сейчас же! Вот ведь зараза малолетняя…
Но какое там «фу».
Драконенок ловко драпал от бесконечно румяного и не менее мертвого повара, не желая сдаваться на милость вредного победителя, зажавшего для маленького растущего драконьего организма махонькую дыньку. Знаменем протеста выступали зажатые в пасти мужские семейные трусы пикантного розового цвета с голубыми перчиками. Перчики ухмылялись, драконенок улепетывал, господин повар лютовал.
— Адриана, — позвал сотрапезник, — какой твой любимый химический элемент периодической таблицы?
Я отвлеклась от художественного размазывания картофельного пюре по дну тарелки и подняла на Глена взгляд.
— Напомни, там есть элементы «устадий» и «засыпадий»?
— Я спросил про любимый, а не про тот, с которым ты себя ассоциируешь, — благодушно пробасил парень, неловко орудуя ложкой в супе.
Будучи первыми жертвами ночной практики и произвола лекарей, мы, не сговариваясь, сели за обеденный стол вместе. Помимо неизгладимых впечатлений и пострадавших конечностей, нас с Гленом связывали дурацкие браслеты, которые как выяснилось и вовсе не браслеты, а целые боевые манжеты демонов (чтоб кое-кому злому и хвостатому икалось до ночи). Если быть совсем уж точной, то роднили нас закатанные рукава, которые мы оба не смогли раскатать обратно, и теперь выделялись на общем фоне.
— Ну, отдай! Отдай! БЕСТИЯ!!! — повар продолжал преследование, гоняя проказливого дракончика между столиками с обедающими адептами. Хотя… тут еще стоит трижды подумать кто кого гонял.
Специальная разметка на полу делила огромное помещение столовой на отдельные зоны: для преподавателей и администрации академии и для пяти факультетов (ядожалов, звездокрылов, небовзоров, помощи и возвращения, магической механики).
Сейчас шкодливый дракончик с трусами в зубах весело скакал между столов адептов с факультета небовзоров, давая нам возможность насладиться представлением «Погоня» из первых рядов.
— Ребята, у кого есть мысли, почему у всех звездокрылов такие жуткие имена? — спросила девушка из нашей группы. — Бестия, Кракен, а еще я видела таблички с Потрошителем и Мясником. Жуть, правда?
— Готов спорить на первую стипендию, что дракон с именем «Жуть» тоже где-то в ангарах, — хохотнул ее сосед по столику.
— Но знаете, конкретно этой прозвище «Бестия» подходит идеально, — подключилась к беседе еще одна девушка. Вроде бы, та самая, что так остро отреагировала на «господа смертники» во время ночной практики.
И, в принципе, я даже была согласна с ее высказыванием, но… Но сил на то, чтобы поддержать эту умную мысль не нашлось. Аппетита, впрочем, тоже.
Мало мне того, что тупая пульсирующая боль в пострадавшей руке усиливалась, так в добавок ко всему я спиной чувствовала внимание демона, а стоило поднять голову — ловила полный задумчивости взгляд серых глаз северянина.
— Эй, ты как? — спросил Глен.
«Как между двух огней», — подумалось мне. Но вслух я сказала другое:
— Фигово, если честно… Спать охота, рука болит так, словно вот-вот взорвется.
— Не хочу лезть в профессиональную компетенцию лекарей, но… — тут Глен отложил ложку, перегнулся через стол и коснулся моего лба. — Ты вся горишь!
— Шла бы ты, Адриана, к лекарям, — посоветовал староста нашей группы. — Пусть тебя посмотрят.
Я согласно кивнула, поднялась, и тут весело гарцующий с розовой добычей в зубах драконенок завернул в наш ряд. Увидел внезапное препятствие в виде меня, попытался затормозить, смешно размахивая крыльями с серебристыми чешуйками, но от лобовой атаки нас это не уберегло.
Бестия на всем скаку врезалась в меня. Мы дружно охнули от удара и повалились на пол.
— Попалась! — в восторг от случившегося пришел лишь повар.
Ребята зашумели, бросились на помощь, чьи-то руки заботливо помогли мне подняться и даже отряхнули. Бестия же с отвращением выплюнула мужское нижнее белье экстравагантной расцветки и зачем-то ткнулась носом в мою перевязанную ладонь. Я почувствовала теплое дыхание, исходящую от существа силу и попыталась погладить озорную милашку, но Бестия резко отпрянула.
И не просто отпрянула, она попятилась, тесня адептов, по-собачьи плюхнулась на пятую точку, подняла голову вверх и взвыла не хуже пожарной сирены. Это был тревожный вой маленького перепуганного существа, пробравший всех до глубины души.
— Бестия, ты чего?! — удивился повар.
— Все отошли в сторону, — грозно прикрикнула Эрика Магни, и толпа адептов расступилась, как море перед пророком, уступая место драконьему матриарху.
Декан посмотрела на меня, на повара, тишком пытающегося затолкать розовое исподнее в карман фартука, нахмурилась. Приблизилась к голосящей Бестии и провела ладонью по кончику черного носа. Малышка прижалась к женщине всем телом и заскулила, то и дело порыкивая. Жаловалась.
— Что ты сделала? — спросила дорал-кай у меня.
— Ничего.
— Она ее пнула, — закричала девушка из толпы. — Я видела!
— Что?.. — опешила я, разворачиваясь к ней. — Нет! Это не правда!
У меня аж руки затряслись от возмущения. Как кто-то мог подумать, что я способна пнуть Бестию?
— Но я видела! — настаивала девица с тяжелой косой каштановых волос.
И возможно я бы поняла, будь она с другого отделения, но… Девушка, как и я, оказалась первогодкой. Мы учились в одной группе. Нас роднила форма факультета звездокрылов. Нас роднило жалобное «пиу!» во время крепких обнимашек с Кракеном…
Не знаю, чего я ждала, но точно не предательства.
Меня заколотило от обиды, но я все же нашла силы сказать:
— Госпожа Магни, я клянусь, мы просто столкнулись с Бестией и упали. А потом она начала кричать. Госпожа Магни, я бы никогда…
— Она врет! — взвизгнула девица и ее неожиданно поддержало несколько девчонок из толпы.
— Да что ты несешь! Адриана не такая, — неожиданно встал на мою защиту Глен. И не только на словах. Парень даже вышел вперед и чуть закрыл собой. И не он один.
— Кто-то еще видел, как Адриана била Бестию? — вступился и староста. — Лично я наблюдал и столкновение, и падение, и могу сказать, что намеренного удара или пинка не было.
— Да?! А дракон тогда завыл просто от обиды? — съехидничала обладательница тяжелой косы цвета каштанов.
Мои защитники переглянулись: против такого аргумента им нечего было возразить. Толпа жадных до хлеба и зрелищ адептов зашепталась, загомонила, заспорила.
— Так, смертники, заканчиваем базар! — потеряла терпение декан и легко оттолкнула от себя драконенка. — Бестия, беги в гнездо. Про честно стыренный тобой предмет мужского гардероба побеседуем позже. Кстати, господин Танцующий, — обратилась она к повару. — Никогда бы не подумала, что у вас такие изысканные предпочтения в выборе нижнего белья.
— Это не мои! Мне их подкинули!
— Охотно верю, — кивнула дорал — кай и переключилась на парней. — Глен, Фару, отошли в сторону. Нечего играть в рыцарей без страха и упрека. Адриана, дуй сюда.
Глен и Фару остались на месте, только упрямо подбородки выпятили. Пришлось прижать больную руку к груди, чтобы ненароком не задеть
