— Специально для тебя, — продолжил альфа, — если какой-то волк не нравится, то просто промолчи. Совершенно не обязательно сообщать всем о негативных впечатлениях. Домой приедем, там выскажешь своё фи — зеркалу.
— Папа?!
— Или шкафу! Чтобы я не слышал от тебя ни слова против волков или самок Ардарского! От Бориса зависит судьба нашей стаи, уж будь добра, поумерь амбиции. И веди себя, как воспитанная волчица, а не человеческая балаболка. И про Артёма Скульского — я уже понял, что он тебя особенно раздражает. Сделай вид, что не видишь его, и не смей крутится у него перед глазами. Поняла? Впрочем, я передумал. Всё время будешь рядом со мной, мне так спокойнее.
— Но папа!
— Я сказал! Не порти сестре свидание и впечатление о нашей стае!
Сестра надулась и молчала до конца дороги.
Посёлок поражал размерами. Здесь были даже трёхэтажные дома! И асфальт на улицах. С ума сойти — клумбы, дорожки, скамейки, беседки. Деревья побелены под линеечку, дома чистенькие, опрятные. И волки такие же — холёные, ухоженные.
А уж волчицы!
Сима только успевала головой вертеть — что значит, богатый клан! Вон, как здешние самки одеваются!
Альфа встретил их на своей машине у въёзда в посёлок. И лично проводил к дому, который выделили семье Нижнедольского на эти выходные.
Целый дом — четыре комнаты, кухня, прихожая и большая терраса. И всё им одним!!!
Оказалось, в клане есть специальные дома, они называются гостевыми — целых шесть штук. Дома, где никто из местных не живёт, они только для приезжих!
Насколько же богат Ардарский, если без ущерба для стаи позволяет себе содержать отдельное жильё для гостей!
Нижнедольские остались большим под впечатлением.
За обедом все перезнакомились. Мама сразу нашла общий язык с Луной клана, Стеша, предсказуемо, переглядывалась с довольным, как наевшийся сметаны кот, Артёмом. Братья же мгновенно сдружились с местными волчатами подходящего им возраста.
И только ей, Симе, пришлось повсюду сопровождать отца. К вечеру губы и щёки болели от резиновой улыбки, а уши — от пышных, но дежурных комплиментов.
Нет, симпатичные волки в стае были, но никто не приглянулся, не привлёк внимание. Почему-то её взгляд искал только одного волка — противного Скульского.
Увы! — или к счастью? — но его она видела за эти два дня ровно четыре раза — трижды за столом и когда Нижнедольские собирались уезжать домой.
Вот как так-то? Всем было весело и интересно — и маме, и братьям, и Стефании!
Ей же пришлось все дни сопровождать отца и присутствовать при скучных деловых разговорах.
Она такие планы строила на эту поездку, а получила сплошное разочарование!
Удружил, папа, нечего сказать. Да она часы считала до отъезда!
Сам посёлок ей понравился, понравился уровень жизни местных волков. И страстно захотелось поселиться где-нибудь здесь, в одном из крепких и красивых домов. Однако отец не дал ей и шанса завести полезные знакомства.
Вся семья, кроме неё, прекрасно провела время.
Так несправедливо!
— Ну что, — на обратной дороге подмигнул Стефании отец, — вижу, у вас с Артёмом всё хорошо?
Девушка порозовела и кивнула.
— Я рад. Мать, что скажешь?
— Это же второй бета? Хороший волк, — ответила та. — Его и Луна хвалила. А ещё с тебя глаз не сводил другой волк, Макар, племянник Ардарского. Похоже, вы с ним потенциальные. Я заметила, что он всё время, как оказывался рядом, начинал принюхиваться.
— Я тоже обратила внимание, но он мне… никак, — отозвалась Стефания. — У меня Артём есть! — и добавила с тревогой. — Вы же не будете настаивать на… племяннике?!
— Нет, дочь, не будем, — ответил отец. — Лично меня любой волк из этой стаи устроит, лишь бы он тебе по сердцу пришёлся.
— И я не возражаю, — поддержала мать. — Но не спеши — присматривайтесь, общайтесь.
— В общем, — подвёл итог Виктор, — как сама решишь, с тем и будешь. Мы с матерью вмешиваться не станем.
— Опять всё Стеше! У неё-то снова хорошо, а у меня? — не выдержала младшая. — Я тоже хочу встретить пару, тоже хочу любви и свиданий! За что ты меня наказал?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Это было не наказание, а превентивная мера, — ответил альфа, останавливая машину. — Вот мы и дома. Так, щенки, — сыновьям, — переодеваться и в распоряжение Сергея. Два дня отдыхали, пора навёрстывать. Валя, ты к себе?
Мать кивнула.
— Стешу забери, пусть помогает.
А затем повернулся к Серафиме:
— Идём в кабинет, объясню тебе кое-что с глазу на глаз!
— А переодеться?
— Это ненадолго. Идём!
«Луна, что он ещё придумал?» — раздражённо подумала Серафима.
— Садись, — волк кивнул на стул. — И слушай.
Сима заняла указанное место и выжидательно посмотрела на отца — ох, сдаётся ей, ничего хорошего её не ждёт.
— Я люблю тебя, дочь. Что бы ты себе не надумала, люблю наравне со Стешей, с Димкой и с Никитой, — начал альфа. — Но ты меня огорчаешь чаще, чем другие волчата. Это не значит, что ты плохая, просто ты ещё очень молода и не всегда умеешь вовремя остановиться. А я не всегда успеваю помочь или подсказать.
Сима от удивления замерла, а от следующей фразы отца едва не поперхнулась
— Тебе нравится этот волк, Артём.
— Да ты что? Вот ещё?! Он меня раздражает! — взвилась волчица. — Я его видеть не могу!!!
— Он. Тебе. Нравится, — припечатал Виктор Нижнедольский. — Не перебивай, сначала дослушай. Но волк выбрал не тебя, а сестру, поэтому ты ревнуешь и с трудом себя контролируешь. К сожалению, я не сразу это понял, иначе оставил бы тебя дома.
— За что?!! — слёзы брызнули из глаз, в носу защипало.
Как несправедливо!!! И он ещё говорит, что любит её так же, как других детей!
— Я хочу добра и тебе, и Стеше. Волка нельзя поделить, понимаешь? У Артёма с твоей сестрой всё налаживается, ты, увы, лишняя. И чтобы ты не сделала то, о чём потом пожалеем все мы, чтобы не помешала сестре, я был вынужден держать тебя рядом. Прости, что испортил выходные, но ты должна понять — у меня не было другого выхода. Не устраивать же при чужих или, того хлеще, при Стефании, тебе выволочку? Теперь мы дома, я точно знаю, что никто нас не услышит, поэтому могу объяснить всё прямо.
Волк приблизился к съёжившейся дочери и присел перед ней. Теперь их глаза находились на одном уровне.
— Он не твой, Сима.
— Он мой потенциальный! — всхлипнула волчица.
— Но он не нашёл отклика, понимаешь?
— Мама говорила, что выбирает самка! — Сима стиснула оборку платья. — Я… Мы с моим зверем выбрали Артёма!
— Так бывает, — ласково ответил отец, — не всегда притяжение совпадает. Стеша тебя опередила. Но это не её вина и не твоя. Так получилось, понимаешь?
— Но пока они не обменялись метками, всё ещё можно изменить!
— Вот этого я и боялся, — вздохнул волк. — Сима, ты не оставляешь мне выбора! Пойми, это уже не твой волк!
Оборотень выпрямился и навис над Серафимой.
— Властью, данной мне по праву сильнейшего в стае и по праву твоего отца, я запрещаю тебе даже смотреть на Артёма Скульского! Он — чужой волк, запомни это! Детство кончилось, Серафима, пора взрослеть.
Девушка беззвучно плакала.
— Это ради твоего же блага, дочь! И не вздумай поделиться своими чувствами с сестрой! Стеша ни о чём не должна догадываться, иначе мой гнев ты можешь и не выдержать. Поняла?
— Сима всхлипнула и кивнула.
— В среду я уезжаю в Самару, в клан Богарского. Возьму тебя с собой. Ты у меня красавица и рано или поздно обязательно обретешь своего истинного. Ещё со смехом будешь вспоминать свою симпатию к бете Ардарского! Ну, ступай к матери. Да слёзы вытри, ни к чему её огорчать.
Глава 4.
Дни летели — не догонишь.
Стеша не успела оглянуться, как подошла осень.
Верхушки берёз тронуло золотом, за ночь воздух остывал и бодрил по утрам. Ещё немного, и лужи начнут покрываться льдом, а там и снег не за горами!
