Читаем без скачивания Послание из тьмы - Роберт Чемберс

– Таки как поживаете, сэ-э’г? – спросил продавец призраков, с чувством пожав мне руку и потрясая ее, словно терьер, схвативший крысу. – А миссус ваша, то есть хозяюшка, как она таки поживает? А все ваши домашние, как они – не хво’гают?

Я заверил его, что все мы, как и следовало ожидать, в добром здравии, но тут мистер Абрахамс углядел в глубине прихожей миссис Д’Оддз и устремился к ней, на ходу повторяя вопросы о ее здоровье. Он был так многоречив и столь уморительно серьезен, что мне на миг даже показалось – наш гость вот-вот начнет измерять моей супруге пульс, а потом еще и язык попросит высунуть. При этом маленькие подвижные глазки торговца так и бегали по сторонам, осматривая убранство прихожей от пола и до потолка.

Наконец мистер Абрахамс окончательно убедился, что никто из нас не страдает опасной для жизни болезнью – и мне все-таки удалось увлечь его с собой наверх, на второй этаж, где был приготовлен ужин. Продавец призраков с удовольствием отдал должное трапезе, но даже при этом не расставался со своей загадочной сумкой. Наконец последняя перемена блюд была подана, слуги удалились, а чуть позже за ними отправилась и миссис Д’Оддз, оставив нас наедине, – и только тогда зашел разговор на интересующую меня тему.

– Я таки п’гедполагаю, – мистер Абрахамс закурил дешевую сигаретку, – что вам, сэ-э’г, нужна моя помощь в… в заселении этого жилища?

Я признал правильность его предположения. Торговец удовлетворенно кивнул. Его хитрые маленькие глазки тем временем цепко осматривали гостиную, как раньше – обстановку в прихожей.

– Ой, я вас уве’гяю: вы нашли ну самого что ни на есть нужного человека! Оно, может, и неск’гомно такое о себе гово’гить, но вот так все и есть. Знаете, что я ответил этому юноше – ну, тому, с кото’гым мы толковали в пабе «Х’гомая собака»? Он меня сп’гашивает: «А получится?» А я ему: «А вот испытайте! Меня и эту мою то’гбу! Испытайте – и сами все увидите!» Побожусь, сэ-э’г, ничего более ве’гного и сказать нельзя!

Я снова возрадовался тому, как верно поступил, обратившись к Джеку. Он действительно умеет проводить переговоры с медиумами!

– Уж не хотите ли вы сказать, мистер Абрахамс, что, э-э-э, товар у вас сейчас с собой – в этой вот торбе? – Я пытался говорить с иронией, но голос мой дрогнул в предвкушении ответа.

– О, не спешите, не спешите! – На лице продавца призраков появилась улыбка мудрого превосходства. – Все в свое в’гемя. П’гавильное место и п’гавильный час, сэ-э’г, а еще – немножко вот этого: глоточек Lucoptolycus, «настойки счастья». – Абрахамс достал из жилетного кармана крохотный флакон. – И тогда вот что я скажу: к вам явятся все п’гиз’гаки, кото’гые есть в моем распо’гяжении! А вы таки сможете самостоятельно выб’гать из них того, кото’гый вам больше всего по вкусу… Ну, скажете, это не ’госкошное п’гедложение, сэ-э’г?

Я не мог оспорить его вывод – хотя впечатление и несколько умерялось тем хитровато-настороженным взглядом, который бросил на меня торговец, пряча флакон назад.

– И когда мне надлежит это сделать?

– Без десяти час пополуночи, – твердо произнес мистер Абрахамс. – Иные специалисты гово’гят – ’говно в полночь, но я скажу – нет! В полночь их соби’гается такая толпа, сэ-э’г, что лучше не надо. А вот когда следующий час уже почти на исходе, но еще не закончился – самое замечательное в’гемя, чтобы выб’гать себе подходящее п’гиведение. Ну, к делу, хозяин! П’говедите меня по вашему замку и покажите, где именно вы хотите его видеть, когда он будет сюда… поселен. Хотя в таких делах я га’гантий не даю, уж увольте. Ой, если бы вы только знали, какие тут бывают тонкости! Есть некото’гые места, куда они подселяются охотно, да, а есть и такие, куда их нипочем не заманишь…

Мы прошлись по самым сокровенным участкам Стопгоп Грэндж. Мистер Абрахамс то хмурился, то удовлетворенно кивал, а один раз, указав пальцем на старинный гобелен, произнес: «Вот это самое то!» Но когда мы дошли до банкетного зала – продавец, еще не зная, что я и сам выбрал это место, пришел в величайшее восхищение. «Тут! – кричал он в приступе энтузиазма, потрясая своей сумкой, тыча пальцем то в стены, то в сторону моей гербовой посуды, торжественно расставленной на господской части стола. – Вот тут мы все и уст’гоим! Отличное местечко, замечательное, лучше и быть не может! Ста’гинная комната, и вещи отличные – настоящий благо’годный металл, а не новомодная е’гунда, подделки гальванопластические! Это очень важно для них, сэ-э’г: они такие ’газбо’гчивые… Но этот зал, вы знаете, он таки большой: сюда может столько их понабиться – не дай Господь! Поэтому вот что мы сделаем: распо’гядитесь подать сюда бутылочку б’генди и ко’гобку сига’гет – а я останусь тут, до полуночи и после. Буду, это, осуществлять п’гедва’гительный отбо’г. Чтоб вы знали, это та еще задачка – мало не покажется… Когда они заявятся сюда всей толпой, да еще узнают, что кому-то из них не суждено отсюда выйти, – я вас уве’гяю, тут найдутся такие, что таки поднимут гвалт! Да, я обещал показать вам их без десяти час – и оно будет; но все же, хозяин, лучше вам, того, обождать в д’гугой комнате. А сюда поднимайтесь не раньше половины пе’гвого. Потому как если они вас тут застанут в полночь – ой-вэй, мне п’гямо-таки больно подумать о том, что от вас останется! А за полчасика я их немного обуздаю, да; они будут уже более-менее готовенькие…

Эти соображения мне показались вполне разумными. Так что вскоре я снабдил мистера Абрахамса требуемыми ингредиентами и удалился. Оглянувшись на пороге, я увидел, что торговец уютно разместился в кресле у огня, положил ноги на каминную плиту, и уже начал принимать транквилизаторы, необходимые ему, дабы с бóльшим успехом противостоять полчищам потусторонних гостей.

Мы с миссис Д’Оддз расположились в комнате этажом ниже. Через некоторое время я услышал, что Абрахамс поднялся со своего места и быстрой походкой пересек зал. Потом он, судя по звукам, сдвинул что-то из мебели, стоящей у окна, и, наверное, встал на это что-то, стараясь дотянуться до щеколды: через несколько секунд до моих ушей донесся скрип открываемого ставня – а он располагался выше, чем по силам достать такому коротышке, как продавец призраков. Миссис Д’Оддз потом утверждала, что ей удалось расслышать его голос – хриплый, торопливый шепот, но, возможно, это была только игра воображения. Что касается меня, то я действительно был взволнован – даже больше, чем полагал возможным ранее. Поистине, есть что-то тревожное в образе человека, простого смертного, который стоит перед распахнутым окном, напряженно вглядываясь во тьму, и призывает обитателей иного мира, неупокоенных духов. Украдкой от Матильды я взглянул на часы – и содрогнулся: стрелки показывали половину первого ночи. Настало время, когда мне надлежит выйти на встречу с призраками, разделив с мистером Абрахамсом его ночную вахту.