— Власов, твою мать, трубу возьми!
— Не кричи. Что у тебя?
— Сверхи. Присылай своих в клуб. Один в отключке, может сгорел. Второй — двухсотый. И два цивила, трехсотые вроде. У девчонки — шок, парень сильно попал под раздачу.
— Через семь минут буду. — В трубке послышались команды. Владимир еще на работе, тем лучше — быстрей приедут. — Сергеич, они там сильно напачкали?
— Нет. Эвакуатор захвати.
— Зевак много?
— Никого, заводской район. Влад, давай быстрей.
— Едем, не суетись. И не лезь к ним со своей аптечкой. Жди. — Собеседник отключился.
Игорь Сергеевич спрятал трубку в карман и выскочил на улицу. Дверь заклинило и афганец просто доломал ее, окончательно сорвав с петель. Картина на улице не изменилась — четыре тела и искореженная машина. Вокруг тела худого расплывалась большая лужа крови. Чуть в стороне лежал Черный и его девушка. Первым делом Сергеич занялся Аленой:
— Бледность. Дыхание частое, прерывистое. Сердцебиение учащенное, пульс еле прощупывается. — Вслух было легче вспоминать. Открыв аптечку, тренер сделал инъекцию из шприц-тюбика. — Потерпи девочка, сейчас будет легче.
Симптомы Сергея и Александра были совершенно разные. Тело Черного на ощупь было очень холодным, глаза открыты, зрачки закатились. Время от времени по телу пробегала волна судорог, после чего он снова замирал. Александра, наоборот, мелко колотило, а температура была за сорок. Лезть к ним с аптечкой Сергеич поостерегся, тем более Власов запретил. В отличие от Алены, парни с тощим контактировали напрямую. Неправильное лекарство могло легко убить обоих. Подложив свою куртку под голову девушки тренер ждал помощи. Наверное впервые за десять лет он пожалел, что бросил курить.
Колонна машин вынырнула из темноты спустя шесть с половиной минут. Объехав тела по тротуару, автомобили встали, перекрыв улицу. Из микроавтобуса выскочили восемь человек в масках. Быстро распределив между собой сектора, они взяли местность под прицелы автоматов. Два человека из эвакуатора занялись покореженной девяткой. Ее сохранность их явно не интересовала. Подтащили цепи, прибили их к останкам машины из пневмопистолета и погрузили в кузов. Побросали туда же отлетевшие детали и уехали. Вся операция заняла не больше минуты.
Тем временем из легкового автомобиля вышли двое. Высокий парень лет восемнадцати и мужчина чуть за сорок. Дорогие костюмы, аккуратные прически и уверенная походка — эти люди хорошо знали себе цену. Старший махнул спутнику в сторону тел:
— Граф, займись. — Отданный спокойным тоном приказ не терпел возражений.
— Сделаю.
Игорь Сергеевич подошел к прибывшему и крепко пожал руку. Синхронно поморщившись от скрежета, мужчины отошли в сторону пропуская эвакуатор.
— Рассказывай Сергеич. — Наблюдая за действиями молодого парня, хозяин клуба начал кратко пересказывать события вечера. Тот, кого назвали Графом, неторопясь прошелся между телами. Постоял, словно прислушиваясь к чему-то и, элегантно поправив брюки, присел на корточки возле Черного. Его рука легла на лоб спортсмена. Спустя минут пять судороги, все чаще сотрясавшие Сергея, начали прекращаться. Дыхание выровнялось. Дождавшись разрешающего кивка, санитары положили Черного на носилки, и погрузили в карету скорой помощи. Машина отъехала еще до того, как Граф склонился над телом Алены. Девушке явно стало лучше после укола. Легко прикоснувшись к ее вискам указательными пальцами, Граф сразу перешел к Александру. Вторая машина, с красным крестом на борту, увезла Алену.
Мне было очень жарко, как будто я попал в парилку и не мог из нее выбраться. Все тело горело, к тому же адски болела голова. Мысли разбегались и никак не получалось сосредоточиться. Я пытался, вспоминал изо всех сил. Казалось, сознание играет со мной в прятки. Секунду назад я помнил, кто я такой и что произошло, но стоило отвлечься, как фрагмент мозаики пропадал. Приходилось вспоминать снова, возвращать воспоминание назад. Я собирал себя по кусочкам. И чем больше кусочков собирал, тем сложнее становилось удержать их вместе. Не дать разбежаться. Через некоторое время я уже не мог двигаться вперед. Хлипкая конструкция из воспоминаний и ощущений рассыпалась как карточный домик. Вспоминать было некогда, я как сумасшедший прогонял перед собой картинки прошлого, боясь потерять хоть мгновение. Потерять частичку себя.
Сильно отвлекала боль в руке. Кажется, я ее снова сломал, когда бил тощего. Тощего? Ну вот опять. Парня в медицинском халате, который убивал Черного. Черный? Из глубин моего сознания вырвалось странное рычание. Память отказывала. Казалось целую вечность я бегаю по кругу, от воспоминания к воспоминанию. Такой ярости я еще никогда не испытывал. Нельзя вспомнить все свое прошлое по секунде, невозможно держать в памяти одновременно миллиарды крошечных ощущений. Я идиот!
Надо действовать по-другому. Спустя целую вечность, я оставил только свою основу. То, что составляло мою суть, и откинул остальное. У меня едва хватило силы воли отбросить все, что с таким трудом насобирал. Я просто чувствовал, что это не игра. Если не смогу удержать все — это минимум амнезия, а ошибка сделает меня пускающим слюни идиотом. Но других вариантов не было. Я представил как моя суть становится стержнем, веретеном. Усилием воли превращая воспоминания в толстую нить я начал наматывать их на себя. Одно за другим. Получилось неожиданно легко. Сложней всего оказалось запустить вращение. Первая нить, вторая, десятая, сотая. Со всех сторон ко мне устремились тысячи воспоминаний. Я собирал себя с невероятной скоростью, тратить силы на удержание больше не приходилось. Пришло ощущение правильности.
Не знаю сколько это продолжалось, но не слишком долго. Когда последнее воспоминание заняло свое место, я почувствовал, как на мой лоб опустилась прохладная ладонь. Ко мне вернулось ощущение моего тела. Открыв глаза, я увидел склонившегося надо мной человека. Все плыло как в тумане. Последнее, что я услышал, перед тем как потерял сознание, было:
— Ты молодец. Все будет хорошо. Спи.
Граф поднялся и дал знак санитарам грузить тело на носилки. Достав платок, он начал оттирать кровь с туфель.
— Закончил? — Скомкав окровавленную тряпку, парень бросил ее на землю. Кажется, обувь придется выкинуть.
— Да Владимир Николаевич. Картина примерно следующая. Нападавший стал магом около недели назад. Способности выше среднего — не меньше троечки. По документа — работает… работал в местной больничке. Инициацию явно запустила смерть пациента. По сути, некромант-недоучка, может тянуть жизнь и работать с голой силой. Но запас накопил очень большой. Магом себя вполне осознавал, даже экспериментировал. В больничке материала хватает. Парню, что называется, снесло крышу. Очередной избранный. Думаю, из-за этого тут все и завертелось. У молодого человека с девушкой шансов не было. Огнестрельное оружие, — Граф пнул скомканный свинцовый комочек, — против него уже неэффективно. Если бы не вмешался оборотень, он бы убил всех и ушел.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
