Меня так и не застукали, когда я запрыгнул в лодку и отчалил от пристани. Под моим весом кораблик тут же расхотел набирать высоту и даже немного просел. Я испугался, что энергии в камне левитации осталось совсем мало, но поделать уже ничего не мог. Ветер наполнил небольшой парус, и мое судно понеслось над землей. Выглянув спустя какое-то время из-за борта, я увидел, что до оной очень и очень далеко.
Интересно, сколько будет падать мое тело вниз, если все пойдет не как задумано?
Разобравшись в управлении, я повел лодку вдоль ущелья, глядя внутренним зрением по сторонам. До места, где я засек последний крик было еще далеко, но на воздушной посудине, даже такой неустойчивой как эта, я доберусь туда за несколько часов. Конечно при условии, что камень левитации выдержит.
Я был уже у противоположного берега, когда лодка управляющего стала медленно «тонуть». Ветер все еще толкал ее вперед, но при этом суденышко уходило вниз. Рассчитав ее траекторию, я понял, что моим первоначальным планам не суждено сбыться. Я даже до другого края могу не дотянуть. Моя единственная надежда в…
Выйдя на нос, я закрыл глаза, погружаясь в боевой транс. Энергия тела находится в постоянном хаосе, но Ловцы умеют упорядочивать ее. Контроль достигается путем многолетних тренировок, но в конечном итоге результат стоит усилий. Сконцентрировав внутреннюю энергию в своих ногах, я весь подобрался для прыжка.
Лодка приближалась к утесу довольно быстро, но еще быстрее она проседала вниз. Я отсчитывал секунды. Девять, восемь… шесть, пять… три, два… Рывок. С многократным ускорением мое тело молнией рвануло вверх. Но ушам ударил не слишком мощный хлопок — преодолеть звуковой барьер могут лишь единицы, и я пока что не в их числе, но уже хоть что-то. Через мгновение мои ступни коснулись каменистой поверхности. Обернувшись, я успел увидеть, как лодка управляющего падает вниз. Кажется, сила моего прыжка проломила дно.
Что ж, следует подумать, как возместить ущерб несчастному управляющему. Думаю, несколько бочонков виноградного бренди заставят забыть бедолагу о горе.
* * *
В воду с оглушительным треском упало несколько деревянных обломков. Белоснежный Убийца, сидящий на высоком камне у самого берега, открыл глаза. Его белые зрачки наблюдали, как сильное течение относит остатки лодки в сторону. Последним, водной глади коснулась вырванная ветром парусина.
Запрокинув голову, посланник Хаоса всмотрелся вверх, но ничего не увидел. Виновник дождя из обломков уже скрылся из виду, но что он не упал вместе с лодкой, было понятно сразу. Убийца выставил вперед руку в белой перчатке и легко нащупал потоки чужой энергии. Они уже затухали, норовя полностью исчезнуть, но разобрать самое главное было можно.
— Это он, — тихо прошептали губы белоголового человека, — моя цель. Но стоит ли мне вмешиваться? Джамаль сам обещал разобраться со всем.
Не сделав даже попытки подняться, Белоснежный Убийца остался сидеть на камне. Закрыв глаза, он погрузился в мир собственных мыслей, где не было места суете и спешке.
Глава II
3701 год от Великой Войны за Равновесие.
Я увидел тело. Оно лежало на открытой поляне, рядом с торчащим из земли хайкелем. Синее лезвие ловило солнечные блики, которые засечь с расстояния проще легкого. Очень похоже на ловушку, хотя кто знает…
Кажется это Милен. Только у нее был длинный одноручный хайкель. Кэролайн предпочитала тяжелое вооружение наподобие эспадонов, клейморов и фламбергов, а Гэбриэль вообще презирал клинки. Оружием ему служил собственный разум, натренированный до такой степени, что разрушение и убийство силой мысли переставали быть чем-то невозможным.
Я прятался за деревьями уже минут десять. Шестое чувство подсказывало, что неподалеку затаился кто-то еще. Возможно враг ждет, пока я подойду к телу, чтобы потом сразу же напасть со спины. Я не жалуюсь на собственную скорость, но на открытой местности даже мне нелегко будет избежать стрелы или арбалетного болта. Лучше не рисковать.
Внутреннее зрение я не использовал. Безумные в состоянии засечь всплеск в фоне, как и любой Ловец. Случается такое редко, но и смерть товарища частым событием не назовешь. Кто знает, на что способен убийца Милен, тем более что я его совсем не чувствую.
Уши и глаза превратились в оружие. Как и терпение. Я прислушивался к каждому шороху, вглядывался в любые подозрительные вещи. Шелест кустов — ветер или чья-то неуловимая поступь? Хруст веток — лесной зверек или башмаки убийцы? Хаос, как же все непросто! Так можно до самой ночи проторчать.
Но опытные охотники доверяют своему чутью. Если рядом опасность, идти на солнечные блики не стоит. Слава Создателю, меня научили ждать, хоть я это и ненавижу всем нутром.
… Тянулись минуты, прошли целые часы. А чувство чужого присутствия не пропадало. Кажется, меня еще не засекли, иначе давно бы приблизились и напали. Но быть может, мой потенциальный противник лишь приглядывается ко мне, пытается понять, что я из себя представляю?
Благодаря циркуляции внутренней энергии мое тело не затекло, хоть я не шевелил ни одним мускулом уже длительное время. Правая рука покоилась на эфесе хайкеля, левая — упиралась в ствол дерева, обросшего мхом с северной стороны.
Не знаю, чем бы закончилось мое ожидание, если бы не слабый шорох в кустах, расположенных в тридцати метрах от меня. Когда он повторился, я медленно и очень осторожно двинулся на источник звука. Под ноги смотрел очень внимательно, минуя сухие ветки и подозрительные участки. Даже я с трудом разбирал натренированным слухом, как отзывается почва под моими подошвами, не говоря уж о потенциальном враге, находящимся дальше моего. Услышать мое приближение было почти невозможно.
Хайкель в ножнах был зажат в правой руке, которую я предварительно отвел для замаха. Ножны не станут преградой, освободить клинок я сумею за доли секунды.
Остановившись от тех кустов, где я в последний раз слышал шуршание, в шести с половиной шагах, я застыл, прислушиваясь. Остро хотелось использовать внутреннее зрение, но тогда эффект неожиданности сошел бы на нет. Шаг за шагом я приближался к цели. Чтобы там ни пряталось, оно все еще в кустах. И сейчас я прикончу…
Из кустов на меня выскочил молодой кабанчик и к своему стыду я рванул ему навстречу. Рефлексы, мать их так. Порой нельзя ничего с ними сделать. Мой каблук ударился поросенку между глаз, продавливая череп и сбивая животное с ног. Послышался душераздирающий визг, который заставил мою душу уйти в пятки.
Все. Кажется я лажанул, и мое расположение теперь известно любому, кто прятался в этом подлеске. Кабанчик продолжал дико визжать, но мне было не до него. Плюнув на все, я задействовал внутреннее зрение. Молниеносной волной мир преобразился в желтые тона. Если бы не это, то лежать бы мне мертвым на земле…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
