как он, не помешает помощь лучших. Бери его под свою опеку.
Профессора, работающие с обычными студентами заверещали и пожаловались в Высший Совет Академии.
- Мало того, что лишили наших нюаров самых лучших и полезных для своего общества существ, так ещё и среди обычных самых перспективных для своих студентов вылавливают! - кричали возмущённые преподаватели.
Райуна пожурили, но мальчик остался под опекой его нюара. Руководитель Асвани заверил, что это будет одна из лучших работ Академии. Не хуже работ с Искрами.
И мальчик не подвёл. Через восемьдесят пять земных лет нюар предоставил отчёт о блестяще проделанной работе:
«Моего подопечного звали Рубен. Он имел необычное, гибкое сознание, одинаково хорошо воспринимающее и обычное, и необычное для него. Необычное очень быстро становилось обычным. Он не был Искрой. Его предназначение было такое же, как и у остальных Обычных существ: делать всё зависящее от них для прогресса их вида, не мешать этому прогрессу и тем, кто его несёт. И всё было бы именно так, если бы отец Рубена – спасибо его «сомнительным делишкам» и связанными с ними постоянными переездами, - не добавил к гибкому, губчатому сознанию мальчика частые смены обстановки. Благодаря этому Обычный стал обладать не меньшим потенциалом, чем Искра».
Далее шло перечисление различных культур и ситуаций, в которых довелось пожить и повзаимодействовать мальчику, и то, как это повлияло на его развитие до того, как его заметил нюар из Асвани.
«Я стимулировал его на дальнейший анализ различных обществ и правил их жизни, чтение глубокой литературы, философов. Отец с матерью как могли поддерживали мальчика. Когда денег хватало, они пристраивали сына в хорошие школы, в скудные времена довольствовались посредственными.
Мать всегда попрекала отца постоянными переездами, возмущалась, что из-за них мальчик не может нормально учиться и осваивать необходимую школьную программу. Если бы она знала, что именно благодаря этим переездам её сын станет великим…
Учился Рубен хорошо. Из предметов его особенно интересовали те, которые были связаны с литературой и историей. Последняя очень развлекала его. В каждой стране одни и те же исторические события описывались с разных углов зрения. Это было ему понятно. Но то, что эти разные углы порой настолько искажали осматриваемый объект… Иногда он даже не узнавал то событие, которое уже проходил по истории в другой школе. Ответ по этому предмету, за который в одной стране ему ставили высшую оценку, в другой мог вызвать возмущение учителя, директора школы и даже вызов родителей. В общем, благодаря этим противоречивым урокам истории, у Рубена в голове складывалась огромная объёмная картина мира. Которую впоследствии он будет «обстругивать» и совершенствовать до конца своей жизни.
Уроки литературы позволяли моему подопечному глубже погрузиться в культуру народа, среди которого он жил. Попытаться понять их предпочтения и то, как они дошли до них. Он жадно впитывал авторов, считающихся великими в проживаемой им среде. Что-то общее было у великих авторов всех народов – красивый слог, интересный сюжет, сильные сложные личности, с их запутанными, трудными или просто необычными судьбами. Некоторые авторы становились «великими» из-за широкой огласки, рекламы, включения их произведений в обязательную школьную программу. Или из-за резонанса, из-за того, что они шли против течения, попадали в список запретных.
К двадцати годам переезды закончились. Отец Рубена сорвал большой куш. Это позволило их семье оставить кочевую жизнь в прошлом и осесть в одной из самых процветающих стран Земли.
К этому времени моим протеже были исписаны сотни тетрадок. Он устроил целый склад записей у себя под кроватью и завёл специальный большой чемодан для перевозки этого добра.
Высшее образование он получать не хотел. Чувствовал свой колоссальный потенциал и то, что плоды его уникального развития не заставят себя долго ждать. Ощущал себя огромной, нужной частью человеческого механизма и свято верил, что такая часть не может остаться не у дел – механизм засосёт его, пристроит туда, куда надо. Надо было только заявить о себе, показать себя миру.
Деньги отца позволяли ему бездельничать. То есть, «бездельничать», по понятиям друзей семьи и соседей. На самом деле Рубен работал. Писал большую трёх томную книгу в жанре фэнтези. Он понимал, что его «голую» философию никто сразу читать не будет. Люди больше любят развлечения, а не то, что заставляет «дымиться» мозги. Поэтому свои философские мысли он аккуратно вкраплял в этот огромный фэнтезийный трёхтомник.
Эффект разорвавшейся бомбы произвёл выход его книги, когда она, наконец, была закончена. Деньги отца, конечно, помогли и здесь. Рубен купил лучшие места в нескольких книжных магазинах своего мегаполиса, провёл масштабную рекламную кампанию в интернете. Сотни известных блогеров рекомендовали и расхваливали его книгу.
Через год после релиза её начали переводить на другие языки. Кинокомпании звонили, предлагали снять фильм по ней. Выбрав среди звонивших самую раскрученную и успешную, автор дал новую жизнь своему творению - после выхода фильма о нём узнал практически весь мир.
А Рубен перешёл к публикации «голой» философии. Не нужно уже было маскировать, придумывать сюжет, создавать персонажей и вставлять свои мысли в их уста. Вкраплять свою философию в повествование. Мировая популярность моего подопечного обеспечила бы спрос даже на книгу по садоводству, выпущенную им, сделала бы её бестселлером, хоть после этого и была бы разнесена в пух и прах критиками. В случае с философией разноса, конечно, не последовало. Она не была «снегом на голову» - Рубен подготовил мир к ней своими глубокими и необычными мыслями в первой книге. Мыслей по садоводству там не было ни одной.
Философские труды Рубена читались с большим интересом, увлекали людей. Следующих выпусков ждали с нетерпением.
Мой подопечный стал величайшим писателем-философом своего времени уже при жизни. После смерти его труды станут обязательным предметом коллекции лучших библиотек мира. Влияние на прогресс общества, на разветвление правильных мыслей представителей своей расы поистине колоссальный. Люди становились добрее, восприимчивее, читая его работы. Быстрее – иногда не погружаясь и на десятую часть предназначенного им для этого времени, - проносились через определённые этапы своего личностного роста без ущерба качеству развития…
Рубена почитали в различных кругах общества. Крупные бизнесмены и влиятельные государственные деятели приглашали его в гости, предлагали свою дружбу. Он обрастал связями.
В тридцать пять лет знакомства, соединённые с огромным внутренним капиталом, позволили Рубену занять
