иногда было трудно найти различие между двумя бандами. Как мы видели, Релес, Гольдштейн, Штраус, Счастливчик Майоне и Аббандандо имели лучших киллеров Компании Лепке: Альберта Танненбаума, Чарли Воркмана, Менди Вайса, Претти Левина.
Альберт Taнненбаум работал по найму, нанимаясь к тому, кто обладает необходимой суммой наличными. У него «было темное лицо, узкий смешной нос, долговязая фигура, грустные глаза и густые брови», пишет Рич Коэн.
Чарли Воркман «всегда был хладнокровным, несмотря на звуки полицейской сирены, тратил время на обыск карманов трупа… В конце своей карьеры он убил двадцать человек. Когда полицейские схватили его, он утверждал, что его зовут Джек Харрис, или Джек Коэн, или представлялся другим именем, которое пришло на ум. Он говорил людям, что он был предпринимателем в Бруклине и продавал автомобили».
Более того, почти все члены Murder Inc имели декларацию о работе, достаточные финансовые ресурсы и «легенду» для полиции. Танненбаум был организатором, Претти Левина использовал как корзину для вывоза трупов. Но их наиболее прибыльным источником дохода оставалось, очевидно, вымогательство у торговцев или контрабанда алкоголя.
Ростовщичество также являлось частью арсенала этих бандитов для грабежа своих жертв. У Абе Релеса был стол для игры в кости на пересечении Корт-стрит и Стейт-стрит в Бруклине. Рич Коэн пишет об этом: «Когда игрок теряет деньги, то одалживает у Релеса еще под двадцать пять процентов. Чтобы расплатиться с Релесом, игрок может занимать у Штрауса, Претти Левина или Маффитора Дьюки.
Прежде чем понять, что происходит, игрок попадал в зависимость от маленькой группировки.
И мы здесь отметить, что американские бандиты применяли методы, которые использовали евреи с самой древности, что позволило им и заработать такую репутацию.
Приток русских евреев на американскую землю, казалось, должен обогатить Америку с «различным» населением. Считается, что евреи, в общем, были более склонны к преступной деятельности, чем другие группы населения.
Вот достоверное свидетельство Фрэнка Мосса, которого цитирует Рич Коэн. После визита в еврейские кварталы Нью-Йорка он отметил «невежество, предрассудки, упорное нежелание соблюдать нормы, религиозные обычаи и требования к собственности в Америке, клановость, ненависть и недоверие к христианам».
И он добавил: «Не существует места в мире, где мы можем найти столько человеческих паразитов – здесь они неисчислимы… Уголовные инстинкты, которые противоестественны нормальному состоянию человека у русских и польских евреев, выпирают наружу, и если верить мнению людей, то евреи самые худшие люди в Нью-Йорке».
Однажды бухгалтер Синдиката, Уолтер Сейдж, пострадал от повторенной ошибки: Ганги Коэн воткнул ледоруб в его грудь и нанес удары ножом тридцать один раз, чтобы научить его считать. Бухгалтер затем закончил свой путь на дне, со счетной машинкой, привязанной к его груди. Но после убийства Уолтера Сейджа Ганги Коэну пришло своего рода откровение: «Если меня заставили убить Вальтера, то рано или поздно они найдут кого-то, чтобы убить меня». Поэтому Ганги Коэн сел на поезд и поехал далеко на запад, в штат Калифорния. Он изменил свое имя, начал искать работу и нашел ее в Голливуде. Он дебютировал в кино, сначала как статист, а затем как актер по имени Джейк Горден.
Через несколько лет офицер полиции, который давно разыскивал Ганги Коэна и уже считал его пропавшим без вести, обнаружил его на киноэкране, игравшего роль полицейского. Коэна, таким образом, привезли из Калифорнии в наручниках. Суд вскоре над ним состоялся, но он был оправдан за отсутствием доказательств. И Рич Коэн заключил: «Если дела действительно слишком плохи, всегда можно решить отправиться в Голливуд и стать кинозвездой».
Пение канарейки
В 1933 году, когда сухой закон был отменен, гангстеры заработали много денег благодаря азартным играм, наркотикам, проституции или ставкам по телефону. Также были организованы договорные скачки. Дон Вулф писал об этом: «Синдикат подтасовал результаты множества скачек, не привлекая подозрения, но это было более чем достаточно. Мы договаривались с жокеями, которые получали свою долю. Те, кто отказывался сотрудничать, рисковал получить крупные неприятности. Пари принимались на ипподроме, иногда у букмекеров Синдиката. Багси знал, что гонка была договорной, он имел точные сведения, в результате некоторые из его друзей из Turf Club делали ставку на последней минуте и собирали джек-пот».
Но кольцо сжималось вокруг мафии. Аль Капоне был пойман в 1932 году за неуплату налогов. Прокурор Томас Дьюи уже свалил Вакси Гордона в 1933 году. Нужно сказать, что у Вакси Гордона был конфликт с Лански при контрабанде алкоголя и в азартных играх, их соперничество превратилось в открытую войну, которая стала причиной множества смертей с обеих сторон. Лански предоставил полиции информацию, которая была использована для осуждения Вакси Гордона за уклонение от уплаты налогов в 1933 году, и он был осужден к десяти годам лишения свободы. После освобождения он отправился в Калифорнию, где осуществлял контрабанду героина в крупных размерах. В 1951 году, в возрасте 62 лет, он был вновь арестован и приговорен к 25 годам лишения свободы в тюрьме «Алькатрас». Он умер в следующем году.
В 1935 году Голландец Шульц (Артур Флегенхаймер) также следует за ним. Томас Дьюи организовал операцию по вводу более сотни «бандитов-пингвинов» (подсадных уток) в разных игорных залах, находящихся под управлением Шульца. Когда было решено послать кораблем более тысячи игровых автоматов в Новый Орлеан, где губернатор штата, Хью Лонг, был на тот момент на жаловании у гангстеров, Шульц был арестован. Но его адвокаты получили возможность изменить место проведения юридических процедур, и судебное разбирательство было проведено в небольшом городке Мэлоун, в штате Нью-Йорк. В Мэлоуне был только один храм, одна улица, один пункт пожарной охраны. Шульц остановился в небольшом отеле, среди людей, которые его не знали, дарил подарки на благотворительных базарах, одевался в очень простые костюмы. «Его можно увидеть на небольших встречах ассоциации церкви, на соседских праздниках и бинго-играх. За неделю до судебного разбирательства он пошел в местную церковь и перешел в католицизм».
Рич Коэн продолжает: «Жюри было убеждено в необходимости освободить Шульца – ему удалось обмануть весь город. Существует его снимок, сделанный сразу после оправдательного приговора, с широкой детской улыбкой, которой он одурачил избранных в совет жюри. „В этом жестоком мире нет места для ослов“, – сказал он журналистам».
Перед Комиссией Шульц потребовал ликвидации Дьюи. Но остальные члены Синдиката имели другое мнение: Дьюи был слишком крупной мишенью, и его убийство могло поставить всю организацию в трудное положение. Так как Шульц присутствовал на заседаниях нерегулярно, сохранился проект, на котором было принято решение о его (Шульца) ликвидации. 23 октября 1935 года командой из трех
