Читаем без скачивания Убить садистов - Безымянный

– Шевели поршнями! – Борисыч толкнул Ольгу в спину. Она не упала только потому, что сам он ее и удержал за наручники, стягивающие ее запястья.

Когда Сергей повел Светлану через открытую дверь, Ольга увидела, что та слабо держится на ногах и идет неуверенно, словно пьяная.

«Чем же им от меня-то нужно?» – подумала она, пытаясь собрать в кучу разбегащиеся после электрошока мысли. Она повела плечами и тут же застонала от боли: Борисыч сзади, намотав ее волосы себе на руку, с силой дернул их.

– Ручками не дергай, сука, – ласково произнес он ей на ухо, и Ольга почувствовала по голосу, что он улыбается.

Перешагнув высокий порог, все они, повернув налево, прошли нешироким коридором и, еще раз повернув, оказались в большой комнате.

Обстановка комнаты была странной, и Ольга, обежав ее несколько раз глазами, вспомнила рассказы Светланы про Феллини и его съемочную площадку. Примерно на сорока квадратных метрах были созданы несколько разных интерьеров. Прямо напротив входа, под окном, закрытым жалюзи, – двуспальная кровать под пестрым покрывалом, перед ней – журнальный столик со стеклянной столешницей. Налево, в углу – стойка бара: сзади – полки с бутылками, впереди – высокие табуреты. Налево, ближе к двери – большой диван, перед ним – еще один стол и опять – крышка стеклянная. Направо – стена, до половины высоты выложенная белой плиткой, полы – тоже в плитке, только бежевой. На плиточном полу, ровно посередине – слив, по сторонам от него – металлическое кресло с брезентовым сиденьем и металлическая кушетка, вроде тех, на которые так неуютно смотреть в больницах. Рядом с ними – невысокий столик – крышка накрыта белой салфеткой, ножки у него тоже из металла. Между ними на стене – эмалированная раковина со смесителем.

По стенам и на потолке комнаты в нескольких местах, на специальных штативах, под разными углами висели видео-камеры. Их было не меньше десяти, а то и побольше, Ольга не считала. Везде по комнате стояли мощные осветительные приборы. Сразу налево от входной двери, на стеллажах в три ряда – мониторы. Впечатление от всего увиденного было немного жутковатым.

Введя своих пленниц, мужчины занялись каждый своим делом. Сергей стал нацеливать прожекторы на угол с медицинским интерьером, а Борисыч, вынув из кармана радиотелефон, набрал номер. Почти сразу ему ответили. Посматривая, как готовит оборудование его напарник, Борисыч негромко начал разговор:

– Привет, Юрок! Где шляешься? Это Григорий… Все о-кейно, даже лучше… Помнишь, я говорил про парочку, что в прошлый раз помешала Светку привезти?… Ну да!… Эта телка тоже здесь, сама выскочила, когда я Светку отключил, ну и ее захватили – не пропадать же добру!… А они вместе были! Да… Да… А может, и ее для комплекта? Почему? Ну, как знаешь… Ну все, все… Изменений нет? Усе ясно, шеф! – спародировал он под конец Лелика из «Бриллиантовой руки», отключил радиотелефон и, отойдя, положил трубку на ближний журнальный столик.

– Короче, Серый! – Борисыч почесал за ухом, – Юрок говорит, работать пока только со Светкой, как решили. Эту оставим до завтра – он сам приедет и сочинит что-нибудь. Еще он опять понудел про тени – не лоханись, как в прошлый раз. А то снова разноется. ..Твою мать! – неожиданно озверел Борисыч. – Нашел кинооператоров! Самому в лом сюда переться, а я должен вые....ться! Все подготовил, что ли? – закончил он уже спокойнее.

– Вроде, – ответил Сергей и достал сигарету.

– Там кури! – ткнул пальцем на дверь Борисыч.

Сергей вышел из комнаты, но далеко не ушел: запах от его сигатеты ощущался совсем рядом.

Ольга со Светланой так и продолжали стоять у двери, где их оставили, внимания на них не обращали, будто они были деталью обстановки. Светлана сперва негромко, а потом все слышнее начала подвывать. Похоже, была на грани истерики. Ольга чувствовала себя не лучше, но почти с первых же секунд предполагая угрожающее развитие ситуации, она, не переставая, думала об освобождении. Но шок полностью еще не прошел, и единственное, что она могла четко решить – живой она не достанется этим козлам. О подробностях не думала. Время придет – само все получится.

Борисыч начал бродить по комнате, заглядывая во все углы, осматривая кровать и диван. Наконец, он не выдержал:

– Серега! Где пульт, твою мать?

– У меня, Борисыч! – Сергей зашел, зажав в кулаке одной руки сигарету, другой протягивая напарнику пульт дистанционного управления.

– А я ищу, – Борисыч взял у него пульт и начал нажимать кнопки.

Сергей снова вышел.

Зажглись экраны мониторов, на них появились изображения разных частей комнаты.

– Кто вы такие и какого черта… – начала Ольга, но закончить но сумела.

Борисыч подскочил к ней и с размаху ударил ее ногой в живот. Ольга успела чуть отстраниться и податься назад. Всей силы удара ей не досталось, но, все равно не удержавшись на ногах, она упала на бок. Сразу же резкой болью отозвался локоть, принявший на себя всю тяжесть падения. Не успокаиваясь, Борисыч пнул ее два раза в грудь.

– Рот раззявишь, когда я разрешу! Поняла, сучка?! – яростно заорал он.

Вошел Сергей и взял его за плечо:

– Успокойся, фотокарточку попортишь. Она свое еще получит.

– Убери грабки! – Борисыч сбросил его руку, пнул лежащую Ольгу еще раз, но все-таки отошел, злобно ворча и сплевывая.

Светлана завыла громче, слезы текли у нее по лицу буквально ручьями, она вся тряслась и от страха начала громко икать.

– Светка, да ты что? – с веселым недоумением спросил у нее Сергей.

Он приобнял ее и чмокнул в щеку. Светлана завыла в полный голос. Сергей прикрыл ей ладонью рот и издевательски погрозил пальцем.

– Успокойся, дуреха, или я тебя поругаю! – проговорил он с присюсюкивающими интонациями, словно разговаривал с маленьким ребенком.

Светлана закивала головой и действительно задышала громче, а завыла – тише.

Сергей пошарил у себя в заднем кармане брюк и вытащил связку ключей. Продолжая говорить ласково и даже присюсюкивая, он зашел к Светлане сзади:

– Какой же из этих ключиков наш?… Не тот.. значит, вот он… ага! Ну вот и все, а ты боялась, даже хныкать начала!

Он снял с нее наручники, Светлана стала тереть запястья, а Сергей, снова заглянув ей в лицо, осуждающе поцокал языком:

– Мордашка-то совсем опухла! Ну прямо никакого товарного вида. А ну, шубу – вон туда, а сама – марш умываться! На мухомор похожа, честное слово: сама белая и в красных пятнах.

Светлана быстро сняла шубу, положила ее на диван, туда же бросила шапку и шарф. Пошла к умывальнику, массируя виски. Посмотрелась в маленькое зеркало, висевшее на стене: «мать, моя, женщина!» Начала тщательно умываться. Бросив несколько осторожных взглядов на Борисыча, она тихо спросила у Сергея:

– Сереж! А зачем руки-то вязали и злектрошок этот?

– Ну ты, подруга, даешь! А кто от нас с Борисычем улепетывал так, что пятки сверкали? Я, что ли, или, может быть, ты? А?

Светлана покраснела и призналась:

– Я боялась, что вы меня заставите с Рогдаем трахаться.

– Слыхал, Борисыч?! – Сергей весело рассмеялся: – Обещаю тебе, дурочка: под Рогдая не ляжешь. Веришь? Ну?

– Верю, – так же тихо ответила Светлана, по ее голосу не ясно было, на самом деле она верит, или деваться ей некуда, потому и соглашается.

Ольга, как ей показалось, полностью пришла в себя после ударов Борисыча и постаралась незаметно подтянув правую ногу, согнуть ее в колене, что нужно было для резкого прыжка. Стоявший все это время у стойки бара Борисыч, погруженный в какие-то свои, хмурые размышления, внезапно подскочил к ней и снова ударил ногой в живот. Дыхание сперло. Выгибаясь всем телом, Ольга пыталась вдохнуть – не получалсь, она почувствовала, как лицо налилось кровью. Опять вернулся тот испуг, который не проходил в машине, пока ехали сюда.

– Оживела, коза! – с ненавистью прошипел Борисыч, – Кончай трепаться! – скомандовал он Сергею:

– Эту, – он показал на Ольгу, – к батарее, а эту – в работу!

– Ща, Борисыч, ща!

Сергей взял наручники, которые он снял со Светланы и, подойдя к Ольге, схватил ее за плечо и хотел подтащить к стене, но получилось, что он только вытянул ее из шубы. Ольга, потеряв немного соображение от последней обработки, лежала, как мешок. Покряхтев, дотащил ее Сергей, куда собирался. Шуба распахнулась полностью, юбка позорно задралась чуть ли не до пупа, колготки порвались – ужас, но Ольга даже внимания не обратила на такие мелочи. Что интересно: никто не взглянул на ее открывшиеся ноги, хотя для мужчин было же на что посмотреть.

«Голубые! – сообразила Ольга, – извращенцы».

Сергей зацепил наручники одной стороной за батарею отопления снизу, другой – за цепочку тех наручников, что уже были на Ольге.

– Как там по плану? Снимать, как она раздевается? – спросил Борисыч у Сергея.

– Нет, это же продолжение – после той групповухи, помнишь, Светка встает и подходит к окну, тут ее хватают и кладут на кушетку? На самой грани остановились.