Один бык, оторвавшись от стада у входа в загон, повернулся и кинулся на людей. Несчастные поспешили захлопнуть ворота и оказались в ловушке — между забором и воротами. Разъяренное животное снова и снова бросалось на них, а людям некуда было даже спрятаться. Раскормленные, непригодные к работе лошади двигались недостаточно быстро. А тут еще несколько обезумевших, слепых от ярости быков вырвались из загона. Они кидались на все, что только двигалось. Огромный черный бык бросился на Алека. Все смешалось — рев животных и крики людей. Было трудно что-либо разобрать, И я уже решила, что с Алеком произошло несчастье. Однако совершенно неожиданно он появился откуда-то сверху, перескочил через забор и вырвался из загона. Алек мгновенно подскочил к воротам, отворил их и дал возможность остальным всадникам выбраться на волю. Черный бык, который бросался на Алека, тоже выскочил из загона, прежде чем удалось закрыть ворота. Его не стали удерживать. Пусть бежит!
Быки, втиснутые в загон, буйствовали. Некоторые лезли на ограду. Все животные находились в отличном состоянии и могли быть проданы на рынке по максимальной цене. Началась погрузка. Ворота, ведущие из загона в приемник, открыли, а потом, как только в него ворвался первый бык, захлопнули, и животное оказалось зажатым с двух сторон. Сверху Джим набросил на его рога лассо, от которого тянулись два каната: один был закреплен за лебедку на корабле и протянут до берега, другой держал человек, руководивший спуском животного на воду.
Наконец, когда все было уже готово, ворота распахнулись, и разъяренное животное выскочило из западни. Поскольку за воротами начинался крутой обрыв, бык, резко оседая на задние ноги и колотя по воздуху передними, скатился вниз, напоминая корову на льду из мультипликационных фильмов. Затем в работу включились те, кто находился в этот момент на корабле: Пит управлял лебедкой, а новичок Гарри, держась за длинный канат, подтягивал быков, когда их сносило течением на рифы.
Большинство животных, попадая в подобное положение, приходили в такое изумление, что обрывали рев на полуноте и, лишь оказавшись в воде, вновь обретали голос.
Оправившись от шока, бык стал отчаянно сопротивляться. Он то исчезал с поверхности воды, то появлялся снова. Казалось, животное шагало по волнам.
— Держись, Гарри, держись! — крикнул капитан.
В тот момент, когда животное подтягивали лебедкой к борту корабля, капитан (он находился в лодке возле судна) пропускал канат под его животом. По сигналу Джексона подъемный кран поднимал быка и опускал его на палубу. Первое животное перенесло эту операцию спокойно. Опоясанный поперек туловища широким канатом, бык проплыл над молом, его карие глаза недоуменно взирали на палубу, он явно не понимал, почему так нелепо болтаются в воздухе его ноги и смешно перетянут живот.
Однако не все быки переносили эту операцию так мирно. Некоторые пытались вырваться, брыкались, ревели. Были и такие, которые пытались «шагать» по воздуху. Они методично переставляли ноги в поисках опоры, словно шли по невидимой лестнице. А один бык все-таки сорвался. Бык уже навис высоко над палубой, и его готовились опускать, но он как-то потянулся вперед, и, извиваясь, неожиданно соскользнул со строп и тяжело рухнул на палубу. В первый момент показалось, что удар не был сильным, но позже животное пришлось прикончить.
Погрузка затянулась дотемна. На берегу животных с гиканьем шали к загону. Подгоняемые хлыстами, они стремглав проносились вдоль ограды. Когда животное скатывалось в воду, Гарри помогал ему держаться на поверхности. К вечеру руки у него просто отваливались от усталости.
Несмотря на то что капитан Джексон работал в прорезиненном костюме и высоких сапогах, он до нитки промок, успев дважды побывать в воде. Капитан объявил себя «лучшим ныряльщиком после быков». Алек клятвенно уверял, что один раз приказал поднять лебедку и лишь потом увидел, что тянут Валлаби, а не быка.
Мне все-таки довелось покататься на одной гигантской лошади загонщиков до того, как я вернулась на судно. Для того чтобы взобраться на нее, мне пришлось сначала влезть на перила. Ребята подумали, что мой странный способ садиться па лошадь вызван ее большим ростом. Я решила ничего не объяснять им, ведь не могла же я рассказать, что по-другому взбираться на коня не умею. В детстве мы обычно прыгали на спину лошади с какого-нибудь забора. То, что я выбрала неоседланную лошадь, также объяснялось опытом, приобретенным в детстве.
— Молодчина! — с восторгом закричали мои товарищи, увидев меня верхом на лошади, на спине которой вместо седла был перекинут мешок. Признаться в том, что и седлать коней я не умею, мне также не хотелось.
Считается, будто австралийские дети в широкополых шляпах и при полной экипировке наездника только тем и занимаются, что катаются верхом на лошадях. Это явно ошибочное представление. В детстве действительно мы все ездили верхом, но я не помню, чтобы у кого-нибудь из девочек или мальчиков была уздечка. Правда, у некоторых имелись седла — как правило, у тех, кто помогал сгонять стадо или принимал участие в конных соревнованиях. Прочие же ездили верхом ради удовольствия или таким образом добирались до школы. При этом девочки катались верхом в обычных платьях, накинув на спину лошади мешок из-под овса.
Настал и мой черед доказать, что я тоже на что-то способна. Как только я пришла на корабль, вся команда моментально заметила, что на море я новичок, поэтому я все время чувствовала себя неуклюжей. Теперь мне предстояло наглядно продемонстрировать свое умение, которое мои спутники могли оценить по достоинству.
Я взгромоздилась на лошадь, вывела это чудовище из загона и не успела пришпорить, как она, не дожидаясь моих указаний, неожиданно понесла. Лошадь почуяла простор и рвалась в родные места. Мне ничего не оставалось, как только смириться. Наконец лошадь, отбежав довольно далеко, оказалась на своем поле. Она остановилась. Я спрыгнула на землю, сняла уздечку и отправилась назад пешком.
На следующий день мы попали в сильный шторм, и нас основательно помотало. К вечеру пришлось забить еще одного быка. Он, как и несколько других животных (их подняли на борт последними), не был привязан и находился в специальном загоне на палубе. Бык вдруг стал кидаться на своих, пытался выскочить из загона, а в конце концов поскользнулся и шлепнулся на мокрую палубу. Два члена команды были загнаны рассвирепевшим быком на полубак. И они никак не могли оттуда выбраться.
Рулевой достал из рубки топор, а я поскорее убежала на камбуз и закрыла за собой двери. Через некоторое время раздался глухой удар, слабый крик, затем стон, а вслед за этим — всплеск. Это ребята выбросили тушу быка за борт.
