Боже Ари, надо прийти в себя и закончить то, ради чего здесь оказалась. Мысленно похлестала себя по щекам. Соберись немедленно! Вывернулась из рук Джека и, боясь поднять на него глаза, рванула в толпу.
— Азалия?
Действительно ли я это услышала? Какая, к черту, Азалия? Ах да! Я — Азалия! Очнись же наконец! Я на задании! На задании!
Кажется, теперь мне в самом деле надо в дамскую комнату, привести в порядок нервы и успокоиться. По дороге налетела на официанта, едва успев поймать падающий полупустой бокал. Хотела извиниться, но краем глаза заметила следующего за мной Оливера.
— Куда прешь, паршивец? — зло прошипела я. — Глаза разуй, как только таких разгильдяев на службу берут. Пошел прочь, кретин!
Официант, исступленно извиняясь и кланяясь чуть не до пола, попятился и скрылся среди гостей.
— Азалия? — повторил голос Оливера.
Я снова притормозила. Думаю, вина «Азалия» выпила более чем достаточно, поэтому довольно резко ответила:
— Мне надо в дамскую комнату! Отстаньте от меня хоть на минуту!
И тут же вмешался еще один голос:
— Кажется, твоя невеста слегка не в себе. Я провожу ее и прослежу, чтобы ничего не случилось.
Сейчас мне даже не пришлось особо изображать злое выражение лица, я и сама бы кого-нибудь с удовольствием поколотила, чтобы пар выпустить. На меня уставились два мужских взгляда: один растерянно и слегка разочарованно, второй ехидно.
— Не задерживайся, дорогая. Минут через десять объявление нашей помолвки. — Надеюсь, мне не показалось, что голос у Оливера уже не такой уверенный, как раньше.
Махнула рукой и побрела прочь. Черт бы побрал этого Джека, времени почти не осталось. «Я сам провожу ее», — мысленно передразнила я Сорби. Он что, весь вечер собрался меня опекать? Так из-за него еще задание завалю. Мимо проплыла моя потенциальная жертва номер три — франтоватый юноша. Я с тоской проводила его взглядом.
Но что нужно от меня Джеку? В голове мелькнула неясная догадка. Неужели?.. Бывают же иногда проблески мысли. А ведь очень похоже, что у него такой же план, как у меня, — он собирается скомпрометировать Азалию! Я мысленно застонала. Не хотелось связываться с Джеком Сорби, но, похоже, он не даст мне другого выбора.
Я спиной чувствовала на себе тяжелый мужской взгляд — томный и чувственный. Сглотнула слюну, собралась с духом и, не доходя до дамской комнаты, обернулась.
— Ах, как же здесь душно, — медленно протянула я. — Вы не находите, что глоток свежего воздуха был бы сейчас очень уместен?
— Более чем согласен с вами, — включился в игру Сорби. — Разрешите проводить вас на балкон. Оттуда открывается чудесный вид.
Пьяненько похихикивая, я не спеша, растягивая время, последовала за ним.
Надо признать, если бы я даже хотела, не выбрала бы места лучше. Оливер, как хозяин дома, рано или поздно найдет нас, тем более зная примерное направление, куда мы удалились. А вот гости вряд ли обнаружат, да и внизу не было проторенных тропинок, на которых могла прогуливаться очередная парочка, желающая освежиться. Устраивать скандал прилюдно в мои планы не входило.
Я подошла к белоснежным перилам, прислонилась спиной, чуть выгнувшись, чтобы подчеркнуть грудь. Игриво помахивая веером, намеренно стрельнула глазами. Джек перетек поближе.
— Вы необыкновенно обворожительны в этот вечер, — прошелестел его голос совсем рядом со мной.
— Ах, бросьте. — Надула губки и огорченно добавила: — Мой жених даже отказался поцеловать меня сегодня.
— Он просто малолетний болван, поверьте мне. Вам нужен более зрелый мужчина.
Я скользнула взглядом по его лицу, затем в какой-то миг чуть облизала губы.
— О, милорд, позвольте сказать, вы так божественно танцуете. Я даже готова вам простить нашу прежнюю размолвку, — промурлыкала я. — Благодарю вас, воспоминание об этом танце я сохраню на всю жизнь. — Голос скатился почти до шепота, а глаза теперь непрерывно смотрели на его рот.
— Неужели? — Мужчина иронично приподнял бровь и, изогнув губы в чувственной улыбке, шагнул ко мне: — И как далеко простирается ваша благодарность?
Боже Ари, как он близко. Я почувствовала волнующий, терпкий мужской запах, и сознание совершенно отказалось на меня работать. Кто кого здесь должен соблазнить? Длинные сильные пальцы чуть приподняли подбородок, я посмотрела в его глаза и поняла, что не могу дышать. И в тот же миг одна рука обхватила меня за талию, прижав к крепкому мужскому телу, вторая за затылок. Пальцы зарылись в волосы, портя прическу, а его губы прильнули к моим.
Неужели так бывает? Так вот за что Берта любит секс. Сорби чуть отпустил меня, давая вдохнуть, и я услышала свой тихий стон. Едва заметила легкую усмешку Джека, сама схватила его за воротник и притянула к себе, требуя продолжения.
— Азалия! — Хлесткий как пощечина выкрик слегка отрезвил меня.
«Как же он не вовремя!» — мысленно застонала я. Точнее, как же он вовремя… Оливер стоял в проеме двери и неотрывно смотрел на нас с Джеком. По герцогу вообще нельзя было сказать, чувствовал ли он хоть что-то. Стоит себе, прислонившись к перилам, и улыбается.
— Оливер?! — взвизгнула я неприятной ноткой и громко икнула. — Это совсем не то, что ты думаешь! — банально закончила, пьяно хохотнув напоследок.
— Что я думаю, теперь не имеет никакого значения. Мне очень жаль, я вынужден отозвать свое предложение. Вы были правы, милорд. Спасибо, что открыли мне глаза, пока не стало слишком поздно.
— Ах ты! Подлец! Обманщик! Думаешь, легко от меня отделаешься? Я тебе сейчас такое устрою! Пес паршивый, от слова он отказывается!
Молодой человек, даже не посмотрев в мою сторону, обернулся к Джеку:
— Сделайте одолжение, проводите госпожу Мегри домой, она приехала не в своей карете. Думаю, вы сможете увести ее так, чтобы остальные гости ничего не заметили.
С этими словами он развернулся и пошел прочь.
На душе было гадко. Я знала, бедный мальчик скоро забудет Азалию, но сейчас ему нелегко. Хорошо хоть в последние дни он почти не виделся с ней. Оставался Сорби. Я питала надежду, что герцог так и не понял, кто я. В конце концов, от меня не веяло ни малейшим магическим вмешательством, а внешность и аура были идеальны. Уже не хотелось ни с кем воевать, но следовало довести спектакль до конца. Поэтому я, как положено, еще посопротивлялась, облила грязью всех, кого смогла вспомнить, повозмущалась, что меня уводят с бала. Впрочем, будь я Азалией или самой собой, вряд ли могла бы на самом деле что-то предпринять — его светлость был намного сильнее меня. В карете вдруг пришла мысль: а не захочет ли Сорби закончить то, что мы начали на балу? Поэтому я быстренько успокоилась и по дороге «уснула».
По приезде Джек почему-то не стал меня будить, а осторожно вытащил из кареты и занес на руках в дом. Сопровождаемый Линой поднялся в спальню и аккуратно уложил на кровать. Я лишь услышала, как он бросил служанке пару слов на прощание и ушел.
Ну что же. По крайней мере я не провалила задание. И то радует. Вернулась Лина. Вдвоем мы кое-как перетащили госпожу на ее кровать, с трудом надели на нее платье — впрочем, не особо стараясь. Утром скажу, что распустила шнуровку, чтобы легче было дышать, а дальше сама во сне ворочалась. Бросили рядом ее туфли. Повтыкали как попало в волосы шпильки. Наконец, я еще раз осмотрелась, все ли в порядке, и отпустила Лину.
Оставшись одна, я достала небольшую золотистую карточку-записку, какие часто посылают с цветами, выпавшую из моего платья во время переодевания.
«Леди, я восхищен Вашим талантом. Надеюсь, это не последняя наша встреча.
Дж.».
Несмотря на то что меня вычислили и теперь наверняка ждет взбучка от Берты, я не смогла сдержать улыбку.
Наутро служанка позволила себе пару дерзостей в отношении госпожи, после чего та в гневе ее уволила. Я быстро собрала свои немногочисленные пожитки и со спокойной совестью покинула негостеприимный дом.
