сорочке на лямочках. Я зябко поёжилась и обхватила плечи руками, выдавая ему, что уже
вполне способна шевелиться.
- Двигайся, - тут же скомандовал он, быстро раздеваясь.
Одежду складывал аккуратно, на стул. Поймав меня на разглядывании, только
ухмыльнулся.
- Да двигайся же, - и меня оттеснило с края кровати его тренированное тело.
- Ты действительно собираешься спать? – не поверила я.
Мужчина тяжело выдохнул, по-хозяйски облапил меня тяжелой рукой, прижимая к себе.
- Я всю ночь прочесывал доки, выискивая, куда ты пропала. Сорил деньгами и угрозами,
гонял матросов. А неделька выдалась напряженная, - признался он, утыкаясь в мои
волосы, полежали в тишине, прежде чем он негромко добавил. – Арван.
- Что? – сквозь дремоту не поняла я.
- Если вдруг ты решишь во время секса выкрикивать моё имя, - устало пояснил он, - то
можешь называть меня Арван.
Он снова уткнулся в мои волосы и, кажется, действительно уснул. А я чуть не впервые не
нашла, что и сказать. Завтра разберусь. Проблемы надо решать по мере поступления. С
фрегата в открытом море я никуда не денусь, зато плыву в нужном направлении. И, если
честно, против этого мужчины в своей постели я ничего не имела. С этой мыслью я и
отключилась, выдохнув напоследок
- Лирана.
Хотя, сомневаюсь, что меня кто-то слышал.
Сон мой был предельно эротическим, хотя точно вспомнить его я бы затруднилась.
Между ног всё горело и трепетало от ритмичных прикосновений. Грудь налилась жаром,
дыхания не хватало.
Наверно в этот момент я и поняла, что никакой это не сон. Дыхания мне не хватало,
поскольку лицом я уткнулась в постель. Под моим животом лежала пара подушек, изгибая
тело под весьма интересным углом, а в моей попке медленно, но неотвратимо двигался
член.
- Арван, - выкрикнула я, дергаясь вперед.
- Да, детка, - послышался надо мной хрипловатый баритон. – Можешь кричать еще
громче.
- Нет, Арван, убери его, – дёрнулась снова, ожидаемо сжалась.
Этот негодяй замер, видимо, чтоб не повредить мне. Давая расслабиться. Вырваться мне
не давали подушки и стальная хватка его пальцев на бёдрах.
- Давай прорепетируем еще, без лишних слов, только имя, - он легко толкнулся в меня
пару раз, и неприятным это не было.
Вот демоны, что он сделал, пока я спала? Меня раздирали противоречивые ощущения от
его наглого вторжения, первого испуга и неожиданного острого удовольствия, которое
начали приносить его движения. И не стонать не получалось.
Я лежала, принимая на себя тяжесть тела Арвана, а в себя твёрдость его члена. Последней
каплей, снёсшей к демонам скованность, стала его рука, скользнувшая мне под бедро. Его
длинные пальцы накрыли разгоряченное лоно, сжали, задвигались между складочками.
Тогда я ощутила, насколько мокрой была от всего происходящего. Голова кружилась от
прошивающих меня разрядов удовольствия.
- Арван, - простонала не сдерживаясь, и когда его движения изменились, уже громче, -
Арван!
Моя попка внезапно опустела, а на спину брызнула горячая жидкость. Кажется, именно
это, а еще ласкавшая меня рука, стали толчком, спустившим тугую пружину моего
наслаждения.
Он аккуратно водил по моей спине влажной тканью, убирая следы своей страсти.
Завозившись, сползла с пьедестала из подушек, одёрнула обнаруженную подмышками
сорочку и отвернулась к стенке. Тяжелое тело почти сразу опустилось позади, на бедро
легла чуть шершавая рука. Я не отреагировала. По-прежнему пыталась понять, как же так
спокойно допустила его до себя. Смущало то, что он просто воспользовался мной спящей,
да еще и так, но больше смущало, как сильно мне это понравилось.
- Лирана, - надо же, слышал вчера.
Промолчала.
- Можешь даже не изображать обиду, ты наслаждалась этим не меньше меня, - вот индюк
самодовольный, я резко развернулась к нему. Замерла нос к носу.
- Не смей больше так делать!
- Разбудила меня стонами, была вся влажная, податливая и расслабленная, - в его словах не
было ни извинения, ни раскаяния, - Я же не железный, а о твоей попке мечтал еще с
вечера.
На вышеозначенную часть опустилась его тяжелая ладонь, сжала.
- Если тебе опять приспичит засунуть куда-нибудь свой член, - взяла его руку за большой
палец, оторвала от собственной ягодицы, и уложила на его бедро, - Попробуй вставить его
себе в задницу!
- Говорить ты можешь что хочешь, - наглый брюнет подпёр рукой голову, - Твоё тело
выдавало тебя.
Он тронул пальцем мою обиженно надутую губку. Я тут же попыталась его цапнуть за
наглую конечность, но не преуспела. Обиженно сопя, опять отвернулась к стенке, еще и
покрывало на себя натянула. Арван только хмыкнул, и кажется, откинулся на спину. Так и
замерли в тишине, слушая шелест волн по обшивке, невнятный шум с палубы, скрип
дерева. Лежать и дуться мне надоело довольно быстро, но вставать и признаваться в этом
не хотелось. Наконец раздался резкий звон корабельной рынды.
- Пойдём завтракать, страдалица, - и с меня просто стащили одеяло.
Попыталась поджать к груди ноги и натянуть сорочку ниже. Не помогло.
- Мне отсюда открывается такой вид, что завтрак мы, пожалуй, пропустим, - заявил Арван.
- Э нет. Я голодная! - с кровати буквально вскочила.
Поняла, что меня он просто провоцировал. Поскольку был уже полностью одет и сидел на
столе, листая какие-то документы. Я встала, прислушиваясь к ощущениям, но
дискомфорта почти не было, потому гордо прошествовала к своим вещам и начала
утепляться.
Завтракали в крохотной кают-компании на юте. Капитан поглядывал на меня напряженно,
и виновато. И других пассажиров я не заметила, что показалось мне несколько странным.
Потом я сбежала от мужчин, прогулялась вокруг бака и, устроившись на бухте каната,
смотрела на тёмные волны. День выдался пасмурный, и хотя мы шли в виду берега тут
крепко задувало. С детства любила море. В Кастане, где я жила с родителями тоже было
море. Но другое, более светлое и более холодное. Мою любовь к воде легко объяснялась.
Именно она откликалась на мой дар.
Он подошел и оперся на фальшборт рядом. Мысли мои сами собой свернули на этого
странного мужчину. Он обладал властью приказывать капитану Далину. Он точно
встречался мне где-то ранее. Он был демонски хорош в постели, но это к делу, конечно не
относилось. Долгое время ничего не нарушало тишину.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
