Аннабель кружилась по кухне. На ее голове была пластиковая диадема, девочка была в фиолетовом платье с широкой, как колокол, юбкой. Даниэль приложил все усилия, чтобы уговорить дочь снять украшение, но Аннабель настаивала на своем, а он не хотел ее огорчать.
— Ты готова, малышка?
Она остановилась и повернулась к нему:
— Угу.
Аннабель с нетерпением ждала возвращения папы с производственного совещания.
— Ладно, пойдем. — Он протянул ей руку.
Она пошла к нему, потом на мгновение замерла и схватила с кухонного стола ярко-розовый мешок.
— Что это такое? — спросил Даниэль.
— Не скажу, папа. Это сюрприз. — Она озорно улыбнулась и стала похожа на эльфа.
— Сюрприз, да? — Он наклонился и сделал вид, что пытается заглянуть внутрь мешка. — Для меня?
— Не смотри, папа! Это не для тебя.
— Для бабушки?
— Нет, для принцессы. — Аннабель просияла и прижала мешок к груди. — Мы с ней вместе будем принцессами.
Даниэль сдержал стон. Он сожалел о том, что дочь узнала правду о Кэрри. Еще в библиотеке девочка уговорила ее пойти с ними на пикник в парк.
Сначала Даниэль был против совместной прогулки, но потом понял, что у него появится возможность лучше узнать Кэрри. Идеальный способ все выведать — разговорить Кэрри в непринужденной обстановке.
Кроме того, она заинтересовала его как женщина. После автомобильной аварии, в которой погибла Сара, Даниэль предпочитал одиночество. До настоящего времени он и не думал о знакомствах с женщинами, не говоря уже о новом браке.
Грета вошла в комнату и сунула сыну в руки красную сумку-холодильник:
— Здесь сэндвичи, несколько бутылок воды и печенье, которое испекла Аннабель.
— Я мог бы сам все собрать, мама.
Она рассмеялась:
— Ты забыл бы салфетки. И бутылки с водой. Не говоря уже о том, что ты не сумел бы приготовить вкусные сэндвичи.
Он усмехнулся:
— Возможно. Я не очень умело создаю домашний уют.
— Ты пытаешься, а этого достаточно.
Даниэль отрывисто выдохнул и подумал о вчерашнем вечере, когда укладывал Аннабель в постель. Дочь сопротивлялась, капризничала и жаловалась не пойми на что, а потом расплакалась. В конце концов успокоить ее удалось только Грете. Бывали дни, когда Даниэль чувствовал, что не имеет понятия, как общаться с собственным ребенком.
— Кроме того, мне, возможно, нравится заботиться о моем сыне и внучке. — Грета одарила его ласковой улыбкой.
Даниэль мягко поцеловал мать в щеку. Грета так много сделала для него в прошлом году, и теперь он не знал, сумеет ли когда-нибудь ее отблагодарить.
— Спасибо.
— Папа, пошли! — Аннабель дернула его за рукав рубашки. — Мы опоздаем к принцессе.
Грета улыбнулась:
— Вам лучше поторопиться. Вы же не хотите заставлять ее высочество ждать.
— Даже если она псевдопринцесса… — пробормотал он.
— Папа, что такое севдо? — спросила Аннабель.
Даниэль нахмурился. Ничто не ускользало от ушей его дочери, за исключением требований убрать свои игрушки на место или отправляться спать.
— Я хотел сказать, что хочу расспросить ее о том, каково быть принцессой.
— Я тоже, — ответила Аннабель. — Я хочу знать все.
Выйдя из дома, Даниэль подумал о том, что он и его дочь ждут от Кэрри разных ответов.
Кэрри сменила уже три наряда. Она сердито посмотрела на себя в зеркало и повторила, что идет не на свидание. Она отправляется на пикник с Даниэлем Рейнольдсом только потому, что его дочь была очаровательна. Ни при каких обстоятельствах Кэрри не могла отказать Аннабель, которая умоляюще смотрела на нее широко раскрытыми голубыми глазами. В отличие от своего отца малышка Рейнольдс была восхитительна и очаровательна и могла растопить даже самое холодное сердце.
Согласился ли Даниэль на пикник для того, чтобы выведать у Кэрри какую-то информацию? Или он заинтересовался мисс Сантаро как обыкновенной женщиной? Она сможет это выяснить только в том случае, если пойдет.
Тем не менее Кэрри колебалась. Она знала, что лучше не доверять Даниэлю. Она боялась его намерений.
Кэрри взглянула на часы. Ей лучше поторопиться, иначе она опоздает. Она надела светло-желтое платье с белыми цветами, которое купила в магазине в центре Уинтер-Хейвена. К платью она подобрала белые туфли на низком каблуке и короткий белый свитер. Слегка волнистые волосы Кэрри оставила распущенными.
Потом взяла небольшую сумку-холодильник и положила туда сыр, крекеры и свежий виноград, завернув еду в большие салфетки. В последнюю секунду Кэрри прихватила бутылку своего любимого вина из Учелли. Если Даниэль попытается взять у нее интервью, она переведет разговор на более интересную для нее тему — на обсуждение вина. Она не намерена позволять ему делать сенсационный репортаж на ее имени. Кэрри идет на пикник только ради Аннабель.
Городской парк Уинтер-Хейвена был небольшим. С западной стороны он граничил с прудом. Там стояло около полутора десятков столов для пикника. Вокруг пруда бродили гуси и подбирали крошки хлеба.
Даниэль и Аннабель стояли у воды. Кэрри сдержала смех, увидев пышное фиолетовое платье малышки и сверкающую стразами диадему в ее золотистых кудрях. Все девочки хотят быть принцессами. Но настоящие принцессы хотят быть обычными людьми.
Аннабель повернулась и заметила Кэрри. Она бросилась к ней навстречу вверх по склону, размахивая руками; волосы разметались на ветру.
— Привет! — Девочка склонила голову и застенчиво улыбнулась.
Кэрри рассмеялась:
— И тебе привет, Аннабель. Мне нравится твоя диадема.
Малышка просияла и провела пальцами по пластиковому украшению:
— Спасибо.
— И твои туфли очень красивые.
— Спасибо. У них каблуки. — Аннабель вытянула ногу, чтобы Кэрри увидела крошечный каблучок. Потом девочка поморщилась и уставилась на нее. — Где ваш замок? Ваш папа король? Вас целовал принц?
Даниэль остановился возле дочери и взъерошил ей волосы:
— Боже мой, откуда столько вопросов, Белл?
Аннабель прищурилась и раздраженно посмотрела на отца:
— Но, папа, я должна знать. Я никогда не стану принцессой, если не узнаю, как это делается.
Кэрри прижала палец к мягкому носу Аннабель:
— Ты, милая, и так принцесса.
Улыбка девочки была ярче солнца:
— Да?!
— Угу. Быть принцессой не значит происходить из знатного рода или целоваться с принцем. Прежде всего ты должна стать хорошим человеком, заботиться о других людях и отстаивать то, что для тебя важно.
Аннабель наморщила нос, размышляя:
— Я забочусь о Уитни. Я с ней дружу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
