Глава 2
Её звали Мила, она жила в моём подъезде этажом выше. В детстве мы часто играли вместе во дворе, а в школе учились в одном классе. Потом, в тринадцать лет, у Милы обнаружились псимагические способности, и она ушла из нашей школы, начав учиться в какой-то спецшколе для одарённых девчонок.
Надо сказать, что у девочек псимагические способности пробуждались почему-то позже, чем у мальчиков, у них это происходило в девять-четырнадцать лет. И их обычно не забирали в специнтернаты, а просто переводили в специальную школу, если она была в том городе, в котором они жили. Почему так, для меня до сих пор остаётся загадкой. Может быть, потому, что девочек было в два раза больше мальчиков, а может, были и другие причины.
Мне было уже пятнадцать. В один из осенних дней сентября я вышел из своего подъезда и пошел по тротуару в сторону ближайшей станции метро. Погода стояла тёплой, ясной и солнечной, какая обычно бывает только бабьим летом. Народу на улице было не много, я шел думая о своём, и мало замечая происходящее вокруг. Но вдруг мой взгляд зацепился за женский силуэт. Это оказалась потрясающе красивая девушка с роскошными длинными волосами светло-рыжего оттенка. Они лежали волнами на её плечах и лёгкий ветер чуть покачивал их, создавая феерическое впечатление. Остальное у неё тоже было на уровне. Красивая форма, по самой последней моде, туго обтягивала её грудь, заставляя зрителей нервно сглатывать. А короткая плиссированная юбка нисколько не скрывала её аппетитных ножек в белых чулках. Я остановился и стал любоваться этим чудесным зрелищем.
В этот момент, девушка обернулась, и сказала:
— Привет, Серёга! Давно не виделись!
Я перевёл взгляд на её лицо и понял, что я её знаю. Это была Мила! Девчонка из моего подъезда. Но как она изменилась! Я помнил её нескладной пацанкой с вечно растрёпанными рыжими космами и вспыльчивым драчливым характером. Но теперь она стала совершенно другой!
— Привет! — сказал я в ответ, почти открыто любуясь её фигурой.
Мила нисколько не смутилась, а как мне показалось, даже довольно сверкнула глазами.
— Как дела? Как учёба? — поинтересовалась она.
— Да так, неплохо, учусь потихоньку. А ты как?
— О! У меня всё отлично! — ответила она гордым голосом. — Я столько всего выучила! Ты не представляешь!
— Да? Ну покажи, хоть что-нибудь! — попросил я.
— Без проблем! — победно улыбнулась Мила и в её красивых карих глазах заплясали маленькие огненные звёздочки, что обычно являлось признаком веселья или предвещало какую-то безумную проделку. — Смотри!
Она вытянула руки вперёд, ладонями вверх, и через секунду над ними появились четыре светящихся шарика, закружившиеся в сложном красивом танце.
Точно такое упражнение, я делал ещё пять лет назад, когда мне было десять, и это для меня был давно пройденный этап. Разочарование, похоже, явно отразилось на моём лице. Мила тут же сбилась, огоньки на секунду замерли, но почти сразу вновь возобновили свой танец, и всё же она упустила один из них, замигавший и почти сразу исчезнувший. И мне, и ей, стало ясно, что демонстрация успехов не удалась. Мила прикусила губу, что она делала почти всегда, когда злилась.
— Неплохо! Очень неплохо! — всё же решил поддержать её я. — Только нужно было немного получше концентрироваться.
— Ха! Да что ты вообще в этом понимаешь! Ты же не псимаг! — вспылила она.
— Ну может и так, но книг по псимагии я прочёл столько, сколько ты точно за два года не прочитала!
— Да? И что же там написано на этот счёт?
— Во-первых, во время подобных упражнений, нельзя отвлекаться на посторонние раздражители. Во-вторых, нужно дышать глубоко и ровно, как будто ты медитируешь или отдыхаешь. И наконец, нельзя напрягаться, всё должно идти плавно, как будто само собой. Попробуй! У тебя наверняка получится! Только, давай найдём более тихое место.
Я огляделся и мотнул головой в сторону боковой аллеи с лавочками. Мила зло сверкнула глазами, но говорить ничего не стала, молча отправившись в ту сторону.
Она села на ближайшую лавку и посмотрев на меня, снова попыталась создать танцующие огоньки. И конечно же у неё ничегошеньки не получилось. Огоньки появились и почти сразу пропали.
— Фигня эти, твои советы! — заключила она, намереваясь встать.
— Конечно, — подтвердил я, — ты же ни одного не выполнила!
— Как это?..
— А так! Ты отвлекаешься на меня, дышишь неровно и дергаешься, пытаясь управлять каждым огоньком по отдельности!
Это её немного отрезвило, она снова села и, посмотрев на меня, спросила:
— И что мне делать?
Я зашел за лавку, встав у неё за спиной и сказал:
— Ну вот, теперь ты не будешь на меня отвлекаться. Сядь поудобнее, твоя поза слишком напряжена. Расслабься! Представь, что ты сидишь в удобном кресле, а не на жесткой лавке! Теперь, начинай дышать! Медленнее, ещё медленнее... спокойнее... вот так! Теперь я замолчу, а ты начинай.
Мила выполнила всё что я сказал, и над её руками заплясали не четыре, а пять огоньков. Они кружились по кругу поднимаясь всё выше и выше, а потом ныряли вниз, начиная всё с начала. Вот теперь всё было совершенно правильно.
— Ух ты! Не может быть! — с придыханием проговорила она. — У меня никогда так легко не получалось раньше!
— Это потому что ты делала всё неправильно! — утвердительно заключил я. — Если внутренне напрягаться, то ничего путного не получится!
Я снова обошел лавку и сел рядом с ней. Мила чуть повернула голову, но потом восстановила концентрацию и снова стала смотреть на огоньки.
Я сидел рядом с ней и любовался тем, что она делает. Её аура сияла торжеством и уверенностью, а лёгкий ветерок донёс до меня мягкий запах её духов. Я вдохнул его, и у меня немного закружилась голова и чуть быстрее забилось сердце.
— Ну хватит, — сказала она минут через пять. Мила никогда не отличалась большим терпением. — Может пойдём, съедим по мороженному?
— Давай!
Мы встали и отправились к ближайшей палатке у метро. По дороге мы говорили о всяких пустяках, а потом уселись на лавочку и её, вдруг, прорвало.
— Знаешь, мне так всё надоело! — воскликнула она в сердцах. — Ну почему мой дар пробудился так поздно! Ты знаешь, меня сначала засунули в группу с десяти-двенадцатилетками! Эти дурочки смеялись надо мной, потому что у меня есть грудь! Представляешь! Они дразнили меня дылдой!
— Но теперь, ты ведь уже в другой группе? — спросил я, пытаясь её успокоить.
— Теперь, да! Но ты знаешь, чего мне это стоило? Я занималась как проклятая, с утра до вечера! Да и эта группа... там почти одни дворянки! Они вообще со мной разговаривать не хотят! Всё нос воротят, как будто я чем-то хуже их!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
