Читаем без скачивания Адреналин - Наталья Милявская

Мы разучились геройствовать и научились ерничать. Куча моих современников заработали славу и деньги только потому, что имеют талант смешить разную скучающую публику. Разумеется, не без известной политкорректности… Так чем мы хуже? Если Тайлер Дерден умудрялся впаривать богатеям глицериновое мыло, почему бы нам не продавать этим благополучным личностям их же адреналин?

К слову – я тоже люблю «Бойцовский клуб»…

Вот только во всей этой истории нас меньше всего интересовали деньги – деньги были просто приятным бонусом. И мы вовсе не сошли с ума. Вы ведь поняли, правда? Мы с радостью подхватили Вадькины идеи, потому что сами умирали со скуки!

Я буду честной до конца. Мы были просто компанией великовозрастных придурков, устроивших в стенах одной уютной квартиры в центре Москвы свой доморощенный Ватикан. Нам было наплевать на весь окружающий мир – мы отгородились от него диванами, подушками, кальяном, алкоголем и кучей дисков с кинофильмами, просмотр которых мы иногда сопровождали дегустацией привезенной Вадиком травки. Такое времяпрепровождение длилось примерно год.

У нашей пятерки не было долгой истории, общих песочниц, школьных выпускных и институтских загулов. Так бывает – знаешь кого-то много лет как облупленного, но это вовсе не означает, что он становится твоим другом. А потом – бах! – появляется человек, и выясняется, что он – твой человек.

Мы все были пазлами из одного набора.

Дольше и ближе всех я знаю Леху. Он приехал в столицу года четыре назад, рассудив, что после окончания института обустраиваться стоит там, где больше платят, – ив тот вечер, когда мы познакомились, я была чертовски рада, что Леха еще не избавился от провинциальной привычки всегда носить с собой нож.

Я возвращалась с какой-то тусовки. Вообразите себе нетрезвую третьекурсницу журналистского факультета, сушами, напрочь заткнутыми наушниками, и расхлябанной походкой человека, который уверен, что с ним никогда не случится ничего плохого. Когда на входе в родной подъезд такую особу хватают за локоть и, зажав рот, тащат куда-то в темноту, за гаражи, краем сознания она все еще надеется, что это – какой-то глупый розыгрыш, и все вот-вот разрешится само собой.

Когда я поняла, что пришла пора прощаться с благополучной жизнью, а грубые руки человека, пахнущего пивом, мочой и блевотиной, начали сдирать с меня куртку, кто-то наверху решил внести коррективы в эту банальную криминальную историю. И, словно в финале древнегреческой трагедии, практически с неба спустился ангел с десятисантиметровым лезвием в руке.

Не успела я опомниться, как туша, не дававшая мне дышать, неожиданно тяжело осела на землю. Я оглянулась – над телом, поблескивая окровавленным ножом, стоял человек в плаще. В тот момент из этой мизансцены получился бы неплохой сюжет для манги.

– Ты в порядке? – спросил ангел возмездия, блеснув в темноте очками-линзами. У его ног стонал и матерился мой несостоявшийся насильник.

– Ага, – сказала я, подобрав сумку и сломанный плеер.

Так мы и познакомились.

Леха из Чебоксар. Это довольно неспокойный город. Когда тебя дважды в неделю пытаются избить или ограбить, ты серьезно задумываешься о личной самообороне. Леха – программист. С шестнадцати лет он зарабатывает деньги тем, что пишет белые буквы на черном фоне – представляете, десять лет стучать по клавишам?

Два года назад, когда из съемной двухкомнатной квартирки у метро «Выхино» съехал Лехин друг, а я поругалась с родителями и приволокла к нему в пустующую комнату две сумки своего барахла и ноутбук, мы организовали нечто вроде мини-общежития. Иногда вечером, когда мне нечем заняться, я захожу к Лехе, и вижу, как он стучит пальцами по клавишам, а по черному экрану ползут белые червяки букв, цифр и непонятных символов. Я могу смотреть на это бесконечно – все равно ни черта в этом не смыслю. Иногда Леха порывается объяснить мне суть своей работы – ив такие моменты серое вещество в моей голове превращается в плавленый сыр.

«Забей!» – говорит он.

Это только с виду он – типичный ботаник. А между тем в углу его комнаты стоит двуручный меч. Такой обычный двуручный меч, грубо и крепко сделанный неизвестным умельцем. Возможно, на досуге Леха воображает, что он эльф? Рыцарь, который когда-нибудь победит сказочного дракона? Ясно же, что драконов и прочую кожистую нечисть надо побеждать из огнестрельного оружия.

Такое оружие, впрочем, у него тоже имеется. Это «Walther РРК», который Леха по привычке держит у изголовья. Еще в наличии газовый «Walther Р88 Compact» и пара стыренных с армейского стрельбища учебных гранат. Разумеется, с разрешениями на оружие все в полном порядке. Еще есть электрошокер. Про нож вы уже знаете. Если кто-нибудь задумает ограбить нашу конуру и нарвется на Леху, он будет неприятно удивлен…

Да, кстати, по поводу того, что мы вместе снимаем квартиру… Никакого секса. Мы действительно просто друзья.

У Лехи есть любимая девушка. В Чебоксарах. По вечерам он болтает с ней по скайпу и пьет пиво, чокаясь с глазком видеокамеры. Он мечтает, что она наконец-то бросит все и уедет к нему в Москву, и они заживут за городом, в доме, который он однажды для нее выстроит. Он даже уже купил небольшой участок земли в глухой подмосковной деревушке, на остальное пока не хватает средств. А у нее больные родители, и она все не едет и не едет… Иногда он срывается, берет неделю за свой счет и уезжает к ней в гости. Появляется худой, мрачный, и по черному экрану его ноутбука снова ползут белые червяки букв и символов. Оказывается, в наше время еще можно хранить верность на расстоянии…

Вторым в моей жизни появился Вадик. Этот фрукт – тоже из числа тех, кто «понаоставались», но если Леха добивается всего талантом и усидчивостью, то Вадим берет нахрапом и самоуверенностью. Впрочем, это вовсе не означает отсутствия у Вадика разного рода талантов – просто он понимает, что в наши дни талант чаще тормозит тебя, нежели помогает продвигаться вперед. Вадька приехал в столицу, чтобы добиться всего и сразу, его жизненные принципы – из разряда тех, что ближе к телу. Я уважаю его за то, что он, в отличие от большинства, этого не скрывает.

В первый же день нашей встречи он предложил мне перепихнуться. Он пришел устраиваться на телеканал (по знакомству) на пустующую должность копирайтера (прошлый был уволен после недели запоя) и, благополучно пройдя собеседование, вышел покурить. Выхватив меня глазом в толпе дымящих и хохочущих людей, он стрельнул у меня сигарету, закурил, нырнул взглядом в вырез моей рубашки и поинтересовался, что у нас за коллектив. Я сказала, что лично я не жалуюсь. Потом Вадик представился и спросил, как я отношусь к массажу. Я резонно ответила, что очень даже неплохо. Тогда он предложил мне сеанс массажа этим же вечером. «У тебя или у меня?» – спросил он.

Интересно, в Самаре все такие быстрые?

Я объяснила Вадику, что если он скажет еще что-нибудь подобное, мой парень Максим выдернет ему хребет. Он поинтересовался, где находится этот самый Максим. Максим у противоположной стены о чем-то разговаривал с нашим программным директором. Вадик улыбнулся, подал мне руку и сказал, что ему чертовски приятно познакомиться с одной из будущих коллег.

Как так вышло, что вечером того же дня мы вчетвером – я, Максим, Вадик и наш программный директор – пили пиво на Солянке, я не понимаю. Но… факт есть факт.

За два года в столице Вадик сделал головокружительную карьеру. Первые три месяца он жил «на вписке» у своего институтского приятеля в Зеленограде. Потом снял однушку на Речном вокзале. Еще через год, уволившись из телекомпании, он ушел на должность креативного директора одного крупного event-агентства и взял в ипотеку двухкомнатную квартиру где-то в районе метро «Тушинская». Квартира представляла собой двухкомнатный бетонный мешок с унитазом, ванной и дешевой газовой плитой. Вадик купил себе надувной матрац, выкрасил одну стену спальни в красный цвет, приобрел отличную стереосистему – и так живет уже десять месяцев. Недавно он купил подержанный «Ford Maverick» – и теперь реально озабочен проблемой выплаты кредитов. В общем, немногие к своим сорока добиваются в столице того, чего Вадик достиг к двадцати шести.

Про его слабость к женскому полу вы уже знаете. Впрочем, и на старуху бывает проруха. С тех пор как год назад к нашей компании присоединилась Маша, Вадик по ней сохнет. Но виду не показывает – вы можете отрубить ему руку, он все равно не скажет, что питает к ней нежные чувства. Думаю, он и сам себе в этом не признаётся – и из нашей компании о его чувствах к Машке, кажется, догадываюсь только я. Может, поэтому он не заводит долгих романов – когда твое сердце тебе не принадлежит, максимум, на что тебя может хватить, так это на fast-sex.

Андрюха по сравнению с ним просто ангел. Иногда в ясную солнечную погодуя вижу нимб над его головой. Он пришел проситься на работу в телекомпанию месяца на четыре позже Вадима. А так как Андрей был согласен на любую должность (чего не сделаешь в двадцать лет ради финансовой независимости от родителей!), шеф взял его с испытательным сроком в три месяца стажером к моему Максиму – в надежде, что из молодого дарования вырастет неплохой оператор. Оператор из него вышел никудышный – зато ассистент режиссера получился замечательный.