Читаем без скачивания Приматы - Эман Фридман

В книге Кампера, изданной в Амстердаме в 1779 г., критически оценивалась предшествовавшая литература, как это и положено в научном труде, и был сделан вывод, что ни Тульп, ни Тайсон, ни Линней, ни Бюффон настоящего орангутана не видели (что, конечно, верно). Эти авторы ошибались, справедливо отмечает Кампер, говоря о распространении этой бесхвостой обезьяны в Африке. Кампер уделяет особое внимание отличиям орангутана от человека, несколько преувеличивая это отличие в области анатомии. Заявив, что это «четвероногое» животное, он отнес орангутана к «классу» обезьян, или «четвероруких».

1784 г. — год научного «открытия» гиббона: голландцы Жозуа ван Иперен и Фредерик Шоуман дали одно из самых ранних и лучшее по тому времени описание серебристо-серого гиббона вау-вау (внешние особенности, размеры, поведение, звуковое общение). Они также сообщили, что гиббонов существует не один, а несколько видов (и в этой подробности тоже немалая заслуга авторов).

Итак, чем же располагало приматоведение к концу XVIII в.? Три формы высших обезьян в отдельных научных текстах уже дифференцируются, причем иногда с тривиальными названиями, распространенными и в наши дни: шимпанзе, орангутан (Фосмайер, Кампер), гиббон (ван Иперен, Шоуман). Но еще неизвестна науке горилла— самый крупный (и биологически очень близкий наряду с шимпанзе к человеку) антропоид. Гиббон известен лишь «фаунистически», еще не анатомирован, а виды его описываются разноречиво. Четкой научной номенклатуры (принимаемой в наши дни) по высшим обезьянам еще почти не существует. Смешение этих трех форм довольно часто имело место в научных трудах и XIX в. «Несмотря на описательные и таксономические работы, — писали Р. и А. Йеркс, — ученые XVIII в. не много дали в отождествлении и классификации четырех типов антропоидов»[21]. С этим нельзя не согласиться.

В одной из первых известных нам специальных книг по приматам, изданной на французском языке Д. Одбертом в 1799 г. во Франкфурте, описывается с иллюстрациями всего 44 вида обезьян и 13 видов полуобезьян. Один экземпляр этой уникальной книги хранится в библиотеке Московского общества испытателей природы.

Несколько ученых XVIII в. дали описание или систематику полуобезьян (К. Линней, Ж. Бюффон, Г. Сторр, В. Эллис). Однако наиболее четкое отождествление группы полуобезьян произвел в середине 90-х годов замечательный французский натуралист-эволюционист Этьен Жоффруа Сент-Илер. Он приводит пять родов полуобезьян: маки (лемур), индри, лори, галаго и долгопят. Если учесть, что группа тупайи и в наши дни относится к приматам не без оговорок, а также прибавить к этой системе мадагаскарскую руконожку (выделена Гмелиным в 1788 г.), то мы получим от Жоффруа почти все современные группы подотряда полуобезьян (Prosimii). Этому зоологу принадлежит большая заслуга в истории приматологии. Он установил и описал 18 новых родов, 15 видов, один подвид приматов. Им же было произведено и закреплено в 1812 г. разделение обезьян на узконосых (Catarrhina) и широконосых (Рlаlyrrhina).

Начало XIX в. в истории приматологии ознаменовалось появлением выдающегося труда самого активного борца за материализм в биологии того времени Жана Ламарка — «Философии зоологии» (1809). В книге дается описание обезьян («четвероруких»!), которое не выделяется из подобных сводок тех времен. Но примечательно, что автор не только сопоставляет анатомию антропоида и человека, но фактически (в сжатой форме, бездоказательно) излагает гипотезу происхождения человека от обезьяны, причем строится эта гипотеза на эволюционной основе, на идее исторического развития организмов!

Не будем останавливаться на широко известной в истории науки слабости аргументации Ламарка, например в его теории происхождения человека. Это уже рассматривалось учеными, в частности профессором Я. Я. Рогинским (1953). Хочу лишь обратить внимание на двусмысленность языка автора «Философии зоологии», что отмечал еще в 1935 г. большой знаток творчества Ламарка академик В. Л. Комаров. Перечислив условия и этапы возможного эволюционного превращения «четвероруких» в «двуруких» (вертикальное хождение, уменьшение челюстей, развитие представлений и речи), Ламарк неожиданно заключает: «Вот каким могло бы выглядеть происхождение человека, если б оно не было иным». Следует добавить: вот к чему приводил в науке страх перед церковниками — его испытывали даже мужественные ученые, каким, несомненно, был Ламарк.

В начале XIX в. появились самостоятельные исследования по приматам в России. Если принять во внимание отдаленность страны от мест обитания приматов, относительную суровость климата и другие условия, тормозившие развитие естествознания, то необходимо будет эти ранниа работы оценить весьма высоко.

Еще у Афанасия Каверзнева (1775), русского предтечи эволюционизма, есть упоминание об обезьянах: «Не только кошка, лев, тигр, но и человек, обезьяна и другие животные составляют одну единую семью». Интересное противопоставление человека вместе с обезьяной другим животным!

Крупный ученый Г. И. Фишер фон Вальдгейм в 1805 г. переехал в Россию и стал создавать кафедру зоологии в Московском университете. Еще до переезда он провел солидные анатомические исследования по полуобезьянам, В Москве Фишер описал коллекцию приматов университета. Оказалось, что там хранился препарат неизвестного науке нового вида полуобезьян из рода галаго. Фишер дал этому экзотическому существу научное наименование «галаго Демидова» (Galago demidovii) в честь подарившего коллекцию университету П. Г. Демидова, с которым был дружен. Павел Григорьевич Демидов (1738–1821), внук известного в России промышленника Н. Д. Аптуфьева-Демидова, был широко образованным человеком и щедрым покровителем пауки. Московскому университету он подарил богатейшую естественнонаучную коллекцию, которую собрал во время путешествий за границей, а также библиотеку и капитал в 100 тыс. руб. Библиотека и музей Демидова были описаны Фишером в трех томах, опубликованных в 1806–1807 гг. Так русское название навсегда и закрепилось за маленьким ночным приматом Африки.

В современной номенклатуре приматов имеется несколько научных наименований со ссылкой на приоритет Фишера, т. е. им установленных. Но, личный друг и активный приверженец Ф. Кювье, Фишер неизменно отделял человека от других приматов по признаку двурукости.

Видный натуралист из России В. Г. Тилезиус во время первого русского кругосветного плавания в 1803–1806 гг. оказался в конце ноября 1805 г. в гостях у губернатора Макао (Южный Китай). Губернатор в числе экзотических диковинок показал гостю коричнево-красного человекоподобного зверя размером с трех — четырехлетнего ребенка. Это была молодая самка орангутана. Тилезиус зарисовал (не без придания человеческих черт, по обыкновению того времени) антропоида и описал его особенности. В 1813 г. ученый опубликовал научную статью с критическим разбором известных сведений об этой обезьяне. Работа Тилезиуса имеет определенное значение как одно из ранних непосредственных наблюдений над редким антропоидом. Название труда на русском языке звучит так: «Замечания о Жокко, или Орангутане с Борнео, или о Вест-Индском лесном черте…».

В период второй русской кругосветной экспедиции в 1815–1818 гг. под командованием О. Е. Коцебу натуралист И. Ф. Эшшольц, плавая на знаменитом «Рюрике», получил у берегов Суматры неизвестную ранее обезьянку. «А как она отличалась, — писал впоследствии ученый, — в существенных признаках пород обезьян от всех прочих данных известных, то и почел я нужным составить из оной особенную породу под названием Presbytis, ради сходства ее со старою женщиною, имеющею чепец на голове»[22].

Из этого отрывка современные приматологи могут уяснить себе, откуда взялось нынешнее научное наименование обширного рода обезьян (по крайней мере 14 видов), очень интересных приматов, называемых в обиходе лангурами. Родовой термин сохранился. Что же касается вида, то теперь мы можем установить, что Эшшольц наблюдал живым, анатомировал после гибели и первым подробно описал лангура с митрой, который научно именуется Presbytis aygula.

Еще один российский ученый, известный академик — анатом X. И. Пандер в 1824 г. описал скелеты 11 видов приматов.

Начало XIX в. — время открытия все большего числа обезьян Нового Света (А. Гумбольдт, Г. Бонплан, Ф. Азар), время описания новых полуобезьян (Т. Раффлез и др.) и, конечно же, сравнительно более доступных низших узконосых обезьян Азии и Африки. Но всю первую половину этого столетия остаются нечетко идентифицированы человекообразные. Уже правильно (с точки зрения современной таксономии) названы в научной номенклатуре три высших обезьяны, хотя путаница в большинстве публикаций продолжается. Французский зоолог Б. Ласепед в 1799 г. дал родовой термин Pongo для орангутанов, что ныне закреплено наукой. В 1811 г. немецкий зоолог Дж. Иллигер ввел современный родовой термин гиббонов Hylobates. Через пять лет немецкий естествоиспытатель Л. Окен сделал то же самое для шимпанзе, дав ему современное родовое название Pan. В 1841 г. установлено родовое наименование еще одной высшей обезьяны — сиаманга — Symphalangus (Глогер).