— Здесь… высоко. Слишком.
— Ты ещё не видела настоящих высот. Скоро всё это будет наше, — он кивнул в сторону окна, где так беззаботно и широко простирался утренний город. У меня защемило в груди… «наше». Мы оба прекрасно знаем, что он меня держит возле себя лишь в качестве мило-симпатичной любовницы. Крест довольно улыбнулся, заметив волнение на моём лице. Его точно забавляет любое выражение мной собственных эмоций… как с маленькой девочкой прямо. Я обиженно рыкнула, повернувшись боком. Стала смотреть одним глазом в окно, другим — неотрывно следить за Крестом. Одним рывком он ослабил и скинул на стол галстук, затем не спеша расстегнул рубашку, аккуратно повесил её на спинку стула.
— До того, как я начну задавать вопросы, хочу тебе кое-что показать, — он поймал мой заинтересованный взгляд и поманил пальцем подойти к нему поближе. Сам же потянулся к небольшому чёрному чемоданчику и осторожно положил его на стол. Набрал нужный код и остановился.
— Догадываешься, что здесь?
— Нет. Я подошла к столу, скинула туфли и села, свесив ноги и обхватив колени руками.
— Здесь то, что поможет мне встать над этим миром. Миром людей, вампиров и оборотней. Судьба ко мне благосклонна в этом году… даже не думай о том, как это попало мне в руки, просто смотри.
Я молча кивнула. Крест медленно поднял крышку чемоданчика и откинул её назад. Внутри лежала книга.
— Книга? — С некоторым облегчением поинтересовалась я. Ладно хоть не какой-нибудь клинок старообрядчиков… Он любит такие вещи.
— Манускрипт, девочка моя. Это манускрипт Белозуба Первосвященника. Его руки с предельной аккуратностью извлекли артефакт из чемоданчика.
— Убери свет, — тихо сказал он, не отрываясь смотря на эту странную старинную истрёпанную книгу. Я потянулась к регулятору и закрыла жалюзи. В комнатке стало сумрачно. И тут я заметила, каким лёгким почти лунным серебряным светом светится манускрипт. Крест положил книгу на стол и медленно открыл первую страницу. Мы оба задержали дыхание… артефакт был довольно массивным, но почему-то казалось, что после нескольких сот лет он может легко рассыпаться в пыль в неосторожных руках.
— Он светится, — заворожено прошептала я.
— Он горит. Я наклонилась ближе и, присмотревшись, заметила, что действительно… Каждая буковка горела маленькими язычками голубого пламени. Буквы мерцали и переливались, как угольки. Сложные… извилистые и запутанные закорючки.
— Что здесь написано?
— Здесь подробное описание обряда создания тотема для мирового клана. Мой рот невольно приоткрылся, и я удивлённо посмотрела на него. Крест поднял глаза и слегка улыбнулся. У этого парня тёмно-карие красивые глаза. Я таких никогда не видела. Они почти чёрные… Глубокие, пронизывающие, хитрые. В радужке маленькими огоньками отражались горящие голубым пламенем буквы манускрипта.
— Нужно найти того, кто сможет прочитать манускрипт, Лисс. Я хочу, чтобы ты сделала это. Дам тебе в напарники Лабрадора. Найдёте того, кто знает оборотнический язык древних служителей храма Белозуба.
— Крест, я…
— Ты найдёшь или умрёшь. Мы пристально смотрели друг на друга в течение минуты.
–.. уж лучше найду, чем второе. Он снова улыбнулся. Протянул руку и провёл по моим волосам, захватив одну из прядей. Поднёс её к лицу и вдохнул запах моих волос.
— Ты неизменно пахнешь людьми. С того самого дня, когда мы нашли тебя. Когда ты потерялась.
— А ты пахнешь лесом и дикостью, — обиженно ответила я, медленно повернув голову и выдернув прядь из его руки.
— А тебе это безумно нравится.
— А мне это безумно нравится, — я кивнула.
— Кто он? — переход на другую тему был резок, но в нашем клане это приемлемо. Крест учит оборотней не удивляться удивительному и не пугаться внезапному. Он странный. Но он завораживающе странный. Он опасный… Но он притягивающе опасный.
— Инициированный человек. Они нашли его в лесу. Отдыхал с несколькими людьми. Они знают про инициацию… Ещё неопытен, но видно, Вожка толкает его впереди стаи, даёт задания. Наращивает парню опыт, — подумав, я добавила, — Малышом его звать. Милый… симпатичная мордашка… и пахнет от него… чем-то светлым. Будто ромашками. Крест покачал головой:
— Непохоже это на Вожку. Такая накалённая обстановка… а он новичков в клан берёт.
— В нём что-то есть.
–.. да? Что? Ромашки? — он издевательски засмеялся.
— Он добрый. Он словно вне всей этой делёжки территории… он действительно Малыш. Всему удивляется, всему радуется, всем помогает.
— Ты знаешь, куда уходят «добрые», — Крест резко закрыл манускрипт и убрал в чемоданчик, захлопнув крышку и положив на неё обе руки, смотря куда-то перед собой, — добрым дорога в этом мире только в одно место. Чтобы победить, нужно знать, чего ты хочешь. Цель победы — всегда корыстная цель. Если ты хочешь её заполучить — значит ты пойдёшь на всё. Тогда ты победишь. Но добрый никогда не пойдёт на всё ради своей цели. Потому он погибает. Из-за того, что кто-то более сильный пройдёт по нему своей дорогой к той же цели.
— Я знаю.
— Потому что я тебя так научил. Я вздохнула. Оглянулась в поисках воды, в горле пересохло совсем… Когда он говорит таким серьёзным тоном, мне не по себе… Мне становится страшно. А когда Крест начинает говорить такие вещи, я готова провалиться сквозь землю.
— Скажи, Крест, где мне искать носителя языка? Я найду… я всё для тебя сделаю. Парень поднял на меня взгляд и, что-то внезапно вспомнив, наклонил голову:
— Поймаете девчонку из клана Вожки. Заманите и поймаете. Её зовут Любава. Красивая, быстрая.
–.. дай мне волчий облик?
— Чего?.. — показалось, он сейчас расхохочется. Потупив взгляд и пристыжено притянув к себе коленки, я пролепетала:
— Ну сколько можно быть лисицей… Я же намного медленнее и слабее их… Они меня разорвут…
–.. если бы тебя разорвали один раз, ты бы так не боялась. Бережёшь свою девственную шкурку? Я возмущённо тряхнула копной белых волос:
— Да! Не ты ли, учитель, говорил мне, что самосохранение у оборотней на первом месте?… В тишине что-то тихо запиликало. Крест потянулся к мобильнику, бросив мне:
— Иди. Найдёшь Лабрадора, приступай к заданию. Волчью шкуру получишь сегодня в полночь. Не забудь взять обезболивающее, я тебя инициирую… Слушаю.
Но это было уже не мне. Я пристыжено одела туфельки, поправила волосы, взяла сумку и тихо покинула кабинет. У нас принято понимать вожака с первого раза. В голове роились мысли… жужжали и больно кололи. В затылочной области действительно ощущалась тяжёлая боль, которую я чувствую почти всегда, уходя от Креста. Я оглянулась, посмотрев в оба конца длинного коридора, и зашагала к лифту. Постояв и немного подумав, всё же решила спускаться по лестнице. Не люблю я их… лифты эти.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
