После инструктажа отряд отправился в лес, и до самого обеда ребята прыгали по бурелому и оврагам. Вовка увлеченно учил Кристину пользоваться компасом и картой. Она терпеливо выполняла все, что от нее требовалось, невпопад отвечала на замечания и шутки подруг, путала названия снаряжения и периодически выпадала из реальности, думая о том, где сейчас Сева, а не о том, каким концом и при помощи какого узла крепится к дереву специальная веревка, с помощью которой отряд перебирался через ручей.
Одно хорошо: инструктор так загонял ребят, что часа через два в голове у Кристины осталась одна-единственная мысль – как бы добраться до базы живой, упасть на кровать и уснуть.
Но на обратном пути едва волочившая ноги Кристина увидела на берегу заросшего озера Севу. Он сидел у самой воды и что-то увлеченно рисовал или писал в блокноте.
Кристина замедлила шаг, пропустила отряд вперед, сделала вид, будто завязывает шнурок, а сама попыталась рассмотреть, чем же таким занят Сева.
Было не совсем правильно заглядывать ему через плечо, Кристина кашлянула и, нарочито громко топая, подошла к парню.
– Привет, – поздоровалась она.
Сева не сразу поднял голову от блокнота. Он медлил несколько секунд, за эти секунды Кристина успела-таки заглянуть на страницу. Там были странные рисунки черным грифелем, как будто лицо девушки, не портрет, а набросок – штрихи и тени, темные и светлые пятна, призрачный образ… Она не успела рассмотреть толком. Сева захлопнул блокнот.
– Привет, – обернулся он к ней. – Тебе чего?
Она смутилась, уставилась на свои кроссовки.
– Я… так, мы тут мимо шли… – она махнула рукой в сторону вереницы ребят, удаляющихся по проселку в направлении усадьбы.
– А, – он кивнул. – Ну иди, а то потеряешься.
Кристина развернулась и, обиженно сопя, быстрым шагом догнала отставших девчонок.
Алина насмешливо спросила:
– Как там наш принц? Стихи пишет? Ой, он такой романтичный!
– У меня шнурок развязался, – буркнула в ответ Кристина.
Лера понимающе улыбнулась:
– Да забудь ты его, он нас за малолеток считает, его интересы – в стане вожатых. Лучше на Вовку обрати внимание, как он вокруг тебя вьется!
– Подумаешь, взрослый! – не выдержала Кристина. – Ему ведь только семнадцать! И вообще не в нем дело.
– Вот так-то лучше, – одобрила Лера.
Черный котенок
«И чего я действительно к нему привязалась! Дался он мне!» – думала Кристина, ревниво наблюдая, как на дискотеке на Севе виснут по очереди рыженькая Мила, толстушка Ира и блондинка Аня.
Медленный танец он танцевал только с Милой, она настояла. Потом еще с вожатыми подурачились немного, и Сева исчез, как исчезал всегда – внезапно.
Кристина видела, как растерянная Мила бродит среди танцующих.
Радовало, что Сева ни с кем не встречается, но почему и куда он исчезает каждый вечер? Почему он так странно ведет себя, предпочитает одиночество, почти не ест, рассеян… может, у него девушка в городе? Но тогда зачем он торчит здесь, взял бы да и уехал…
А что, если его отец не отпускает?
– Крис! Ты опять где-то витаешь? – Смеющаяся Алина уселась рядом и помешала додумать. – Иди потанцуй, а то Вовку девчонка из второго отряда клеит.
– Пусть клеит, мне-то что? – разозлилась Кристина, резко встала и вышла на улицу. Прохладный вечерний воздух успокоил, пахло скошенной травой, ночной фиалкой, немного сыростью с чуть приметной ноткой прелых листьев…
Она уселась на скамейку у входа, и маленький черный котенок, живущий с мамой-кошкой при кухне, самозабвенно мурлыча, стал тереться о ее ноги.
Кристина наклонилась, погладила котенка и нечаянно скользнула взглядом по темным окнам старого дома. Ей показалось – или в окне второго этажа действительно мелькнул свет?..
– Опять призрак, спасибо, насмотрелась, – пробормотала она.
Котенок решительно вскарабкался к ней на колени, свернулся уютно и продолжал увлеченно мурлыкать. Кристина, почесывая его за ухом, меланхолично рассуждала:
– Ты ведь тут всех знаешь, так? Вот взял бы да и рассказал мне, а? Не хочешь… Хранишь страшную тайну? Конечно, вы же тут все заодно: директор, воспитатели, повара, призраки, домовые, лешие, русалки и водяные… одна я ничего не понимаю.
Котенок делал вид, что спит, а сам навострил уши.
– Хитрюга! – шепнула ему Кристина. – Ты ведь знаешь, что там сейчас происходит? А? У нас дискотека, а у призраков бал? Вот бы посмотреть…
Как по заказу, дверь в старом доме медленно открылась. Кристина замерла, даже дышать перестала…
На крыльцо вышел инструктор по туризму. Потянулся и неспешно направился к спортплощадке. Решил размяться перед сном.
Кристина негромко чертыхнулась.
Оказывается, старый дом полон жизни. Вот и прекрасно, пока инструктор подтягивается на турнике, она быстренько сбегает на второй этаж, никто и не заметит.
– Пойдешь со мной? – спросила она котенка, поднимаясь со скамейки. Тот недовольно пошевелился и нехотя спрыгнул с колен. – Ну как хочешь…
Кристина незаметно юркнула в темноту дверного проема, споткнулась о порожек, на ощупь проскользнула в общий коридор, по нему уже привычным маршрутом – к каменной лестнице.
На ступенях кто-то стоял – кажется, она оказалась на чужом свидании…
Она услышала, как парень что-то негромко, но очень горячо говорил девушке. И этим парнем точно был Сева!
Она хотела было сразу же удалиться, чтобы ее не заметили и не обвинили в подслушивании. Но как уйти, даже не узнав, с кем встречается ночью на романтической лестнице парень, который так тебе нравится!..
Кристина со всей осторожностью подкралась к самой лестнице и, прижавшись спиной к перилам, осторожно повернула голову и заглянула в пролет.
Сева стоял на ступеньку ниже площадки, освещенный мертвенным синеватым светом, он говорил горячо и сбивчиво, протягивая руки к чему-то полупрозрачному, эфемерному, имеющему очертания человеческой фигуры, расплывчатые, струящиеся…
– Не уходи, подожди! Я не уверен, что все понял правильно, – он говорил быстро и задыхался от волнения, – я сделаю все, как ты сказала… и тогда мы сможем быть навеки вместе?
Кристина почувствовала, как холодеет позвоночник, немеют ноги, как волосы, будто наэлектризованные, встают дыбом. Дико заболела голова.
Голос Севы, его почти невнятное бормотание рассыпалось отдельными словами, они падали с лестницы, леденящим ужасом проникали в голову, как будто сама смерть стояла там вверху рядом с парнем и вытягивала жизненные силы и из него, и из парализованной страхом девочки, приникшей к перилам.
«Не смей!» – хотела крикнуть Кристина.
Уходи!
Беги!
Но не могла произнести ни слова. Немая и скованная, умирающая от ужаса, она беспомощно стояла у древней каменной лестницы…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
