стоять у алтаря и ждать конца музыки. Это еще хуже.
– Ну может же он просто приглушить звук, если увидит, что я уже подошла? – в отчаянии спросила Мэри; в ее глазах застыл ужас.
– Мэри, да не будет ничего такого, – прервал Билл. – Ты все успеешь вовремя. И музыка не закончится.
– Да, конечно, – буркнула Мэри, разворачиваясь и хватая меня за руку, – вы все так говорите. – Она потащила меня вверх по проходу к вестибюлю. – Вот так мне и про белые розы говорили, что все будет в порядке. Никому нельзя доверять в наше время. Сколько ни заплати, все равно не получишь никаких гарантий. Всё не так, всё. Дурдом какой-то!
– В день свадьбы все изменится. Все будет в порядке, – успокоил ее священник.
– Пусть только попробует не быть, – фыркнула Мэри.
– Итак, – громко сказал священник, – все готовы. Начинаем. Музыка! Ждите три такта. Теперь пошли. Там-там – та-там… – пропел он.
Мы стремительно двинулись к алтарю, наш быстрый шаг был скорее похож на медленный бег. Когда мы оказались перед священником, я слегка запыхалась.
– Не будет ничего страшного, если вы будете идти чуть медленнее, – заметил он.
– Хорошо, завтра пойдем тише, – сказала Мэри, – а сейчас нам надо поскорее закончить, мне еще нужно купить чулки. Вы не знаете, в Оксфорде есть магазины, которые работают после шести?
Священник не знал. Тем не менее остаток репетиции прошел быстро: повернитесь, преклоните головы, скажите то, скажите это, обменяйтесь кольцами, подойдите…
– Все запомнила? – спросила Мэри, оборачиваясь ко мне.
Я вообще не понимала, что происходит.
– Теперь клятвы, – начал священник.
– Вы же пропустили часть молитвы, – рявкнула Мэри.
– Да, он опустил «в горе и в радости», – сказал Билл.
– Лучше бы он…
– Хочешь оставить тот кусочек, где говорится про любовь? – догадался Билл.
– О, милый, – Мэри повернулась лицом к будущему мужу и облегченно вздохнула. – Прости. Я веду себя как психопатка, да?
– Я сам такую выбрал, – вздохнул Билл.
– Прости.
В этот миг любовь между ними была осязаема. Когда Билл взял Мэри за руку, изображая обмен кольцами, он улыбнулся, словно в его ладони оказались все несметные сокровища земли. В его глазах, сквозь пелену самых настоящих слез, светилась нежность. Взгляд Мэри, которым она ответила Биллу, был лучезарным.
Это была любовь.
А ведь сейчас только репетиция свадьбы.
Иногда, когда видишь влюбленную парочку в отделе замороженных продуктов в супермаркете, становится тошно. Но смотреть на Билла и Мэри, когда они обменивались клятвами у алтаря, было подарком судьбы. И на долю секунды я сама растворилась в их любви.
Но в следующий же миг боль потери опять пронзила меня, словно гвоздь в подошве туфли.
А Ричард любил меня так когда-нибудь? Вот о чем я спрашивала себя, когда Билл и Мэри произносили клятвы тихими и счастливыми голосами. Смотрел он на меня так, словно готов был умереть от счастья? Словно ничто, даже мировая катастрофа, не имело значения, если я была рядом, в его объятиях? Словно он любил меня?
Нет, что-то я такого не припомню.
– И в этот момент, – перебил священник мои невеселые размышления, – я скажу: «Теперь жених может поцеловать невесту».
Билл жадно прильнул к губам Мэри.
– Хм-хм, – деликатно прокашлял священник. – Видите ли, вы еще не женаты.
Мэри шутливо оттолкнула Билла.
– Простите, святой отец.
– Ничего. Мне радостно видеть молодых людей, которые столь явно предназначены друг для друга.
