Читаем без скачивания Город страшных снов - Ежи Тумановский

А может быть, до ближайшей колючей проволоки и блокпостов, совсем недалеко?

Тогда не потребуется долго готовиться и запасаться в дорогу припасами…

Идти не хотелось категорически, но здравый смысл требовал: надо. Так получилось, что к двадцати четырем годам Егор успел вывести для себя несколько простых правил и старался следовать им неукоснительно. Одно из таких правил гласило: желания, продиктованные ленью или страхом, не должны принимать участия в принятии решения.

Еще раз хорошенько все взвесив и пообещав себе, что по возвращении наестся до отвала, Егор облачился в куртку, взял копье и вышел из квартиры.

На улице стояла та умеренная летняя погода, когда и в куртке не жарко, и без куртки не холодно. Егор распахнул штормовку, но снимать не стал.

Двор, поросший травой и кустарником, смотрелся теперь настолько естественно и убедительно, что поднимающиеся со всех сторон к небу многоэтажки уже не казались «хозяевами», рядом с которыми случайно выросло что-то зеленое. Скорее, уродливые коробки, окружившие зеленую поляну со всех сторон, выглядели здесь абсолютно неуместными. Словно, отдав свою территорию на несколько сотен лет в аренду, лес вернулся. И стал по-своему очищать землю от арендаторов.

В траве мелькнуло черное гибкое тело. Змей Егор не особо боялся, тем более в руке у него была длинная палка с острым наконечником, но он решил не рисковать. Отошел в сторону. Не хватало для полного счастья получить укус гадюки.

Сделав круг по двору, он убедился: здесь практически полностью повторяется та же картина, что и на улице. Помимо костей и черепов, хватало трупов, сохранившихся на удивление хорошо.

Наткнувшись на тело знакомого из соседнего подъезда, Егор некоторое время стоял, хмуро вглядываясь в иссохшее и покрытое слоем грязи, но вполне узнаваемое лицо. Впервые появилась мысль, что следовало бы похоронить умерших. Но тут же пришло понимание: ни сил, ни возможностей для этого у него все равно нет.

Казалось странным, что голодное зверье до сих пор не обглодало сохранившиеся трупы. Может быть, не тронутые разложением тела были ядовиты? Или с момента смерти прошло слишком много времени, а хищники просто брезговали падалью? Но в пустом городе некому выбрасывать съедобные объедки… Чем же тогда питалась собачья стая? Птицами? Одичавшими котами?

В собственном дворе Егор чувствовал себя гораздо спокойнее и уверенней, чем на улице. В голову одна за другой полезли жуткие догадки: раз катастрофа случилась внезапно, и никакой эвакуации не было, значит, тело матери тоже может лежать где-то… прямо на улице.

От этой простой и очевидной мысли, внутри все сжалось в болезненном спазме: до этого момента трагедия ощущалась как что-то, оставшееся в далеком прошлом, а изменившийся город воспринимался как альтернативная реальность, из которой хоть и трудно, но можно однажды выбраться. Теперь же вдруг стало предельно ясно, что прошлое никуда не ушло. Оно лишь ждало подходящего момента, чтобы напомнить о себе.

Тело матери следовало найти и похоронить, как положено. Тем более, до ночи еще наверняка много времени. Проблема заключалась в другом. Мама могла находиться где угодно: от десятков магазинов вокруг дома до любых крупных торговых центров. Покупок в тот самый день она планировала сделать много, а это значило, что найти ее останки будет невероятно сложно, если вообще возможно.

Стало заметно темнее. Егор поднял голову и замер.

По алому прямоугольнику неба, обрамленному домами, ползла тяжелая радужно-багровая туча. Двигаясь единым клубящимся сгустком, она переливалась множеством оттенков красного, серого, черного и даже синего цветов. По краям нарядной пушистой окантовкой жались молочно-белые кучевые облака. Часть общего движения в странной туче подчинялась каким-то своим законам: воздушные массы время от времени закручивались спиралью и поднимались вверх, словно перевернутое торнадо. В такие моменты в темных клубах возникала промоина, сквозь которую виднелись яркие пятна. Внутри тучи что-то непрерывно сверкало, но раскатов грома слышно не было.

С трудом оторвавшись от завораживающего зрелища, Егор обошел засыпанный мусором открытый люк канализации и направился к соседнему дому. Там через дворы можно было выйти на улицу, по которой завтра он попытается выбраться на Московский тракт.

Проход между домами густо зарос травой и кустами выше роста человека. Егор в нерешительности остановился. Поверх высоких стеблей репейника и крапивы уже легко просматривался соседний двор, но продираться сквозь зеленый «остров» было страшновато. Перед глазами снова встала пугающая картина: крупный мужчина в болотных сапогах судорожно заряжает ружье, падает на колени, а со всех сторон его рвут в клочья крепкие собачьи зубы. Собаке спрятаться в густой траве проще простого.

Издалека прикатился звук выстрела. Егор непроизвольно посмотрел в ту сторону, словно надеялся увидеть стрелка, и в этот момент в кустах за спиной громко хрустнула ветка. Резко развернувшись, Егор выставил перед собой копье и начал отступать к ближайшему подъезду. Из кустов никто не появился, но верхушки высоких стеблей травы раскачивались так, что было понятно: внизу происходит какое-то движение.

До спасительного подъезда оставалось каких-то пару десятков метров, и Егор бросился бежать. Тут же раздалось азартное рычание, и слева, отсекая дорогу, появился некрупный пес палевого окраса. Он легко обогнал тяжело бухающего кирзачами Егора и оказался перед ним.

Егор резко остановился и со всей силы врезал древком копья собаке по загривку. Ударом зверя аж распластало по земле. С обиженным визгом пес бросился обратно в кусты.

Все произошло так быстро, что Егор даже толком не сообразил, как остался единственным победителем на «поле боя». Сердце гулко стучало у самого горла, вспотели ладони, дыхание было тяжелым, словно он пробежал пару километров, но опасности как таковой больше не было. Псина, проломившись сквозь кусты, завывала уже где-то в соседнем дворе. И, судя по всему, никто не спешил ее утешать и идти разбираться с обнаглевшим двуногим.

Оставшееся расстояние до подъезда Егор прошел быстро, но уже без лишней суеты. Несмотря на бегство противника, имело смысл проявить осторожность. Кроме того, ему пришло в голову, что обзор окрестностей с высоты двенадцатого этажа может дать намного больше, чем многочасовой обход соседних дворов.

Каждый подъезд в таких домах имел два входа. Один из них позволял пройти к лифтам, а второй открывал путь на лестницу, по которой можно было подняться на любой этаж пешком. Между лифтами и лестницей на каждом этаже был переход, сделанный через специальный балкон. Именно с этих переходных балконов Егор и собирался осмотреться.

Тяжелая металлическая дверь открылась с протяжным скрипом. Егор вошел в темный подъезд и стал подниматься вверх по лестнице. До катастрофы на таких лестницах обычно пахло уродами, чей мочевой пузырь легко захватывал власть над головой. По прошествии многих лет все «канализационные» запахи выветрились, лестница пахла стылым бетоном и пылью. Егор медленно переставлял ноги, стараясь подняться как можно выше, но после шестого этажа устал и вышел на балкон.

В первую секунду у Егора дух захватило от мрачной картины запустения и торжества природы.

Крыши темно-серых хрущевок спального района буквально утопали в зелени огромных деревьев, раскинувших свои кроны повсюду. Небо, не заслоняемое теперь тяжелыми коробками зданий, раскрылось над головой как бесконечная зияющая рана, переливаясь всеми оттенками красного: от слепящего алого света высокого солнца, до темно-бордовых туч у горизонта. На некотором удалении посреди густых крон торчали обгоревшие местами высотки. Темными точками на фоне кровавого неба бесшумно скользили большие стаи птиц.

Передохнув, Егор собрался было подняться на этаж выше, но вдруг заметил слабое движение в квартале от себя. На какую-то секунду в поле зрения появился медленно пробирающийся между кустов человек и тут же вновь пропал из виду.

Сердце ударило в груди бешеным набатом. Позабыв об осторожности, Егор бросился бежать вниз по лестнице. Выбравшись на заросший травой тротуар, он быстрым шагом двинулся в ту сторону, где видел крадущегося человека. Может быть, тому известно, что случилось? А если повезет, он отведет Егора к другим людям…

Поднялся ветер, и на смену тишине пришел мощный шелест листвы. Этот звук заполнил все окружающее пространство, не оставив ни малейшей возможности что-либо услышать.

Егор начал оглядываться по сторонам, крепко сжимая в руках свое копье. Любой зверь мог теперь подкрасться к нему совершенно незаметно: в мелькании колышущихся повсюду листьев он вряд ли бы смог заметить даже слона.

Но вернуться назад Егор теперь не мог. Где-то там, впереди, совсем недалеко, его ждали ответы на вопросы! И шанс на спасение!