На первый взгляд ответ на столь нелепый вопрос совершенно ясен: на том месте, где Британия (Англия) расположена сегодня. Но не будем спешить.
Напомним, что после «нечаянного убийства отца», Брута изгоняют из Италии и он направляется в Грецию. Здесь, в Греции, «установив древнее родство, Брут остался среди троянцев». Начинается период войн на территории Греции и Италии. Этим войнам Гальфрид уделяет много внимания. Затем Брут собирает войско и во главе флота отправляется в поход. Сегодня считается, что флот вышел в Атлантический океан и прибыл в современную Англию. Так ли это? А что, если хроники описывают в действительности военные операции внутри Средиземноморья и на территории Греции-Византии?
Вот, например, войско Брута прибывает в Спаратин. Современный комментарий: «Местоположение неизвестно». Конечно, если считать, что Брут странствует далеко от Средиземноморья, то Спаратин найти не удастся. А если события происходят в Греции, то Спаратин не нужно и искать: это хорошо известная нам Спарта.
Далее Гальфрид описывает путь флота Брута, считающийся сегодня «доказательством» того, что Брут вышел в Атлантику и прибыл в современную Англию. Но при этом выясняется, что Гальфрид «повторяет ошибку, содержавшуюся в его источнике – „Истории Бриттов“ Ненния, который в свою очередь неверно прочел Орозия». Более того, далее оказывается, что «вслед за Неннием Гальфрид ошибочно помещает Тирренское море за Геркулесовыми столбами. Тирренское море – часть Средиземного моря у западных берегов Италии».
Да нет тут никакой ошибки Гальфрида! В действительности он описывает сложные военные передвижения внутри Средиземноморья, в частности у берегов Италии, где и сегодня по-прежнему находится Тирренское море. Не выходил флот Брута в Атлантику! Современные комментаторы обвиняют Гальфрида (и других хронистов) в «ошибках» только потому, что пытаются наложить свое скалигеровское хронологически-географическое представление о древней истории на подлинные древние тексты. Постоянно возникающие при этом противоречия ставятся в вину древним авторам.
Далее Гальфрид описывает битву Брута с греками на реке Акалон. Современный комментарий таков: «Это название, по-видимому, вымышлено Гальфридом… Э. Фараль в своей книге… высказывает предположение, что описание разгрома греков троянцами на реке Акалон позаимствовано Гальфридом из рассказа Этьена де Блуа о поражении, нанесенном крестоносцами туркам на реке, именуемой автором «Москоло», в марте 1098 года».
Итак, наконец, пробиваясь сквозь густой слой скалигеровской штукатурки, на поверхность поднимается подлинное содержание хроники Гальфрида. В действительности он описывает (по каким-то старым документам) эпоху Крестовых Походов XII–XIII веков н. э. на территории Византии. Скорее всего, поход Брута = поход Юлия Цезаря – это знаменитый Крестовый Поход якобы конца XI века, а на самом деле – конца XII – начала XIII века. Или же он – великое = «монгольское» завоевание XIV века н. э. Завоевание Британии из I века до н. э. переносится, вероятно, в XIV век н. э. Это согласуется с уже обнаруженным нами наложением римско-византийской-«монгольской» истории XI–XVI веков на английскую историю, начинающуюся якобы в I веке до н. э.
Через некоторое время флот Брута пристает к «острову, который назывался тогда Альбионом». Современный комментарий: «Альбион (Альбания) – одно из самых ранних названий Британии (или части ее), зафиксированных в античных источниках».
Говоря о Британии, Гальфрид то и дело упоминает ее второе эквивалентное название: Альбания.
Итак, Британия = Альбания! Отказавшись от скалигеровской точки зрения, упорно накладывающей Британию XI–XIII веков на современный остров, мы мгновенно узнаем в названии Альбания современное название «Албания», расположенное на территории средневековой Византии. Таким образом, Гальфрид не менее упорно помещает средневековую Британию на территорию Византии и Руси-Орды. Название «Альбания» исказили в «Альбион» уже позже (случайно, а может быть, и преднамеренно), когда потребовалось по возможности устранить очевидные следы византийского и «монгольского» происхождения старых английских хроник. Тем самым набрасывая покров на мысль тех, кто мог заподозрить что-то неладное в создаваемой в островной Англии ее «древней истории».
С КЕМ ВОЮЕТ БРУТ ПРИ ЗАВОЕВАНИИ БРИТАНИИ = АЛЬБАНИИ?
Высадившись на берегу Альбании, «Брут по собственному имени нарекает его («остров» – Авт.) Британией, а своих сотоварищей бриттами». Кстати, превращению азиатской страны Альбании в остров Альбанию неосознанно могло способствовать и то обстоятельство, что Брут прибыл туда во главе флота, то есть по морю. И в поздних текстах высадка на берегах Византии превратилась в высадку на остров.
С кем же сталкивается здесь Брут? С гигантами. По-видимому, под «гигантами» здесь имеются в виду разные народы, населявшие Византию и Русь-Орду или входившие в их состав как отдельные зависимые государства. «Среди этих гигантов был один особенно отвратительный, которого звали Гоемагог». Этот «гигант» обладал (по Гальфриду) чудовищной силой и был страшен. Войска Брута вступают в битву с двенадцатью гигантами (среди которых Гоемагог), и бритты первоначально терпят поражение. Затем бритты «взяли верх над гигантами и перебили их всех, кроме Гоемагога». Сражение с Гоемагогом продолжается, и в конце концов бритты побеждают его.
Задумаемся: о чем же рассказал нам Гальфрид (а точнее, пересказал какие-то старые документы) в своей поэтической манере?
1) О победе бриттов, то есть о победе крестоносцев, захвативших Царь-Град.
2) Об одном из самых опасных противников – некоем Гоемагоге. Современный комментарий: «Гальфрид соединил в одном имени два: Гог и Магог». Как отмечает далее комментатор хроники Гальфрида, о Гоге и Магоге неоднократно упоминает и Библия (Апокалипсис, пророчество Иезекииля). Например, в библейской книге Иезекииля об этих страшных и могучих народах сказано следующее: «Обрати лицо твое к Гогу в земле Магог, князю Роша, Мешеха и Фувала… Так говорит Господь: вот, Я – на тебя, Гог, князь Роша, Мешеха и Фувала… Гог придет на землю Израилеву» (Иезекииль 38:2–3, 18 и далее). Смерть и опустошение несут эти народы, по мнению библейского автора.
О Гоговых и Магоговых полчищах со страхом говорит и Апокалипсис: «Сатана будет освобожден из темницы своей и выйдет обольщать народы… Гога и Магога, и собирать их на брань; число их как песок морской» (Откровение Иоанна 20:7).
«Впоследствии народная фантазия сделала Гога и Магога злобными великанами. В Лондоне со времен Средневековья стоят фигуры Гога и Магога (у въезда в Сити, ныне у ратуши)».
Эти два средневековых народа хорошо известны, и отождествляются, по мнению некоторых хронистов, с готами и монголами. В XIII веке венгры считали, что Гог и Магог – татары. Уже одного этого достаточно для помещения описываемых Гальфридом событий в Византию, или в Русь-Орду.
В то же время мы не можем пройти мимо следующего важного обстоятельства. Московское княжество, по старорусскому сказанию, приводившемуся в российских учебниках истории вплоть до XIX века, «было основано библейским патриархом Мосохом», почему и Москва по-гречески до сих пор называется Мосха (Moska). Когда было основано Московское княжество? Исторически грамотный читатель немедленно дает ответ: первое упоминание о Моск-ве датируется якобы 1147 годом н. э. Как мы видели, Библия говорит о Гоге, князе Роша, Мешеха и Фувала. Морозов задал вопрос: не «русский ли мужик» (Раш-Мешех) отразился в этом библейском тексте «в качестве основателя Руси-Мужиковии, которая, пропустив свое Ж через фильтр греческого языка, где этот звук переходит в С, возвратилась обратно на родину, в виде Руси-Московии».
Н.А. Морозов писал: «Как бы мы ни толковали эту фразу (из Библии. – Авт.), но мы не получим из нее ничего удовлетворительного, пока не придем ко времени монгольского ига на Руси, то есть к периоду времени не ранее 1227 года, когда властелином Москвы сделался Батый. А как только мы станем на эту точку зрения, так снова все станет ясно и понятно: Гог – это уроженец страны Гога (по местному произношению Джога, откуда и имя Джагатай, теперешний Туркестан). Этот Гог или Джог называется в Библии выходцем из страны Магог (то есть Монголии), и он жил, по армянским преданиям, к северу от Кавказского хребта, называемого у них Гогова Крепость (Гог-Хасан), а по историческим сказаниям Батый вместе с Чингисханом был именно монгольского происхождения».
Мы отдаем себе отчет в том, что неподготовленному читателю (например, незнакомому с историей проблемы, с книгами Морозова, с нашими работами) многое из сказанного здесь покажется невероятным. Однако в то же время мы надеемся, что непредвзятый читатель уже убедился, что нами руководит неумолимая логика научного исследования. Мы вынуждены двигаться далее по этому пути, если хотим оставаться на почве здравого смысла и строгой научности.
