Читаем без скачивания Смерть пилигрима - Керен Певзнер

Ближе к десяти позвонил Денис:

– Лера, как ты смотришь на то, чтобы съездить развеяться?

– Предлагай программу, – мне не хотелось никуда выходить, но я ругнула себя за лень и решила согласиться, тем более, что пообедавшая Дарья уже вовсю лазила по Интернету.

Мы поужинали в шоферской забегаловке «У тети Аси», находящейся на въезде в Ашкелон. На самом деле это просторный ресторан с полированными стойками и кожаными диванчиками. Его называют так потому, что рядом находятся три бензоколонки конкурирующих фирм и шоферы облюбовали себе именно это заведение под названием «Аса», а уж в «тетю Асю» этот ресторан превратила русскоязычная публика, желающая полакомиться сочным свиным шашлыком. Как бы оправдывая свое местонахождение, «У тети Аси» не продавали спиртного, зато свежие соки были в изобилии.

Еду нам подавала тоненькая эфиопка. Она принесла салаты, тарелку с горкой хрустящих чипсов, горячие лепешки и в завершение всего пару отбивных, на которых отпечаталась раскаленная решетка.

– Рассказывай, где была, что видела, – сказал мне Денис, отрезая кусочек мяса.

Описав ему раскопки, Барбару и саркофаг, я, наконец, добралась до визита ко мне Геннадия и, вспомнив, выложила на стол пластмассовую коробку.

– Что это? Компьютер? – спросил Денис. – Откуда он у тебя?

– Так ты знаешь, что это компьютер? И как он работает?

– Нужно подключить его кабелем к домашнему и перекачать информацию.

– Это машинка покойного Ильи.

– А-а… – сказал Денис и отложил вилку в сторону. – Сокрытие вещественных доказательств? – как обычно, Денис был в курсе моих дел, но комментировал их всегда по-своему.

– Глупости! – неискренне возмутилась я. – Просто не успела отвезти сегодня Михаэлю. Не было сил. А завтра с утра поеду прямо к нему.

– Перед этим скопировав данные…

– Ну что ты, дорогой, – я решила подольститься к нему, – как же я могу, я никогда этим не занималась.

– Поэтому и показала компьютер мне. Правильно?

Что оставалось делать? Я кивнула.

– Пошли, – Денис встал из-за стола. – Мне самому интересно. Никогда прежде не работал с такой моделью…

– У тебя есть кабель-переходник для компьютера? – спросил Денис.

– Возьми, вот он, – Дашка меня опередила.

Вставив один конец кабеля в разъем на приборе Ильи, а второй – в заднюю стенку оперативного блока, Денис пробежался пальцами по клавиатуре, открыл новую директорию, и я увидела, как на экране растет количество синих квадратиков, показывающих, что информация перетекает на мой компьютер.

– Готово, – Денис отключил кабель и протянул машинку мне. – Можешь завтра отдать в полицию.

– А что там было? – спросила моя любопытная дочь.

– Дарья, иди смотри телевизор! – притворно нахмурила я брови.

– Ага, еще вымой руки и сделай уроки, – фыркнула она в ответ, но из комнаты вышла.

Денис щелкнул мышкой на файл с названием «Магдалина». На экране появились строки:

«Не могу поверить своим глазам, ушам и остальным органам чувств. Кажется, сегодня – великий день! День, который сопоставим с днем первого термоядерного взрыва или открытия вируса СПИДа. Может быть остановиться? Не идти дальше? Боязно…

Но если не я, то кто же? Все равно иероглифы прочитают и найдут то, что ищут последние две тысячи лет. Не зря же пытались украсть Туринскую плащаницу.

Итак, все по порядку. Илья, не забывай, ты ученый и должен действовать, как полагается разумному человеку, а не фанатику. Хотя кто сказал, что харамиты – фанатики? Кому-то выгодно представить нас такими, чтобы на землю пришел Страшный Суд и около холмов Мегидо завязался последний бой…»

– Денис, я ничего не понимаю… О чем он пишет? – спросила я.

– По порядку: «Туринская плащаница» – кусок ткани, на котором отпечатался лик Христа и остались капли его крови. По преданию, Мария-Магдалина завернула в нее тело Иисуса, когда его сняли с креста. Плащаницу долго исследовали, производили радиоуглеродный анализ, а к какому выводу пришли – неизвестно. По крайней мере, Ватикан скрывает результаты исследований. Но считается, что это священная реликвия, и ей поклоняются миллионы христиан.

– Надо полагать, она имеет какую-либо материальную ценность?

– Естественно, и если ее хотели украсть, то это сделали те, которые представляли себе, сколько она стоит.

– Понятно… А вот это что? – я ткнула пальцем в экран. – Мегидо. Что-то смутно знакомое.

Денис улыбнулся:

– Эх ты, а еще переводчица с иврита, – поддразнил он меня. Забыла что ли, что для человека, у которого иврит – родной язык, Гееном – это всего лишь овраг рядом с Иерусалимом, а не геенна огненная. Вот и Мегидо – это холм в Галилее. А как на иврите гора?

– Ар, – ответила я и меня озарило, – Армагеддон! Гора Мегидо! Вот что имел в виду Илья. Последний бой сил зла и добра.

– Ну конечно, – кивнул он. – Мы же привыкли к названиям, которым по три тысячи лет. Например, когда восемьсот пятьдесят лет назад Москва только зарождалась, нашему маленькому Ашкелону было уже около четырех тысяч лет и он пережил одиннадцать царств, начиная с ханаанского.

– Это похоже на вечность, – подтвердила я.

– Вот только что меня смущает, – задумчиво проговорил Денис, глядя на экран, – харамиты… Мне о них ничего не известно. Что за секта? Кто такие?

– Загляни в Интернет, – Дашка снова была тут как тут, – в Интернете есть все.

– Ты права, – кивнул он в ответ, – вот и лезь, инициативная наша, подключайся.

– Вот всегда так, – ворчала моя дочь, залезая под столик, где был разъем для телефонного кабеля, – сколько раз тебя прошу, мамочка, ну вызови ты техника со станции, пусть поставит розетку. Нет, я должна нагибаться…

– Дарья, разговорчики! Лишние наклоны тебе не помешают.

Наконец, все было в порядке, тоненько запищал модем, и мы окунулись в паутину глобальной сети. Денис запустил поиск по ключевому слову «харамит». Компьютер выдал несколько ссылок. Помимо всяческих славословий и призывов присоединиться к «истинно верному течению», поиски привели к следующим результатам: секта харамитов появилась лет пятьдесят назад, в 1946 году. Ее основатель, Бенджамен Уорнер, учился в Мичиганском университете США и был адвентистом седьмого дня. Адвентисты – это известное явление в христианской жизни, они признают Ветхий завет и чтят как святой день субботу, а не воскресенье.

На сайте помещалось «Житие святого Бенджамена» с его фотографией в рамке из ангелочков. Рядом красовались молитвы, видимо, сочиненные самим харамитским пророком. На снимках был изображен ничем не примечательный молодой человек с прилизанными волосами в узком костюмчике начала пятидесятых годов. Вот что я смогла перевести с титульной страницы сайта…

Бенджамен Уорнер отошел от секты адвентистов, богатой и пользующейся большим влиянием в Америке, чтобы основать свое течение гностического характера. Он верил, что Христос являлся одновременно воплощением двух противоборствующих сил – Добра и Зла, Бога и Сатаны. И пока Иисус был жив и проповедовал свое учение, эти силы в нем были уравновешены. За такую крамолу Уорнер был изгнан из университета, а потом и вообще стал персоной нон грата. Но он не пал духом. Пророк ездил по стране, и к нему присоединялись ученики и сочувствующие. Их число росло с каждым годом. Далее шел перечень брошюр и цитаты патриарха.

– Смотри, Денис, – я ткнула пальцем в экран, – вот откуда ноги растут. Илья учился в этом самом Мичигане, а начальницу археологических раскопок зовут Барбара Уорнер. Уж не родственница ли она этому Бенджамену? Что-то я не верю в совпадения…

– Возможно, возможно, – пробормотал Денис, вглядываясь в текст, – я слыхал нечто подобное… Вспомнил! Как-то мне попалась интересная книжка. Ты же знаешь, Валерия, одно время я сильно увлекался историей Израиля, даже хотел пойти учиться на историка. Книжка была небольшая, на английском языке и называлась «Евангелие от Марии Магдалины».

– А что, есть и такое? – удивилась я. Насколько мне известно, евангелистов всего четыре: Лука, Матфей, Марк и Иоанн.

– Верно, – кивнул он, – но то, о чем я говорю, это – апокрифическое евангелие, то есть не признанное официальным каноническим текстом. Их известно, по-моему, не менее полусотни – от Фомы, от Петра, есть даже «Евангелие евреев», еще какое-то «Евангелие истины»… Не все сохранились полностью, в том числе и из «Евангелия от Марии Магдалины» до нас дошли только отрывки. Так вот именно в нем рассказывается о совершенно другом облике Христа. В его душе были и темные, и светлые силы. Темное шло от его человеческой натуры, земной и обыкновенной, а светлое – от божественной сущности. Видимо, именно это евангелие харамиты приняли за основу своей религии, за что их и прозвали отступниками. Скорее всего, они верят, что Иисус был обыкновенным человеком, может быть даже влюбился в Марию Магдалину… Ведь с этой точки зрения можно объяснить его многие поступки. Например, изгнание торговцев из храма. Ты знаешь эту историю?