— Что еще?
Болезненный вопрос для всех особей женского пола — недостаток в красивых тряпках — тоже объединил мать и дочь.
— Тайные заговоры! — решил король, надеясь, что вдруг кто-нибудь о чем-нибудь проговорится!
"Это как пить дать"! — подумал я.
Итак — любовь, мода и политика — эти темы вечные, как сама жизнь.
Самое насущное, то есть тема пропитания, как всегда отодвигается на последний план, особенно если этим вопросом никто не хочет заниматься.
Вновь пробили черные часы, и все завертелось! Начали с главного: "Измены".
То, что моя сыворотка действует — это я понял сразу. Уж, очень все были заинтересованы в том, чтобы поделиться самым сокровенным! Всем хотелось открыть тайны своего и чужого прошлого.
И понеслось! Но я не мог предполагать, что это приведет к схваткам на мечах и кинжалах. Я не рассчитывал, что трое вампиров и две вампирши покинут этот зал не своим ходом.
Едва оправились от темы "Измены", как возник вопрос о моде. О сколько всего интересного поведали вампирши друг другу о своем и чужом безвкусии, об украденных фасонах, о пролитом вине на юбку соперниц. Лучшие подруги становились лучшими врагами.
Всех спасла тема: "Заговоры", хотя многие уже считали, что лучше к ней не подступаться, но на этом настаивал король.
И снова завертелось! Их просто несло! Без остановки!
Помахать перед носом у жадной до подробностей публики грязным бельем своего ближнего — это даже вполне по-человечески!
— Это уже не вечер вопросов, это вечер Разоблачений! — истерически кричала королева, — ей не повезло: кто-то извлек скелет из королевского шкафа — оказывается, наша Георгина еще на брачном ложе что-то затевала против своего супруга. Но остальные явно ее перещеголяли. Когда нечем заняться — коварство становится лучшим средством от скуки.
Итогом веселого вечера были десяток казней, смена всех министров, и бал во дворце.
Возможность проверить зелье замедления мне подсказал сам король.
— Не взирая на то, что ты нас всех чуть не перессорил, я оставляю тебе жизнь и даю еще один шанс. Помнишь, ты предлагал нам охоту?
— Но вы сочли мою затею глупой!
— Хорошо, у нас возникло желание поохотиться. Недавно на этот остров попал еще один дурень. Есть его просто так скучно, мы решили сначала побегать за ним.
— Хочешь принять участие?
— Нууу, можно я с ним поговорю?
— Почему бы нет, — пожал плечами король. Отведите его в подвал!
Я нашел в подвале человека, молодого, светловолосого и физически, как мне показалось, крепкого.
— Кто вы? — спросил он меня, щурясь, — к темноте его глаза еще не привыкли.
— Я человек, и пока мне оставили жизнь. С вами хотят поступить иначе. У нас мало времени. Я пришел, чтобы предупредить — есть шанс на ваше спасение. За чертой города живут люди — на чесночном поле, если вам удастся убежать от охоты, то стремитесь туда и там ищите укрытие — вампиры не могут перейти его границы.
— Но как мне туда добежать? Меня будут преследовать?
— Да, один их чемпион переловил достаточно много людей, но в этот раз я хочу помешать ему и другим охотникам. Если поможет зелье замедления, то у вас есть шанс. Заодно передайте старику, что зелье правды сработало.
И снова всех пробудили к ночной жизни черные часы.
Я подлил зелье замедления во все возможные жидкости. Ни один кувшин с водой или вином не миновал меня. Потому что слуги носили их по коридору мимо моей комнаты, а все охотники ужинали по традиции перед охотой во дворце. Таким образом, все они по моим расчетам должны были пригубить напиток с зельем.
Слуги, проходящие мимо моей комнаты — я их останавливал просто, мне помогла книга черного юмора, прочитанная мной на досуге:
— Эй, Камилло, знаешь анекдот?
— Какой?
Рассказываю коротенький анекдот и он — мой! Пока бедняга вытирает слезы, я успеваю капнуть из пузырька в кувшин.
Пожалуй, я даже переборщил с дозировкой. Но ведь мне не были известны пропорции.
И вот все население дворца высыпало на улицу. Стража вывела "дичь" из подвала, и парень испуганно озирался по сторонам. Я улучил момент и, подобравшись к нему, сказал:
— Тебе бежать в сторону маяка, туда, где раньше был порт.
— О чем это вы шепчетесь? — спросил хмурый Леонард. — А ну отойди прочь, пока не присоединился к нему!
Все были вооружены короткими мечами. И едва миновали ворота, как погоня началась. Жертву выпустили и дали ей удалиться на небольшое расстояние.
— Все равно никуда не уйдет, — облизнув губы, прошептал Леонард.
Парень побежал в сторону леса. Туда, где ямы. У меня аж кулаки сжались.
— Идиот! Я же сказал тебе: не туда, — тихо пробормотал я.
Но он не послушал меня. Вампиры помчались за ним, им хорошо было видно в темноте, и они отлично знали свои ямы и безопасные тропы.
Но так уж получилось, что им в этот раз было не суждено захватить жертву. Пленник вовремя свернул от леса и помчался к берегу. Там были песок и камни, ранившие ноги, но он бежал.
"Море тебя не спасет", — думал я.
Вампиры рассыпались длиной цепью, и, кажется, стали окружать его, но он успел прорваться и побежал к полю.
Леонард был впереди — он отлично знал: зачем охотится! Как чемпион, он обязан был каждый раз подтверждать свой титул — по законам этого маленького королевства, если он проиграет эту охоту, то сам становится лакомым блюдом на столе у своих сородичей. Каждый раз трофеи доставались ему, и у Леонарда было достаточно врагов.
Он бежал изо всех сил. Но действие зелья стало проявляться — ноги его сделались ватными, и он начал спотыкаться, а от Чесночного поля беглеца отделяло совсем немного — участок вверх по склону и развалины церкви.
Леонард опережал остальных, но жертва уходила у него из-под носа. И вот уже достигнута граница чесночного поля, где нашли себе укрытие люди. А вампиры в припадке ярости бьют кулаками землю.
"Как бы я теперь не стал их новой жертвой, свою досаду они могут выместить теперь на мне", — в ужасе подумал я.
Но их внимание было направлено на другое существо — Леонарда заставили подняться, и повели в город с криками ликования. Уходя со связанными руками, он бросил на меня испепеляющий взгляд.
Камни, которые бросали в него были только началом расправы. От скуки и безделья вампиры устроили ему пытки, и только потом отобрали жизнь. Итак, ненавистный всем Леонард поплатился за свою гордыню и надменность — его уничтожили свои же сородичи. А мое время продлилось.
День я снова провел вне города — я хотел найти старика и сказать ему, что сыворотка правды и зелье замедления сработали. Но вместо старика я увидел на лодке двух людей: женщину и мужчину. Они катались, и к рыбалке это не имело никакого отношения. Блондинка, напоминавшая мне кого-то, прыгала в воду, плавала и ныряла, они долго миловались и все такое. Потом они пристали к берегу, и я пошел к ним навстречу — но они, заметив меня, убежали. Я был неприятно удивлен: Старик мне солгал! Ведь он уверял, что все плавающие средства не подлежат использованию.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
