– Вы поссорились с родителями?
Кажется, он встревожился. Впрочем, наверное, показалось.
Нет, Лючино, они нас бросили. Примерно так же, как ты бросил свою дочь.
– Приехали. Давай на этом закончим наш разговор. – Ей не хотелось обсуждать с ним свою личную жизнь.
Белла вылезла из машины и направилась по длинной дорожке к высоким дверям особняка.
Увидев эти двери, она занервничала. Чем ближе они к ним подходили, тем выше задирался ее подбородок. Белла внутренне готовилась к испытаниям.
Люк прищурился и коротко хохотнул:
– Это твоя психологическая броня, когда ты трусишь? Почему я раньше не замечал? Ты так задрала нос, что можно поверить, будто у тебя все есть и тебе ничего не надо. А на самом деле просто прячешь собственную неуверенность.
– Мне нужен успех. И только!
Она ненавидела его за то, что он видит ее насквозь, понимает, как ей нелегко. Назло ему она подняла глаза…
– Добрый вечер. Могу я принять ваши вещи? – обратился к ним элегантный мужчина в облачении дворецкого.
Их проводили в парадный зал с роскошными люстрами, свисавшими с высокого потолка.
При виде множества модно и дорого одетых людей Беллу охватила паника.
– Подожди…
Люк мог бы поиграть на ее нервах, но вместо этого окинул быстрым взглядом собравшихся гостей и прошептал:
– Не волнуйся, это просто люди. Такие, как и везде. Все будет прекрасно. Давай, ты должна убедить этих женщин, что им просто необходимо носить твои платья, что им этого до смерти хочется.
Он взял ее за локоть и повел вперед. Белла вздрогнула, подняла голову и поклялась себе, что не будет чувствовать себя красивой вещью при нем.
– Сегодня вечером я больше всего хочу добиться их внимания. Хочу заставить их носить мои платья. Мне хочется все уладить как можно быстрее, чтобы больше никогда тебя не видеть! – Она старалась говорить как можно более убедительно.
Люк только улыбнулся. Это было так ужасно, что ей захотелось его стукнуть. Или убежать. Или и то и другое.
– Тогда давай сольемся с толпой. А?
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
– Кажется, ты произвела хорошее впечатление на гостей.
Весь вечер Люк не отходил от своей спутницы ни на шаг. Он следил, привлекает ли внимание ее платье. Но и она сама привлекала его не меньше, если не больше.
Что такого в этой Арабелле Гейбл? Что держит его возле нее, несмотря на сомнительное прошлое да и нынешнюю непростую ситуацию? Ему следовало бы бежать подальше, а он не может выкинуть ее из головы.
Но она нечестно повела себя с его тетей и должна за это ответить. Вот и все. А все-таки любопытно. Например, ее родители. Где они? И что с ними произошло?
– Надеюсь, это поможет скорой распродаже коллекции, – добавил он.
Ее глаза загадочно вспыхнули:
– Я тоже на это надеюсь. Но, как уже говорилось, я только составляю тебе компанию, Лючино.
– Ты не просто должна составлять мне компанию, нужно еще, чтобы я помог тебе получить доступ к таким же демонстрациям мод, как эта. – Он увидел, что она расстроилась чуть не до слез.
Пригласили к столу.
За столом Белла много болтала. Люк едва ли не кожей чувствовал каждое слово, каждую ослепительную улыбку Беллы, но все это, увы, адресовалось не ему.
Интересно, а что будет, если он поцелует ее? – задался он странным вопросом.
Когда в бальном зале зажглись сотни свечей и заиграло музыкальное трио, Люк повел ее туда. Может быть, танцы помогут ему с ответом?
– Давай потанцуем. Прекрасная женщина в красивом наряде двигается под музыку – что может быть привлекательнее? Разве нельзя и таким образом продавать свое имя и товары? – Он вывел ее в круг, обрадовавшись знакомому огоньку в глазах Беллы.
– Я сделаю все, что нужно.
Зазвучал вальс, придавший ее словам определенный оттенок. Она приняла вызов.
Лючино кружил ее в танце, и она ему полностью подчинялась. Он держал ее в объятьях и удивлялся, что еще не забыл этого будоражащего душу ощущения.
Белла молчала, но щеки ее порозовели, а глаза заблестели. Недалеко от них скользили другие пары, но Люк смотрел только на Беллу и чувствовал, что она тоже видит только его.
Он еще крепче обнял ее. Это был уже не просто танец. Люку вдруг захотелось оказаться вместе с ней в постели и провести всю ночь в хмельном бреду.
– Танцы кончились. И вечер кончился. – Он остановился, пожал Белле руку и повел из круга.
Зрители могли решить, что они просто покинули танцы в самом разгаре, но они-то знали – дело в другом.
Белла шла рядом с ним и пыталась выдернуть пальцы из его руки:
– Люк, я ведь могу потанцевать и с кем-нибудь другим…
Звучало почти разумно, но он протащил ее мимо хозяйки дома прямо в прихожую, где сразу возник дворецкий и подал Белле пелерину. Появился и хозяин.
Это немного остудило Люка. Он с нетерпением ждал, когда кончится церемония прощания. Но это пугало осмелилось поцеловать Белле руку. Люк не выдержал и угрожающе выступил вперед.
– Ну, до свидания и благодарю вас за доставленное удовольствие, – произнес он, и хозяин тут же отступил от Беллы и от Люка, продолжавшего сверлить его недобрым взглядом.
Люк пробормотал в ответ что-то, более или менее подходящее случаю, и они с Беллой вышли на улицу.
Вечерняя прохлада обвевала лицо Люка, но он ощущал только, как в нем бурлит желание.
Белла попыталась встретиться с ним взглядом:
– Люк, не знаю, как ты, но я, кажется, не смогу продолжать наши с тобой хождения.
– Вот как? – Они уже дошли до машины, он не касался ее, но стоял очень, очень близко. – Ты меня хочешь. Я по глазам вижу.
Белла прижалась спиной к дверце, округлив карие глаза:
– С чего ты это взял?
– А с того… – Люк наклонился и поцеловал ее.
Он надеялся, что от поцелуя его жажда хоть немного стихнет.
Возможно, так бы и произошло, если бы не эти мягкие и отзывчивые губы! Он даже не думал, что настолько хотел ее поцеловать. Однако же… Она ахнула от неожиданности, и он решил немедленно воспользоваться своим преимуществом. Сейчас он ее отпустит, потому что теперь, когда первый огонь притушен, важнее всего вопросы.
Однако не отпустил, а вместо этого взял за подбородок и… Их губы заново узнавали друг друга… Сердце Люка выскакивало из груди, а сам он мысленно удивлялся, зачем вообще это делает.
Люк вдруг обнаружил, что позволил Арабелле проникнуть в его душу, заставить желать себя. И это было не просто физическое влечение.
Люк резко отстранился. Такого не предполагалось. И вообще, почему он должен чувствовать что-то особенное, если знает ей цену?
Просто порыв. И все. А остальное он сам нафантазировал.
Ошеломленная Белла широко раскрытыми глазами смотрела на него. Губы у нее немного припухли. Через несколько долгих мгновений она проговорила, избегая его взгляда:
