Читаем без скачивания Сибирское бремя - Фиона Хилл

Источник: Перепись населения США, 2000 год.

Источник: Перепись населения России, 2002 год.

Таблица 2-2 показывает, что распределение российских городов по величине очень плохо вписывается в линию Зипфа (график 2-2). На графике четко прослеживается резкое падение размеров городов от Санкт-Петербурга (вторая точка) к Новосибирску (третья точка). Но выявление российской аномалии по части закона не удивительно по той простой причине, что, если закон Зипфа и в самом деле отражает воздействие естественных (рыночных) факторов во времени, то было бы странно, если бы Россия следовала ему25.

Россия не единственная страна, в которой «естественные законы» не действуют. Но такие отклонения от закона Зипфа, как в России, не наблюдаются ни в одной другой стране. В большинстве случаев, в других странах отклонения заметны в ином — первый город слишком велик. Это явление часто называют фактором сверхгорода, или парижским синдромом, поскольку самым ярким примером является Франция: Париж значительно больше, чем он должен быть. В России же, напротив, группа городов, занимающих места от № 3 и примерно до № 15, слишком малочисленна, чтобы вписываться в линию Зипфа. Эти города существенно выпадают из нее. В соответствии с законом Зипфа, следовало бы ожидать, что третий по величине российский город будет иметь численность населения порядка 5 миллионов и что за ним должны следовать города с численностью населения примерно 3 миллиона, 2,5 миллиона, 2,3 миллиона и 2 миллиона. Однако этого не наблюдается. Причина несоответствия напрашивается сама собой, если более внимательно рассмотреть, какие города следуют за Санкт-Петербургом, а именно: Новосибирск, Нижний Новгород, Екатеринбург, Самара, Омск… — все это города военно-промышленного комплекса (ВПК), чьи размеры были строго регламентированы советским экономическим и оборонным планированием. Мы вернемся к вопросу о городах ВПК в следующей главе, а пока обратимся к недавней работе коллег из Института Брукингса, представивших свой взгляд на особенности распределения российских городов по величине.

Исследователи из Института Брукингса Тимоти Гулден (Timothy Gulden) и Росс Хэммонд (Ross Hammond) разработали модель, которая показывает, что закон Зипфа есть результат действия очень простых сил. Они считают, что при наличии соответствующего по отношению к общей численности населения количества городов свободная миграция людей по городам, отражающая их привлекательность, приведет к распределению по Зипфу. В чем же причина отклонений от закономерности Зипфа? Оказывается, если количество людей и городов в системе не соответствуют друг другу, то отклонения возникают даже при наличии возможности свободного перемещения людей. Если городов недостаточно (для данного количества людей), то крупнейший город обречен иметь слишком много жителей. Это подходит под понятие сверхгород, или парижский синдром, о котором говорилось выше. Если же количество городов, наоборот, слишком велико, то результатом будет распределение, разительно похожее на российскую картину: появляется группа городов второго ранга, схожих размерами и меньших, чем можно было бы ожидать26.

Значит ли это, что в России слишком много городов? Действительно, это не противоречит советскому экономическому планированию, которое в стремлении номинально заполнить пространство между Уралом и Тихим океаном распределило людей слишком разреженно. С одной стороны, такое планирование предотвратило разрастание некоторых крупных городов. С другой стороны, создало и сохраняло города той величины, до которой они бы не разрослись при более или менее нормальных рыночных условиях.

При этом вовсе не подразумевается, что современные российские города второго ранга могут настолько разрастись под воздействием одних только ничем не ограниченных рыночных сил, чтобы вписаться в закон Зипфа. Причина в том, что рыночными силами определяется не только сравнительная величина городов, но и их пространственное размещение. В России эти города второго ранга размещены нерационально.

Экономисты и экономические географы уже давно занимаются изучением функций и роли городов и их внутренней динамики. Чего им пока не удалось, так это объяснить, почему крупные города появляются в определенных местах. Недавние исследования отрицают, что «естественные», или географические, факторы предопределяют место зарождения крупнейших городов (хотя, несомненно, многие города исторически возникали на местах небольших поселений, расположенных в благоприятной географической среде, например, при слиянии рек или в долинах). Прежде подобные теории были в моде. В Соединенных Штатах ближе к середине XIX столетия приверженцы теории, что «география (естественное размещение) — это судьба», в реальности были спекулянтами недвижимостью. Они хотели воспользоваться так называемой «наукой» для обоснования своего рыночного маркетинга: мол, продаваемые ими участки земли вполне могут.стать впоследствии мегаполисами.

Сегодня единой согласованной теории на этот счет нет, но существует несколько основных теорий. Соперничая между собой, они скорее дополняют, чем противоречат друг другу. Все гипотезы подчеркивают значимость местной торговли, торговли на больших расстояниях (международной) и финансового посредничества.[5] В последнее время принято объединять все эти три фактора. Считается, что, в каком бы конкретном месте не были изначально искусственно созданы поселения (и даже города), комплексы экономических факторов определят в дальнейшем, каким из них расти, чтобы впоследствии стать крупными городскими центрами. Иначе говоря, если страна развивается в условиях открытой промышленной экономики, мощные рыночные силы будут способствовать упорядочению изначально «унаследованного» размещения. Семена будущих городов, если они имеются, могут быть посажены случайно — по крайней мере, по отношению к тем факторам, которые впоследствии будут превалировать в определении их окончательного местоположения, — и лишь немногие из этих зерен дадут здоровые жизнеспособные ростки.

Структура городов больших стран обычно развивается по мере того, как она последовательно проходит фазы экономического развития: от собирательства к земледелию, а затем к индустриальной и постиндустриальной фазе. Уникальность российской проблемы в том, что, по мере того как страна продвигалась от «землеемкой» сельскохозяйственной фазы к преимущественно городской индустриальной фазе, экономическое размещение происходило явно не по рыночными правилами. Россия (если продолжить метафору о семенах городов) — вовсе не тот случай, когда крупные центры выросли из беспорядочно разбросанных семян под воздействием сил рыночной экономики там, где это было бы экономически выгодно. Российское самодержавное и особенно советское государство, напротив, искусственно подкармливали некоторые семена (местоположение городов) и выращивали из них крупные растения (города), намного крупнее, чем того требовала природа. Однако почти до самого начала XX столетия, несмотря на государственное управление ростом городов в Российской империи, российские городские структуры, вероятно, были не более «неестественными», чем, скажем, в США. Множество американских городов возникало относительно случайно. Некоторые в прошлом были военными пограничными укреплениями, многие появились в результате реализации коммерческих маркетинговых схем (даже жульничества спекулянтов недвижимостью). Но в конце концов законы рыночной экономики возобладали, выбирая, кому процветать, обрекая остальных на застой или даже на постепенное исчезновение. Не ясно, присутствует ли в этом некое ограничение в размере, влияющее на жизнеспособность городов, та черта, за которой города оказываются в состоянии продолжать жить и развиваться, несмотря на серьезные подвижки в экономическом климате. Но вот что показывает опыт: есть великое множество случаев, когда малые города в Соединенных Штатах и Европе росли, достигали своего максимума численности населения, а затем уменьшались, тогда как подобные случаи не наблюдались с городами, где численность жителей не превышала несколько сотен тысяч. (Комплексно феномен уменьшения городов рассмотрен в главе 8.)

Ситуация в России с образованием и ростом городов не только иная — она в корне иная. В истории никогда прежде не бывало городских структур, так тщательно отгораживаемых от рыночных сил и, следовательно, обрекаемых, как и вся Россия XX столетия, на неправильное развитие. Процесс урбанизации в царской и в советской России рассмотрен в главах 4 и 5, где акцент сделан на появлении и росте городов в Сибири.