Читаем без скачивания Пират, еще один - Егор Полторак

Вдруг видят, небольшой корабль из нуль-пространства вышел и двигает прямо к ним на планетарных. Дохлономер за ручки пусковых ракетных установок взялся мертвой хваткой, инженеры и пилоты к пультам ремнями пристегнулись тоже намертво. Ну, капитан уже стрелять нацелился, но его друг оттащил, который увидел, что тот корабль белый флаг выкинул... Про этого друга потом. Ладно, не стали стрелять, а наоборот состыковались, в дрейф легли, но все корсары все равно в противорадиохимических комплектах и с ножами за пазухой ходят, мало ли какая провокация может быть.

А оказалось, что это из империи Тайков прислали за Дохлономером, чтобы он убил дракона. И за исполненное дело обещали принцессу, пол-империи, а всей его команде полную амнистию и службу на казенных должностях по специальности, у кого какая была до пиратства.

Корсары совещались две ночи, закурили весь корабль и потихоньку, поодиночке стали приходить к Дохлономеру и требовать, чтобы он соглашался на предложение. Они действовали все настойчивее и угрожали захватить корабль, а его высадить, если он откажется, а потому что всем надоело за гроши с риском вкалывать. А Дохлономеру страшно не хотелось на эту службу соглашаться: убивать незнакомого дракона да в придачу жениться на принцессе. Не пиратское это дело, он говорил, за убийство деньги получать. Это пускай богатыри профессиональные и рыцари всякие так зарабатывают. Ничего нам тот дракон не сделал, и не людоед он, по всему судя, пусть летает. И вообще, я командир, я лучше знаю. Где там! Пираты его общим собранием в рубку запихнули, сказали: лететь! Полетели.

Всю дорогу Дохлономер играл в шашки со своим другом Курумбурумом, судовым электриком, по болезни он уже теперь никогда не принимал участия в боях. Да и летал Курумбурум только для того, чтобы быть с Дохлономером.

Они играли в шашки, вспоминали о своих битвах - когда-то Курумбурум был адмиралом одного из королевских флотов Содружества Весов. Пятьдесят первоклассных линкоров, не считая кораблей сопровождения, и семь тысяч человек были у него в полном подчинении. Впрочем, главные победы, конечно, были - так они теперь говорили - когда их корабли плавали в одной луже. Вот было время, рявкал отставной королевский адмирал адмиральским голосом, похлопывая своего капитана по плечу, отчего тот перелетал любое помещение и долго высвобождался из-под остатков мебели. Жидковат ты стал! - снова рявкал отставной адмирал и незаметно, словно случайно, смахивал с доски одну из шашек Дохлономера.

Но когда они летели к Тайкам, он уже больше не рявкал. Не тот запал, говорил Курумбурум и обкладывал поясницу кирпичами, которые раскалял на реакторе в трюме.

- Облучишься же, старый пень? - говорил ему Дохлономер. - Реактор же протекает.

Но тот отвечал ему, что небось не сто лет жить осталось, а подыхать, скрючившись от ревматизма, он не согласен.

Ну да ладно. Долго ли, коротко, прилетели они, пошли во дворец, где император дал им грамоты охранные, накормил, напоил, спать положил и на подвиг благословил. Пираты очень довольны были таким обхождением - давно очень они уже на чистом не спали, c фарфора не ели.

Император сказал, что дракон этот последний остался - это он уже наутро сказал. Что он им надоел, как последняя собака: строительству, скотина, мешает, домашних животных в пищу употребляет, коммуникациям проходу не дает. А главное, бургомистров выкрадывает прямо с трибун непонятно зачем, и что с ними потом делает, тоже неизвестно. Есть-то он этих гадов вряд ли будет. До того дошло, что бургомистров на трибуны не загнать, говорят: лучше в пыточную камеру пойдем!..

Ну так вот, если Дохлономер убьет дракона, то даст он, император, ему обещанные сокровища, а если струсит, то он, император, его и всю его пиратскую банду на вечные времена посадит в вонючие подвалы алмазы натачивать, а кормить будет сушеными тараканами,

Делать нечего, стали пираты раздумывать, как им выпутаться, потому что им таких еще ужасов про дракона и его драконские нравы порассказали, что ноги стали у них отниматься и руки потеть. И принялись они честить на чем свет своего капитана, что не обуздал он их, идиотов, когда они на подвиг этот решались, чтоб ему пусто было! Что лучше бы и дальше они от звезды к звезде мотались дураками, да только бы живыми были!

Дохлономер послушал, послушал, прочистил горло глотком кваса хлебного, настоянного на кайенском перце, да как вдарил кулачищем по пульту, как пошел рассказывать им, кто такие они, его пираты, их родственники, их родители, их святые, их честь, их совесть, душа, чин, желудок, голова, и какими способами, будь ему не противно так, он бы их изжарил, испек, заморозил, высушил, съел, разрезал, снова склеил, куда бы что приклеил и снова бы оторвал. Так он это рассказывал интересно, что пираты курить забыли, слово боялись пропустить, что Курумбурум в рубку приплелся, услышав начало речи по спикеру. Привалился, скрючившись, к переборке и стал блаженно жмуриться, а в особо чувствительных местах от умиления всхлипывать.

Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается. Сказка ложь, да в ней намек, добрым молодцам урок. Сказку рассказать, не поле... Ладно. Решили пираты дракона на бургомистра ловить. А для такого дела какой-нибудь новоиспеченный бургомистр не сгодился бы, и застарелый, прокисший, управляя, тоже подойти бы не смог. Нужен был плотненький, сочненький бургомистр, желающий выслужиться, живчик этакий... Ну, выбрал император, ему не жалко, на одной из планет Махровой звезды подходящего. Ничего, симпатичного, лысенького только, а так вполне. Посадили его в клетку, клетку поставили в чистое поле, и заставили его кричать отличные замечательные обещания. Три дня бургомистр кричал без отдыха и срока, совсем охрип, и вот на четвертый день загремело, затряслось все, пыль столбами поднялась, темно стало, как ночью, фыркнуло, мыркнуло и клетку унесло. А пираты сидят и ужинают, как и не случилось ничего. А тут и радист приходит, говорит, есть сигнал, полетели, говорит. Полетели, так полетели. Доужинали только, чаю выпили, пушки подзарядили и полетели.

Прилетели к драконской пещере, видят, сам дракон спит под надписью в скале вырубленной, что здесь "Королевство освобожденных бургомистров", а бургомистры, раньше сведенные, вокруг клетки суетятся с ножовками и ломиками, товарища освобождают. А он им язык показывает и ногой на кнопку радиосигнала жмет.

Ну, а корабль прилетел "Корсарское счастье", освобожденные бургомистры ножовки побросали, побежали своего дракона будить, но не успели вовремя пираты уже пушки наставили на пещеру и стрелять уже готовы.

Делать нечего, надо дракону сдаваться. А погибать ему не хочется, и он стал просить последнего оправдательного слова. Вышли к нему Дохлономер с Курумбурумом, говори, говорят, но только не ври ничего, а то?

- Да не буду, - говорит дракон, - Смысла никакого перед смертью врать нету... А вообще-то, не стоит меня убивать, незачем. Я ведь даже не вредный грызун и не волк. Народишка я не ем, девушек не порчу, может, я вообще последний такой экземпляр остался, а? Меня беречь бы следует, потому что плохо совсем без драконов.

Но бургомистр из клетки вдруг как заверещит - пакость ты зеленая! Злыдень огнедышащий, как же ж ты не вредный, если ты вор наипервейший во всей империи! Ты же ж лучших людей всех к себе перетаскал, работать, как каторжных, заставил! Во всей империи только двух стоящих и оставил - императора великого да меня!

А те бургомистры, которые с драконом жили, стоят и молчат.

- Не, - говорит дракон, - Вы понимаете, ведь я чего, я ведь только бургомистров перевоспитывать решил. Мы тут так хорошо живем, не пьем, не курим, к зиме готовимся, - дракон умилился, - Так хорошо, просто так хорошо!

- Ах ты змеюка подколодная! - захрипел бургомистр из клетки и со скрежетом вцепился в прутья, - Рептилия коммунистическая! Ты что ж это тут устроил коммуну трудовую! Коммунар!.. Не коммунар ты, а таракан хвостатый, - вдруг тихо закончил он.

Дракон печально взглянул на клетку, отбросил задней лапой пару камешков по полтонны каждый, хрипнул, плюнул решительно и сказал:

- А вот давайте, если хоть один мой бургомистр согласится с вашим бургомистром лететь с вами, я сам в какой-нибудь вулкан залезу, а вот если никто не захочет возвращаться к прежней продажной жизни, так мы еще повоюем, потому что деятельность моя полезная, - и тут он посмотрел на своих бургомистров, и те все дружно зааплодировали и закричали:

- Не хотим мы ваших императорских милостей! Не надо нам ваших подачек с барского стола! Не поплывем мы с вами в одной лодке!

- Во! - показал дракон и так решительно стал лапами камни раскидывать. И на пиратов кровожадно посматривать из-под бровей.

- Ма-а-алчать, слон! - взревел бургомистр в клетке и развернулся к толпе драконовских бургомистров, - эй вы, предатели! Мне император лично сказал, никому ничего не сделает. Всем похищенным полное прощение... А знаете ли вы, какие сейчас перечисления из казны на бургомистров! Сейчас нас еще больше холят и лелеют. Сейчас нам любой чиновник из метрополии - тьфу! Тьфу и все! Высочайшим указом запрещено бургомистров по загривкам валтузить! А мы валтузь кого хочешь и кого не хочешь ради блага нашего великого императора! А? Проходимцы, а кто сейчас не вернется, тех велено предателями считать. Мироеды!