Карабас Барабас поднял свой факел над головой и помахал им. По пещере побежали фантастические тени, заиграли цвета — от бордового до нежно-сиреневого. Буратино это напомнило феерическое театральное представление.
— Вот это да! — он протянул руку. — Дайте и мне, я тоже хочу так!
— Я тебе что, играюсь тут? — рыкнул на него Карабас. — Я смотрю, куда идти дальше.
Сказочник вручил один факел лисе Алисе, и кот сразу придвинулся к своей подружке.
Осторожно ступая, кладоискатели принялись осматривать огромную каменную залу. Вскоре они обнаружили несколько проходов, ведущих куда-то вниз в разных направлениях.
— Перед нами подземный лабиринт, — объявил дядюшка Роу, — это обычное дело в пещерах. Нам следует разбиться хотя бы на три группы — так мы быстрее отыщем клад. Но хочу предупредить: здесь очень просто заблудиться и остаться навсегда…
— Как это навсегда? — струхнул кот Базилио. — Я не хочу здесь оставаться!..
Не взглянув на него, сказочник продолжал:
— У меня есть три мотка бечевки, поэтому я и говорю о трех группах. Бечевка не позволит потерять дорогу назад. Как видите, она тонкая, будьте осторожны, и, разумеется, не бесконечная. Если веревка кончится, возвращайтесь назад, ищите другую дорогу.
Голос дядюшки Роу под пещерными сводами звучал гулко и сурово:
— А если по какой-то причине вы станете продвигаться без веревки, используйте правило левой руки: всякий раз выбирайте крайний левый проход. А возвращаясь — крайний правый. Так вы не рискуете заблудиться.
— Алиса, — зашептал кот, — ты что-нибудь поняла?
Та шикнула на него:
— Не мешай! Тут дают очень дельные советы. Естественно, не для дураков.
В другое время Базилио наверняка обиделся бы, но сейчас ему было не до этого.
— А что делать тому, кто найдет сокровища? — пискляво спросил Дуремар.
— Нашедшие сокровища вернутся сюда и здесь будут ждать остальных, — ответил дядюшка Роу. — А чтобы не потерять дорогу к кладу, каждый возьмет с собой еще кусочек мела, об этом я позаботился. Мелом легко обозначить нужный путь. Все ясно?
Наступила тишина: каждый в молчании обдумывал услышанное. И только капли воды, срываясь откуда-то сверху, звонко пели, ударяясь о камни подземелья:
— Дзинь-дзинь-дзинь, — словно звоночек, который торопил и напоминал: пора, пора спешить…
— Как будем делиться? — заговорил Карабас Барабас.
— Я пойду с дядюшкой Роу! — отчеканил Буратино. — Пьеро с нами.
— А я с вами, синьор Карабас, — поспешил сделать заявку Дуремар.
Сказочник повернулся к лисе с котом:
— Ну что ж, все правильно. Третью группу образуете вы, милейшие. С факелами обращаться умеете?
Алиса фыркнула.
— В своей бродячей жизни мы легко учимся всему. Справимся и с факелом, верно, Базилио? — повернулась она к коту. Тот молча поежился.
Тем временем дядюшка Роу уже раздавал кому одежду, кому факелы и веревку… Затем он тщательно проверил готовность каждой группы и закрепил концы всех трех бечевок, прибегнув к помощи толстого сталагмита.
— Все! — сказал он на прощание. — Каждому — счастливого пути!
Карабас Барабас, подхватив свою бороду, первым устремился в темный проход. За ним потрусил Дуремар. Алиса тронула лапой оцепеневшего кота:
— Базилио, очнись, нам пора!
— Я хочу нести факел! — заявил Буратино.
— Что ж, неси, — согласился дядюшка Роу. — Только не забывай, что деревянному человечку нужно быть вдвойне осторожным с огнем.
…Через минуту огромный пещерный зал вновь погрузился в кромешную мглу и тишину. Только срывающиеся капли воды продолжали свою бесконечную песню. Но вот в этой тишине снова послышался гул, чем-то напоминающий отдаленный обвал в горах, — это закрывался вход в сокровищницу. Впрочем, кладоискатели его уже не слышали…
Карабас Барабас уходит в зеленый туман
Карабас Барабас держал факел высоко над головой и тяжелой поступью продвигался вперед. Проход то суживался, то раздавался вширь и в высоту, вилял направо и налево, явно чувствовались то подъем, то спуск. При этом постоянно попадались разветвления, и тогда Карабас принимал решения, приводившие в беспокойство семенившего за ним Дуремара: он выбирал то левый проход, то правый. Бечевка на их катушке все разматывалась и разматывалась, а сокровищ не было и в помине.
— Послушайте, синьор Карабас, — решился заговорить Дуремар, — а если мы найдем клад, что будем делать?
— Что-что… Возьмем, сколько нужно, и вернемся назад.
— Ну а путь-то мелом помечать станем? — допытывался продавец пиявок.
— А как же, — удивился вопросу Карабас. Он остановился и пристально взглянул в бегающие глазки Дуремара. — Это почему ты так спросил?
— Но ведь можно пометить так… хе-хе, что будет понятно только вам да мне… — и Дуремар затрясся от беззвучного смеха.
Карабас Барабас поднес факел прямо к сморщенному лицу продавца пиявок.
— Хитер… — медленно проговорил он, рассматривая это лицо так, словно видел его впервые. — Хочешь все заграбастать сам? Сколько же тебе нужно денег, болотная гнилушка, а?
— Что вы, синьор!.. — извивался Дуремар под страшным взглядом Карабаса. — Я думал только о вас!.. О вашем благополучии… Ну зачем, скажите на милость, богатство этим безродным бродягам коту и лисе? У кукольных мальчишек денег и без того куры не клюют… А сказочник… пускай лучше сочиняет свои сказки!..
По заросшему лицу Карабаса Барабаса прошла судорога, и он оттолкнул Дуремара от себя.
— Эх ты, мелкая слякотная душонка! И зачем только я опять связался с тобой!.. За жалкий сольдо ты продашь меня еще охотнее, чем остальных. Ну и поделом мне, старому дураку…
Продавец пиявок понял, что допустил оплошность, и не знал, как ему вернуть расположение Карабаса. «Я мелкая душонка, а ты, значит, благородный герой», — думал он, злобно взглядывая на своего патрона.
Однако Дуремар быстро сообразил, что свои истинные чувства ему лучше держать при себе. Он ссутулился и опять одел привычную маску угодливости и подобострастия.
— Ох, синьор, зачем мне вообще деньги!.. — осторожно проговорил он, крадучись за Карабасом Барабасом по узкому коридору. — Мне и нужно-то в этой жизни совсем немного: крыша над головой в дождливый день да кусок свинины со стаканчиком вина на ужин… А вся моя радость — в услужении вам…
Вдруг он осекся: в боковом проходе что-то мерцало. Карабас из-за света факела не заметил слабого сияния и прошел мимо.
— Синьор, синьор! — в волнении закричал Дуремар. — Там что-то светится!
Карабас поспешно вернулся, отвел в сторону факел. Теперь и он увидел, как из прохода, на который указывал Дуремар, лился странный, похожий на лунный свет.
— Гм-м, — промычал доктор кукольных наук, — там что-то есть…
— Сокровища, это сокровища! — затрепетал продавец пиявок. — Скорее туда!
И он первым кинулся в проход. Карабас последовал за ним. Скоро они оказались в пещере, которая освещалась бледным и рассеянным, чуть зеленоватым светом. Он исходил от туманной дымки, скрывающей дальнюю стену.
— Зеленый туман, — остановился Карабас Барабас, — светящийся зеленый туман.
Он потушил не нужный здесь факел, положил его и прочие вещи на каменный пол и стал приближаться к мерцающему облаку. Бечевку он автоматически продолжал тянуть за собой.
Подойдя вплотную, Карабас зачем-то принюхался, а затем сунул в туман руку и тут же резко отдернул ее. Внимательно следивший за ним Дуремар вздрогнул. Но Карабас Барабас, видимо, не пострадал: он помедлил, словно прислушивался к чему-то, а затем сделал большой шаг вперед… и пропал из глаз. Из фосфорического облака тумана торчала только натянутая бечевка, которую Карабас так и не выпустил из рук.
— Синьор! — крикнул Дуремар. — Где вы, синьор?
Ответом ему была мертвая тишина, и эта тишина давила на Дуремара сильнее, чем вся каменная толща над его головой. Ему сделалось трудно дышать.
— Эй! — еще громче закричал продавец пиявок. — Карабас, отзовитесь!
Дуремар подбежал к стене тумана и прислушался, но не уловил ни звука. Он схватил бечевку и потянул на себя. Бечевка не подавалась: она словно приросла к чему-то в этой колдовской зеленой дымке. В отчаянье Дуремар схватил попавшийся под руку камень и запустил им в облако. Камень легко ушел в туман, но звука падения не произвел.
Дуремар покрылся липким потом. С трудом соображая, что делает, он, как и Карабас, сунул руку в призрачное облако.
— Иди сюда-а-а… — не то послышалось, не то померещилось Дуремару. Он судорожно отдернул руку и не помня себя рванулся назад. Случайно он споткнулся о вещи Карабаса и растянулся на каменном полу. Сознание покинуло его.
Когда Дуремар пришел в себя, в пещере было по-прежнему тихо. Зловещий зеленый туман неотрывно следил за Дуремаром. Неестественно натянутая бечева напоминала о разыгравшейся здесь трагедии.
