правда — пришлось. Потому что подъём по очередной лестнице привёл в зал, где кроме лотка с рычагом и пипками с водой имелось и с десяток ниш-коридорчиков. От тоннелей они отличались тем, что были куда
уже — примерно два метра, при прежней высоте в три — и самые длинные оканчивались вроде как тупиками на расстоянии не более двадцати шагов от входа.
— Готов поспорить на свою импотенцию, что тупиком оканчивается каждое второе такое ответвление.
— Почему — каждое второе?
— Потому что мы — действуем как один человек. Если б нас было, скажем, четверо, или — две независимые команды, тупиков было бы тридцать три процента. Чтоб мы, соответственно, искали выход дольше. Поэтому давайте действовать, как я уже предлагал. Только не нужно сразу забираться далеко в глубину — неизвестно, как здесь с акустикой.
— Ладно. Только вначале всё равно давайте посидим и отдохнём. Ноги… Сейчас полегче, конечно… Но всё равно гудят.
С акустикой в коридорах-ходах всё оказалось в порядке.
Керк стоял напротив первых двух ответвлений, попеременно заглядывая то туда, то сюда, и внимательно вслушиваясь в обычную равнодушно-звенящую тишину. Напарницы уже скрылись за «углами»: одной пришлось повернуть налево, другой — направо.
Первой высказалась Рахель, двигавшаяся в первом, левом, ответвлении:
— Тут всего шесть колен-поворотов. Коротких — уже дошла до конца. Упёрлась в глухую стену.
— Точно — глухую?
— Пинкам и толканию торцевая стена не поддаётся. Так что думаю — точно.
— Хорошо. Возвращайтесь, и пробуйте следующий проход. Я сообщу Полине.
Шагов Керк не слышал, но судя по тому, что голос звучал не слишком приглушённо, Рахель действительно не успела уйти дальше сотни шагов. Он зашёл поглубже в «ответвление Полины»:
— Внимание, Полина! Внимание!
Спустя секунды три донёсся «отзыв»:
— Я слышу вас, Керк. Что случилось?
— Ничего. Рахель доложила результаты обследования своего ответвления: там тупик. Она возвращается и будет обследовать третий проход.
— Поняла. Хорошо… У меня тут проблема.
— Да?
— Проход раздвоился. Иду пока в левое отделение — чтоб вы знали, где меня искать, если отойду уж слишком глубоко.
— Нет, подождите! Так не пойдёт. Стойте, где стоите, и пока не входите. Я передумал посылать Рахель в третий вход. Мы сейчас вдвоём подойдём к вам: вы останетесь на месте у развилки, а мы с Рахель пойдём в оба ответвления. Вы поняли меня?
— Да, поняла. Логично, конечно. Хорошо. Жду.
Поход в оба ответвления окончился ничем: Керк встретил «неподдающуюся» пинкам и толчкам поперечную перегородку через сто двадцать шагов, Рахель — через двести. Других ответвлений во втором проходе не нашлось.
— Отлично. Возвращаемся.
— Не знаю, чего тут отличного, но вернуться и отдохнуть — с огромным удовольствием! — Рахель запыхалась, и поглядывала на него — Керк мог бы поспорить! — с укоризной. Ну и правильно: он — мужчина. И должен был сразу идти, а не «руководить».
Хотя это именно она предложила сыграть, и он не виноват, что ему первому благодаря «камню-ножницам-бумаге» досталось «руководящая» роль.
И, разумеется, в следующий раз ему уже без всяких игр придётся топать, а Рахель, а затем и Полине — координировать.
«Следующий раз» наступил через час: Полина сказала, что, как ни странно, ноги уже почти не гудят, и она отдохнула. Рахель проворчала, что это действительно странно — она тоже чувствует себя гораздо лучше, чем в самом начале.
Керк высказал то, что ему давно пришло в голову:
— Думаю, что то, что добавляют в нашу еду и воду — очень сильное. Эффективное. Чтоб мы быстрей адаптировались, нарастили мышцы, — он похлопал себя по явственно увеличившейся ляжке, — И вроде как бы даже помолодели. Я лично и правда — ощущаю нервный подъём, и ноги практически уже не болят! И — что главное! — пропала одышка!
— Ну, положим, одышка пропала потому, что мы сейчас не ходим вверх-вниз, — Рахель говорила рассудительно, похоже, и сама об этом думала, — А вот насчёт — помолодеть… Ах, мечты, мечты… — она даже плотоядно причмокнула, и Керк некстати подумал, что случись им и правда — «помолодеть», ему придётся туго! — Впрочем, если нам дают какие-то витамины или энзимы, улучшающие «спортивную форму» и самочувствие, я последняя буду против. Нам, вроде, допинг-проб сдавать не надо. А таскаться здесь…
— Предстоит, похоже, долго! — Полина докончила мысль, которую они все, кажется, давно про себя обсасывали. — Пошли?
— Пошли!
Третий вход окончился тупиком практически сразу — на пятьдесят пятом шаге и третьем повороте, и Керк двинулся в пятый. Однако ему пришлось вернуться, и они все снова влезли в четвёртый: Полина нашла даже два разветвления. К сожалению — тоже тупиковые.
— Хорошо, что здесь нет очень длинных ответвлений. Будь они хоть на пару сотен шагов подлиннее, и мы бы тут, с этими девятью входами, точно зависли бы на сутки-другие.
— Не думаю, что здесь они действительно хотели сделать так, чтоб мы сильно утомились. Скорее, тут проверяют нашу способность действовать слаженно. — Керк уже в третий раз повторял этот аргумент, который, кстати, ему самому казался уже не слишком убедительным: они сидели и отдыхали перед восьмым, предпоследним, входом.
— Они что — после первых тоннелей-закутков этого не поняли? — Полина вяло указала на пройденные отверстия.
— Думаю, поняли. Но ещё я думаю, что они просто не успели изменить конструкцию остальных отверстий-закутков.
— Так вы считаете, что они каждый раз… Готовятся? Изменяют конструкцию того, что тут настроено?
— Разумеется! И наверняка это происходит достаточно быстро и просто — неземные технологии и всё такое прочее… Может, вы и не обратили внимания, но я обратил. Помните, когда мы покинули Агнетту, и пришли в первый же зал — так там было не пять, а четыре отверстия?
— Ну… Помним.
— А ведь на самом деле там было-таки пять отверстий-входов. Просто пятое оказалось перекрыто белой сплошной перегородкой: я видел. Я специально обшарил там всё, и обнаружил тоненькую — буквально волосяную! — щель в стене по периметру этой самой перекрывающей тоннель перегородки.
— Вот это да! И… Почему же вы сразу не сказали?
— Боялся, что если скажу, они, — Керк ткнул пальцем в потолок, — захотят осложнить нам жизнь, и снова сделают вариантов выбора побольше!
— Хм-м… Звучит логично. А… Почему говорите сейчас?
— Потому что мы уже прошли самый первый, примитивный, уровень. И здесь от нас, как мне кажется, уже ждут сотрудничества на базе обсуждения. Ну, чтоб мы вместе вырабатывали решение. Коллегиально.
— Дьявольщина. И это звучит логично. Сволочи эти инопланетяне. Похоже, все они — мужчины.
Керк рассмеялся: весело и непринуждённо:
— А вот это — вряд ли. Тогда бы они давно вымерли. Как гласит
