Читаем без скачивания Корректор. Книга третья: Равные звездам - Евгений Лотош

Женщина испуганно посмотрела на нее, потом нехотя кивнула.

– Что случилось вчера? – безжалостно продолжала допрашивать ее Яна. – Расскажи все с самого начала! Как у мальчика пробудился эффектор? Отец бил его, когда все произошло?

– Да, госпожа, бил, – всхлипнула женщина. – Умоляю, не сообщай в полицию!

– Как все случилось?

– Бакта… он опять вернулся пьяный. Он ударил меня, а потом… потом потребовал у Сэцу дневник… а там… там замечание, за драку… Госпожа, Сэцу не виноват, к нему пристают школьные хулиганы! Бакта увидел замечание, взял ремень и принялся хлестать Сэцу, а Сэцу так страшно закричал… и потом все в комнате стало ломаться и разбиваться, а Бакта отлетел в коридор, упал и больше не двигался. Сэцу упал на пол, забился в истерике, а потом потерял сознание. И я сразу вызвала "скорую", и потом приехала полиция и забрала Сэцу. Госпожа, мой муж хороший, только он пьет… иногда…

– Понятно, госпожа, – прежним мягким тоном сказала Яна. – Не беспокойся, я не стану сообщать в полицию о том, что он бил мальчика. Но с побоями пора кончать. Я звонила в больницу, и мне сказали, что твоего мужа прооперировали. Он останется жить, хотя у него сложный перелом бедра и трещины в ребрах. Ходить какое-то время он будет с трудом, возможно, с костылем. Хорошо, что он выжил – когда пробуждение особых способностей начинается с убийства, ребенку очень сложно оправиться. Даже если он ненавидел погибших. Скажи, госпожа, ты работаешь?

– Нет, – покачала головой женщина. – Бакта зарабатывает достаточно.

– Ясно. То есть ты домохозяйка, средств к существованию не имеешь, развестись с мужем не можешь. Госпожа Уса, я совсем не знаю твоего мужа. Но я знаю, что человек, который без веской причины лупит жену и ребенка, "хорошим" являться не может. Если ничего не изменится, в следующий раз твой сын убьет отца. Мы учим детей контролировать себя, но не в ситуации, когда их избивают взрослые подонки. Скажи мне честно: твой муж сможет измениться? Перестать пить и драться? Подумай и скажи.

Женщина опустила измученный взгляд к полу и тихо покачала головой.

– Хорошо, что ты понимаешь. Вот, возьми, – Яна протянула женщине белый прямоугольник. – Здесь код и адрес Фонда помощи жертвам домашнего насилия. Ты можешь обратиться к ним за помощью. Там помогут оформить развод, снять жилье, получить хотя бы минимальную квалификацию и устроиться на работу. При необходимости тебе по суду оформят защиту от мужа, так что он не сможет тебе ничего сделать. Их услуги стоят денег, но не слишком больших, потому что затраты частично возмещаются государством. Они оформят ссуду с минимальными процентами, ты сумеешь ее выплатить за полгода-год. Госпожа Уса, я понимаю, что нелегко решиться так радикально изменить свою жизнь. Но подумай о сыне. Сейчас его судьба в твоих руках.

Женщина неуверенно приняла визитку и растерянно посмотрела на ровные строчки текста.

– А сейчас, госпожа, тебе пора. Попрощайся с сыном и иди домой. Твой муж не выйдет из больницы по крайней мере неделю, так что у тебя есть время все спокойно обдумать. Кстати, ты можешь навещать сына, пока он здесь, но не чаше двух раз в неделю. Пойдем. Попрощайся с ним.

Она встала и вошла обратно в комнату. Мальчик вскинул на нее взгляд.

– Можно посмотреть на рисунок? – осведомилась Яна, приближаясь к его диванчику. – Ух ты! А что здесь такое?

– Крокодил, – пояснил Сэцу, тыкая пальцем, в кривые и косые линии. – Вот голова, тут хвост, а вот его зубы.

– Ого, ну и крокодилище! И зубы какие большие! А тут что?

– А это он папу напополам перекусывает, – спокойно пояснил ребенок.

– Понятно. Ну что, Сэцу, твоей маме пора идти домой. А ты пока останешься здесь, чтобы учиться управлять своей силой.

Мальчик насупился.

– Я с мамой хочу, – буркнул он.

– Пока нельзя, Сэцу. Ты не умеешь обращаться со своей силой и можешь случайно сделать больно маме. Ты ведь не хочешь сделать ей больно, правда?

Мальчик шмыгнул носом и ничего не сказал.

– Сэй, – мать подхватила мальчика с дивана и крепко обняла. Он ухватился за нее и затих. – Сэй, милый мой, дорогой, любимый, мне ужасно не хочется тебя оставлять здесь. Но тетя Яна хорошая и добрая, она научит тебя всему, чему надо. Нужно, чтобы ты пока остался здесь, понимаешь? А я стану тебя навещать. Договорились?

Женщина отцепила от себя ребенка – на глазах обоих блестели слезы – и осторожно посадила его на диван.

– До свидания, Сэй, – сказала она тихо. – Я стану приходить. И все изменится. Мы начнем жить совсем-совсем по другому. И папа перестанет тебя бить. Только ты, пожалуйста, хорошо учись всему, чему скажут. Госпожа, – сказала она, поворачиваясь к Яне, – я подумаю над твоими словами. Обязательно подумаю.

– Я надеюсь, госпожа, – кивнула Яна, доставая пелефон. Она чувствовала, как в облаке страха и отчаяния в госпоже Усе медленно кристаллизуется спокойная твердая уверенность. Хорошо. Она наверняка справится с ситуацией. В конце концов, зачастую человеку нужно лишь объяснить, что из привычного кошмарного болота есть тропка, и она сама на нее выберется. – Я очень на то надеюсь. Я вызову провожатого, и еще тебя бесплатно довезут до трамвая.

Когда женщина, в последний раз махнув своему сыну, вышла за охранником, и за ней закрылась дверь, Яна села на пол перед мальчиком, скрестив ноги. Она подобрала с пола забытый блокиратор, повертела его в руках и отбросила в дальний угол.

– Ну, Сэцу, вот мы и остались одни. Но не бойся и не грусти. Мама вернется. Она будет приходить, и часто.

Мальчик не ответил. Его окутывала пелена серой тоски и безнадежности. Ну, хотя бы страх прошел, и за то спасибо.

– Сэцу, – таинственным тоном сказала Яна, – а ты тайны умеешь хранить?

Ребенок недоверчиво посмотрел на нее, и в его эмоциональном фоне мелькнула слабая искорка любопытства.

– У меня есть очень-очень тайный секрет, и я могу тебе его сказать. Только пообещай, что никому не расскажешь.

– Не расскажу, – удивленно сказал мальчик. Искра у него внутри блеснула и ярко разгорелась. – А что за секрет?

– Честно-честно не расскажешь?

– Честно-честно!

– Тогда слушай. Сэцу, у меня тоже есть дар, совсем как у тебя. Смотри…

Она расправила манипуляторы, подхватила с дивана фломастеры и принялась жонглировать ими в воздухе. Мальчик следил за ними с округлившимися глазами и приоткрытым ртом. Его эмоциональный фон запестрел яркими красками удивления и восхищения.

– Ты как это делаешь, тетя Яна? – озадаченно спросил он.

– У меня тоже есть невидимые руки, как у тебя. И вот ими я так и делаю. Нравится?

– А мне можно попробовать? – с интересом спросил мальчик, и в тот же момент в воздухе свистнуло. Сильный скользящий удар в левую часть головы бросил Яну на спину, фломастеры разлетелись по комнате. В глазах у нее потемнело. Несколько секунд она лежала на спине, бездумно глядя в потолок и заставляя себя удержаться на грани бессознательности. Потом медленно села, чувствуя, как наливается горячей тяжестью левая скула. Наверное, там растет здоровый фонарь. Дура! Чуть не доигралась…

Мальчик перепугано смотрел на нее, съежившись в углу дивана. От него снова исходили страх и отчаяние.

– Все… в поряд… ке, Сэцу, – хрипло сказала Яна, осторожно ощупывая скулу. – Мне… почти не больно. Я знаю, ты не хотел меня ударить, так вышло случайно. Но теперь ты понимаешь, почему тебе нужно остаться здесь и тренироваться использовать свою силу?

Ребенок быстро кивнул.

– Вот и замечательно… – Яна встала на ноги и тряхнула головой. Хорошо бы синяк вышел не слишком большим, чтобы его удалось замаскировать. А то красавицей же она окажется, когда ее, наконец, представят воспитателям! – А теперь давай поиграем в новую игру.

Она села рядом с мальчиком на диван и осторожно обняла его за плечи. На сей раз он не отстранился.

– Сэй – можно называть тебя Сэй, да? – видишь, фломастеры разлетелись по всей комнате. Так нехорошо, нельзя разбрасывать игрушки. Порядок всегда нужно соблюдать. Давай-ка вместе попробуем их собрать: один я, другой ты, потом опять я…

Два часа спустя, наказав мальчику не снимать блокиратор без разрешения взрослых, она передала его воспитательнице группы и поднялась на второй этаж в свой кабинет. Устало опустившись за стол – голова от удара все еще болела – она подумала и активировала коммуникатор.

– Господин Мамора, – сказала она, – не явится ли слишком большой наглостью с моей стороны попросить тебя оторваться от дел и зайти?

– Разумеется, – откликнулся тот. – Сейчас появлюсь.

Минуту спустя директор по безопасности вошел в дверь и без приглашения опустился на стул.

– Ты хорошо ладишь с детьми, госпожа Яна, – задумчиво сказал он. – Признаться, не ожидал. Когда я увидел тебя вчера, то подумал, что ты слишком… э-э-э, неопытна, чтобы работать здесь, да еще и директором по воспитательной части. Признаю свою неправоту.