Пройти по тоннелю, по темному нужно. Построен тоннель в четырех коридорах. Нельзя их пройти в произвольном порядке. Один за другим их пройти лишь возможно. Веками там тьма непроглядная правит. Один только ты этот путь освещаешь, как только с тобою случается что-то. Чем ярче событие, что происходит, С тобой в твоей жизни, тем больше увидеть ты сможешь в потемках. И ты лишь один в этот миг выбираешь, назвать это радостью или несчастьем, увидеть злодеев иль Бога увидеть, остаться на месте, иль двигаться дальше. И ты лишь один свой маршрут пролагаешь в той тьме бесконечной и животворящей. И если бы тьма превратилась бы в солнце, которое бы бесконечно светило, ослеп бы, наверное, каждый от яркого света на этом этапе. Когда ты проходишь этап за этапом, ты помнишь лишь то, что с тобой приключилось. Ни больше, ни меньше. И ты полагаешь, что все это правда, поскольку иного впотьмах ты не видел. И двигаясь дальше по тем коридорам, ты чаще и чаще глаза закрываешь, когда эти вспышки с тобой происходят. Потом ты боишься, что что-то случится, и вовсе не хочешь ты двигаться дальше. Находишь ты место в таком коридоре, и силы свои понапрасну теряешь, глаза закрывая, а вспышки все реже, и тьма наступает.
Представления о лидерстве, в том числе определяется яркостью и частотой вспышек в соответствующем «коридоре». Если человек застрял на оральной стадии, то лидерство для него может быть связано с элементарным биологическим выживанием за счет приспособления к условиям окружающей среды. Лидер в контексте биовыживания – это тот, кто громче всех орет или умеет вовремя промолчать, но только с одной целью – чтобы в нужный момент опять открыть рот. На этой стадии младенец-лидер получает больше пищи, чем его молчаливые товарищи, ему чаще меняют пеленки, и уделяют больше внимания. Это тот, кто умеет с максимальным комфортом для себя устроиться в жизни и превратить ее в подобие соматического рая, либо создать ситуацию, угрожающую биовыживанию окружающих. Если наиболее яркие переживания происходили в «эмоционально-территориальном коридоре», то представления о лидерстве ограничиваются в основном силовыми моментами типа «кто сильнее, тот и прав». На этой стадии сознание ориентировано на разделение «это мое, а это твое». У маленьких детей это выражается на уровне «это моя мама, это мои игрушки». У взрослых лидеров – «это моя семья, это моя партия, это моя страна, это моя территория». «Застревания» в третьем тоннеле создают «умных лидеров», грамотных стратегов, умело использующих весь арсенал своего недюжинного символьно-артефактного сознания. Такие лидеры могут убедить кого угодно в чем угодно. Они логичны и понятны. Их речи до краев заполнены здравым смыслом. Если же импринт приходится на социально-половой этап развития, то появляются лидеры, которые взывают к совести, к чувству вины или гордости и достоинству ведомых народных масс или отдельных особей.
Однажды Будда шел по лесу с учениками вместе. В лесу том вырубка огромная была, так, что деревья вырубили все, но одного секира дровосека так и не коснулась. И высилось то дерево как башня, как крепость неприступная, и как маяк посередине моря, как ось вокруг которой все вращалось и кипело. И если б даже сотня дровосеков объять его бы попыталась, то не смогли бы это сделать вместе. Спросил тогда у дровосеков Будда: Скажите, почему вы дерево большое это не замечаете, как будто и нет его совсем на этом свете? И хором лесорубы отвечали: Все очень просто, разве ты не видишь, ведь бесполезно это дерево для нас. Оно так необъятно и огромно, что мы срубить его за год не в силах. А если даже срубим, то увезти его подводы наши не смогут, и тут же все развалятся на части. Нет смысла в том, чтобы рубить деревья, которые подобны этому. Теперь ты видишь, нет пользы в этом дереве для нас. Ученикам тогда поведал Будда: Взгляните же на это древо, оно для дровосеков бесполезно. Срубить они его не в силах, поэтому не трогают его. Однако сотня дровосеков под сенью дерева того укрыться могут и путники найти приют подобно нам. Пройдет немного времени, и лес поднимется на этом месте. И снова вырублен он будет, как обычно, но не весь. Больших деревьев это не коснется. Так будьте также бесполезны, как они!
Но причем здесь Будда с учениками и дровосеками? При чем здесь бесполезность? Я прошу вас, не понимайте все буквально. Помните, что «Запад есть Запад, Восток есть Восток, и с места им не сойти», как говаривал Р. Киплинг. И то, что значит на Востоке, не всегда то же самое означает на Западе. Я говорю о полезности-бесполезности. Западный человек внешне всегда старается быть полезным другим людям. Другими словами, он стремится соответствовать тому, что ожидает от него общество, культура, цивилизация. Главный документ нашей модели лидерства был прописан сначала на бумаге, а потом и в голове каждого мальчика и каждой девочки еще в начале прошлого века. Автор методики массового клонирования лидеров подрастающего поколения – пролетарский поэт В. В. Маяковский. Помните, «крошка сын к отцу пришел, и спросила кроха: «Что такое хорошо, и что такое плохо?» Далее на нескольких страницах излагается сама концепция. (Я, кстати, не говорю, что плохая). И в конце автор подводит черту: «Мальчик радостный пошел, и решила кроха – буду делать хорошо, и не буду плохо). Конец истории. Нет, в этом месте история только начинается. Пока Кроха еще кроха, в большинстве случаев ему-ей (Да здравствует пролетарский унисекс!) «плюс-минус» удается играть в эту игру – «хороший мальчик – хорошая девочка». Тем более, что система подкармливает этот разговор. Помнишь, кто в детском саду был любимчиком у воспитателей и нянечек – «хорошие дети», те, кто выполнял все, что ему говорили, вел себя спокойно, не доставлял хлопот, не высовывался. В школе ставили в пример, тех, кто был самым комфортным для учителей. Я уже не говорю о тех случаях, когда Вы все-таки высовывались, и чем все заканчивалось. И «хорошее лидерство» превращалось в игру «кто тише всех сидит на всех уроках». «Плохое лидерство» – это когда ты сбежал с урока по математике, и увел с собой еще двух товарищей. На самом же деле нет плохого и хорошего лидерства. Вопрос в том, что в любом случае вам придется брать ответственность за то, как вы проявляетесь. Но сам факт, что нужно будет взять ответственность за что-то, у большинства людей вызывает состояние шока или панику. В тренингах я иногда даю задание, и предлагаю кому-то взять ответственность либо за время, либо за качество, либо за какой-то результат. Большинству в голову не приходит, что это могут быть они. И эти облегченно вздыхают, когда кто-то все-таки берет на себя ответственность. Кстати, заметьте какие словосочетания связаны с ответственностью – «брать на себя ответственность», « груз ответственности», наше украинское « притягти до відповідальності». Если это груз, если это надо взвалить на себя, если к этому тащат, то конечно – этому надо сопротивляться . Что мы и делаем большую часть времени. Именно на это уходят все силы и лучшие годы жизни. И потом из этого рождается такая извращенная модель лидерства. Лидер – это тот, кто взваливает на себя ответственность, а потом ей же и сопротивляется. Предлагаю Вам взглянуть на альтернативу:
Лидер – это человек, который выбирает ответственность с легкостью, и создает результаты с радостью.
И еще один важный момент. В нашем народе есть и такая поговорка – кто тащит, того и погоняют. Как только кто-то выбирает быть лидером и брать ответственность, сразу же найдутся те, кто захочет указать, куда ему идти, с какой ноги и с какой скоростью. А потом, стоит лидеру оступиться, как те, кого тащат и ничего не делают, заклеймят позором, того, кто идет впереди, и обвинят его в эгоизме и скрытых намерениях.
Но вернемся к западно-восточным представлениям о лидерстве. Ответственность именно в этой редакции этого слова содержит в себе ответ, то есть реакцию на что-то, на кого-то. Английское responsibility тоже связано теми же узами со словом response – ответ, реакция, реагирование. Другими словами, в голове западного человека ответственность вторична, и предполагает первичное внешнее действие типа вопроса. В восточной модели мира не существует представления об ответственности в таком ракурсе. Лидерство первично и экзистенциально. Точно также как первична свобода, которая не есть освобождение от зависимости. Или радость – это не ощущение отсутствия горя. Мы живем в такие времена и таком месте, когда и где Запад и Восток питают друг друга и проникают друг в друга. В эпоху глобальной интеграции люди начинают говорить на одном языке и даже рассчитываются в магазине одними и теми же деньгами. Товары в тех же магазинах давно стали интернациональными. Интернет цепко держит в своих сетях оба полушария. И в этом эклектическом танце рождается новое представление об ответственности и о влиянии, о красоте и о силе, о любви и о свободе. Выбирайте то, что Вам важно!
