больше, но меньше знаний, что даст мне преимущество.
После чего наконец я приступил к уборке. Собрал грязную одежду, оттащил в ванную и забросил в стиральную машину. Пожалел, что сжег утром футболку — глядишь, отстиралась бы тоже. Но привычка не оставлять ничего своего тогда взяла верх.
— Ты изменился, — неожиданно сказала мама Ярослава, когда я выходил из ванной.
— Меня ударили по голове. Конечно, я изменился.
— Голова болит? Может, таблетку дать?
— Немного. Обойдусь без таблетки.
На самом деле, голова не болела вовсе, но на нее можно было пока списать странности в поведении. А потом внушить, что после удара по голове я прозрел: живу неправильно и должен все поменять. А менять придется. Если мне суждено стать частью этого мира, то положение Ярослава надо срочно улучшать. В школу он ходил, но знаний в голове и на медный грош не набралось бы. Но та школа мне нынешнему не подойдет. У магов наверняка есть свои. А в них наверняка что–то новое найду даже я. На самом деле, меня больше волновало, найду ли я что–то по перемещению между мирами, пока еще можно было использовать там кого–то как якорь.
Усаживаясь на любимое место Ярослава за компом, я уже знал, чем буду заниматься. Нет, не игрой: воспоминания о визуализации магии и наборе заклинаний в игре вызывали лишь у меня смех. Тот, кто умеет магию делать, в нее не играет. По краю сознания скользнула мысль, что Ярослав считал своего персонажа весьма ценным, а значит, его можно было продать. Использовать наследство, полученное от тела. Самому Ярославу в игры уже не поиграть, мне же это было совершенно неинтересно. Даже отголоски азарта, оставшегося от прежнего владельца, не вызывали желания войти в мир компьютерных иллюзий. Но с продажей, если она возможна, разберусь потом, сейчас же эту коробку использую для поиска информации, чем Ярослав хоть редко, но занимался.
Точно, школа для магов нашлась, и даже не одна. Лучшей считался загородный колледж «Крылья Феникса». Картинки помещений и счастливых учащихся радовали, не радовало то, что поступить туда я мог только в следующем году, а еще не радовали цены — почти два миллиона в год. Я уже понял, что для матери Ярослава эта сумма окажется неподъемной даже для разовой выплаты, а платить нужно три года. А ведь это только плата за обучение, сюда наверняка не входили форма, учебники, общежитие. Да много чего могло не входить такого, о чем Ярослав не знал, потому что не сталкивался, а я не знал, потому что мир не мой.
В других школах обучение было ненамного дешевле, поскольку рассчитывалось исключительно на элиту, к коей относились маги. Крупный род мог позволить себе такие траты, мелкий при необходимости влезал в долги, но тоже из кожи вон лез, чтобы соответствовать.
Интересно, что ряд школ уже с самого начала имели перекос в одно из направлений магии. Интересно, с чем это связано? С дисбалансом при развитии магов или с необходимостью направлять на нужную специализацию? Из рекламных описаний этого понятно не было. Описания были яркими, красочными, многообещающими. Подозреваю, что и половину обещаний выполнить не получилось бы.
На сайтах всех школ были вкладки, в которые зайти можно было только по паролю. Если бы Ярослав время, убитое на игры, потратил бы на программирование, возможно, я бы смог попасть в закрытые разделы. Но, как я уже понял, был он не слишком любознателен и очень ленив, поэтому мне пришлось ограничиться страницами, доступными всем.
Неуверенный стук в дверь прервал поиски:
— Ярик, ужинать будешь?
— Конечно, — оживился я.
Сил я потратил сегодня немерено и есть хотел зверски. Порцию курицы с гарниром из гречневой каши я проглотил, почти не чувствуя вкуса, и сразу попросил добавки, которую уже ел медленно, смакуя каждый кусочек и ища соответствие вкусу в своем старом мире. Зря я это сделал, потому что опять нахлынула тоска.
— Ты так осунулся, — жалобно сказала мама Ярослава, которая к еде не притронулась. — За сутки в собственную тень превратился.
— Все будет хорошо, мама, — попытался я ее приободрить. — Вчерашний день был тяжелым для нас обоих, но он закончился, и все у нас будет хорошо.
— Хотелось бы верить, — она вздохнула. — Ты прости, что я на тебя накричала в коридоре, но я вчера так испугалась, что тебя потеряла. А сегодня… — У нее задрожали губы. — Сегодня, когда я пришла, а тебя не оказалось… А ты всего лишь ходил в магазин. Да, деньги я верну.
— Зачем? — я удивился.
— Твоя первая зарплата. — Она мечтательно улыбнулась. — Ее нужно потратить как–то так, чтобы запомнилось. Ты вырос, а я и не заметила.
— Я ее уже потратил, — чувствуя неловкость, буркнул я. — И потратил так, как посчитал нужным. Если ты считаешь меня взрослым, то оставь право распоряжаться моими деньгами мне.
Мир продолжал быть чужим и диким, но от этой женщины веяло уже чем–то родным и близким. Но жить за ее счет мне, взрослому самостоятельному магу?
— Хорошо.
Она улыбнулась, а я окончательно смутился, торопливо доглотал то, что оставалось в тарелке, а чашку с чаем уже забрал с собой. Это тоже было в характере Ярослава, он и ужинал иногда, параллельно участвуя в игровых рейдах.
Я же опять полез на сайты. Почему–то больше всего тянуло изучать «Крылья Феникса». В очередной раз пройдясь по списку выпускников, я понял причину: там когда–то учился мой биологический отец, Кирилл Лазарев, причем считался одним из лучших выпускников. «Гордость школы», как пафосно было написано под его на редкость противной высокомерной рожей. А сейчас там учился его сын, который был старше меня на год. Почему бы папочке не оплатить учебу еще одного отпрыска?
Глава 4
Как я и думал, ночью нас решили навестить гости. Проснулся я оттого, что кто–то попытался выбить нашу дверь и у меня сработала сигнальная нить. За вчера я дал слишком большую нагрузку изнеженному телу и хилым каналам, поэтому включился не сразу. Но как только в голове чуть прояснилось, отправил сон на мать и пошел наблюдать за пыхтеньем бандитов.
— Чугунная она, че ли? — Хрипящий дышал уже со свистом, но жаждал отомстить за свое унижение. — Костяшки разбил, а ей хоть бы хны.
— Ногой надо было, — авторитетно сказал Глаз, не торопясь, впрочем, становиться примером для подражания.
— Чтобы пятку сломать? Эту дверь только динамитом и возьмешь.
— Динамитом?
Задумчивость в голосе Глаза мне не понравилась. Если они притарянят динамит, дверь устоит, а вот все вокруг нее нет. Я бросил приморозку
