Вскоре Сток привёл троих своих людей с явной войсковой выправкой. Следом подошли и два человека, вызванные Стирфом.
В это время спорщики, заметив, что от них отделилась небольшая группа военных, попытались пристроиться к ним, но Риз вежливо попросил их не мешать, и те без возражений отступили за невидимую черту, о которой им втолковывал лейтенант.
«Есть в парне дух убеждения», – улыбнувшись, подумал Сток, наблюдая за этой сценой.
– Так, все в сборе. – Капитан осмотрел рассевшихся за столом людей. – Начнём с того, что я представлю своих людей. Справа от меня – мичман Снеп Ран, у него очень большой боевой опыт, чуть ли не больше, чем у нас всех, вместе взятых, на корабле он исполняет обязанности инструктора для молодого пополнения. За ним – наш главный навигатор, доктор и просто очень умная женщина, которая всегда даст дельный совет, капитан Марина Никольская. Полковник Сток должен быть знаком с ней, так как некоторое время мы служили все вместе.
Лерк увидел, как вскинулся Сток, когда он произнёс последнее имя, до этого полковник что-то объяснял своим подопечным и не обратил внимания на вошедших.
Марина тоже пристально посмотрела в сторону Ройфа.
«Такого обмена взглядами не могло быть просто между старыми знакомыми, – решил Лерк. – Похоже, не лгали слухи о том, что между ними что-то было».
– Слева от меня, – продолжил капитан, – мой молодой командир десантного отделения лейтенант Майкл Риз. Ну и, собственно, я сам, капитан этого крейсера майор Лерк Стирф. По сути, это все люди, которых следует привлечь к решению нашей проблемы. На корабле в основном молодой и только принятый во флот персонал. Крейсер используется как некая мобильная учебная база для прохождения практики студентов военно-космической академии.
Пока он говорил, полковник Ройф взял себя в руки и теперь подхватил церемонию знакомства присутствующих:
– Добрый день. Как уже сказал майор Стирф, мне пришлось служить с этим малышом несколько лет на одном из кораблей во время войны с архами. Зовут меня полковник Сток Ройф. Я пригласил людей, которые в той или иной мере могут помочь в сложившейся ситуации. Это полковник Пер Гешар, бывший капитан разведывательного рейдера. Далее Мавс Мавсок, бывший десантник, он удостаивался большого количества наград Содружества, эксперт по оборонным сооружениям, сейчас работает в управлении строительства. И Им Су, первый аналитик Седьмого подразделения флота Содружества, вступил в свою должность пять лет назад, и до сих пор ни одного нарекания по поводу его работы не прозвучало. – Теперь Сток повернулся в сторону явно чувствующих себя неудобно в столь серьёзной компании девушек. – А эти две красавицы мои новые сотрудницы. Лейтенант Рау Стерх, очень перспективная, рекомендация по её приёму на работу пришла из канцелярии штаба флота. И Нира Ройф. – Замолчав, полковник посмотрел на Марину, а потом произнёс: – Она моя дочь.
Последние слова на Марину произвели какое-то очень странное впечатление, она грустно улыбнулась и, немного помолчав, как бы про себя промолвила:
– Я это вижу.
«А ведь у Марины тоже есть дочь, – вспомнил Лерк. – Неужели… – И, вглядевшись в сидящую напротив неё девушку, подумал: – А ведь и правда они похожи».
Лерк несколько раз видел Марину с дочерью, она была уже взрослой и состоявшейся женщиной, но явное сходство между ними прослеживалось.
«Интересно, Сток знает? Что-то мне подсказывает, что нет, – решил капитан, посмотрев на своего старого друга. – Так, надо перевести разговор в более конструктивное русло», – подтолкнул он себя и произнёс:
– Ну, со знакомством закончили, теперь о нашей проблеме. – Капитан вывел на обзорный визор текущую дислокацию кораблей пиратов, получаемую со средств дальнего обнаружения судна. – Начну с общего: нас преследуют четыре корабля. Как видно из примерно выясненных ТТХ, по классу все они относятся к средним крейсерам, но только с небольшим дополнением. Вероятно, это более устаревшая модель, чем та, что сейчас у нас, поэтому их крейсерская скорость на десять процентов ниже нашей. Но по выводам нашего аналитического отдела, эти корабли прошли ряд модификаций, поэтому запас хода у них превышает наш как минимум на одну треть. Отсюда следует, что на длинной дистанции они нас рано или поздно нагонят. – Подумав и подсветив определённые места на отображаемой модели движения кораблей, капитан продолжил: – При нашем маневрировании зафиксировано, что между этими кораблями выровнена скорость преследования, и при каждом нашем манёвре у них происходит синхронизация направления и ускорения движения. Это значит, что к нашему кораблю они подойдут практически одновременно, с разницей в несколько секунд. О вооружении судить сложно, но при первом контакте их счетверённый залп полностью истощил и разрушил наш энергощит и пробил верхний слой бронелиста, повредив корпус корабля. Это, по сути, всё, что сейчас у нас есть по данным кораблям. – Оглядев слушателей, добавил: – Самой главной новостью, что преподнесли мне мои спецы, было сообщение, что с вероятностью восемьдесят процентов это не пираты, а кадровые военные. Вероятно, наёмники. Я не стал выносить это на общее собрание, чтобы люди не начали паниковать раньше времени, но вы должны знать: мы столкнулись с профессиональными солдатами.
– Это плохо, – глухо отозвался полковник Ройф.
– Да, – угрюмо согласились с ним остальные, только девушки непонимающе переглянулись и вопросительно посмотрели на Стока.
– А почему это так плохо? – спросила Нира.
Но ей ответил Майкл, а не полковник:
– Плохо тем, что это наёмники.
– Я всё равно не понимаю, – мотнула головой девушка.
Ей пояснил уже отец:
– Они не берут в плен и не оставляют следов. Если будет абордаж, а он будет и они захватят корабль и найдут то, что им нужно, команда и пассажиры будут убиты, а корабль уничтожен. Никакой жалости или сочувствия. Только работа. Особенно в нашем случае. Когда кто-то нападает на представителей властей Содружества, он не должен оставлять никаких следов, он должен позаботиться о том, чтобы не было никакого намёка на следы, ведущие к нему. Поэтому всё очень плохо. – И практически без перехода сразу обратился к капитану: – Есть карта пространства, куда они стараются нас прижать?
– Это астероидный пояс. – И Лерк вывел на экран небольшой участок пространства, где располагались поле и планетоид, к которому оно было прижато.
– Так, мы двигаемся в том же направлении, как я посмотрю. Почему? – спросил полковник.
– Да, мы пытались несколько раз уйти с задаваемого нам маршрута. Однажды был особенно удобный момент пройти по эклектике одной из планет сектора в отрыв от преследователей, это бы нам мало что дало, но наёмники не смогли бы нас достать без дополнительной подзаправки. А у нас появилась бы пара лишних дней на подготовку к встрече с ними. Но… – Капитан замолчал, но через пару мгновений продолжил: – При попытке сойти с навязанного ими маршрута с одного из кораблей преследования в нашу сторону направился малый рейдер-перехватчик. И всё бы ничего, его вооружения не хватает даже пробить нашу пассивную броню, но на этом перехватчике вместо такого безопасного для нас оружия был артефакт ментоподавления. Они не позволяют нам даже подумать об изменении маршрута. Марина пыталась прикрыть того, кто в данный момент управлял крейсером, но её хватало не больше чем на десять минут. А потом наше судно восстанавливало своё прежнее направление движения, а рейдер возвращался на свой корабль.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
