Там, в Народном дворце, подвергая сомнению рассказ Тови, Никки ухитрилась выведать у неё все ужасные детали заговора четырёх сестёр — Улиции, Цецилии, Эрминии и Тови. Они запустили заклинание Огненной Цепи, обнаруженное в древней книге, спрятанной на протяжении нескольких тысячелетий. В результате действия заклинания им удалось стереть из памяти людей всякое воспоминание о Кэлен. Благодаря тому, что во сне Ричард положил руку на свой меч, его память заклинание не затронуло — магия меча защитила его разум. Но, сохранив память о Кэлен, позднее в её поисках он утратил Меч Истины.
Некоторые маги древности предвидели последствия применения заклинания Огненной Цепи.
В те далёкие времена волшебники пытались найти способ невидимыми и незаметными пробираться среди врагов. Они придумали, как уничтожать память людей при помощи Магии Ущерба. В этом случае оставшиеся фрагменты воспоминаний соединяются между собой в ложную память, заполняя пустоты, вызванные магией. В результате объект заклинания стирается из разума многих людей.
В конце концов, волшебники, придумавшие заклинание, пришли к выводу, что результат его чрезвычайно опасен. Эффект заклинания Огненной Цепи способен породить каскад неуправляемых событий, которые невозможно даже предвидеть. Описывая эти последствия, маги сравнивали их с пожаром, сжигающим связи между людьми, даже теми, чья память первоначально изменена не была. Придя в ужас от того, каким опасным оказалось заклинание, они не посмели даже думать о его применении.
Но те четыре сестры Тьмы — посмели. Их не заботило, что в результате погибнет весь мир живых. Собственно, это и было их конечной целью.
А потому, Ричард не мог позволить себе спать. Теперь, когда ему, наконец, удалось доказать Никки, Зедду, Каре, Натану и Энн, что он в своём уме, и что Кэлен действительно существует, пусть даже они ничего о ней не помнят, все с энтузиазмом взялись ему помогать.
А он отчаянно нуждался в любой помощи. Он должен был найти Кэлен. Она была его жизнью. Она была частью его. Она была для него всем. Её необыкновенный ум очаровал его с момента их первой встречи. Воспоминания о её прекрасных зелёных глазах, о её улыбке, её прикосновениях часто возвращались в его мысли. Каждый миг бодрствования он жил будто в кошмаре, одержимый непреходящим чувством, что должен немедленно что-то предпринять.
В то время, как никто не помнил Кэлен, он не мог думать больше ни о чём, кроме неё. Он часто чувствовал себя единственной ниточкой, соединяющей её с остальным миром. И если однажды он забудет Кэлен, перестанет о ней думать, она исчезнет окончательно. Раз и навсегда. Перестанет существовать.
А ещё он понял, что если хочет когда-нибудь отыскать Кэлен, то обязан справиться со своей болью, спрятать мысли о ней в самый дальний уголок сознания, чтобы мысли эти не мешали сконцентрироваться на решении задачи.
Он повернулся к Каре.
— Ты ничего не чувствуешь? Ничего странного?
Она выгнула бровь.
— Мы находимся в Башне Волшебника, Лорд Рал. Кто угодно почувствовал бы тут себя странно. У меня в этом месте постоянно мурашки по коже бегают.
— А не сильнее, чем обычно?
Она вздохнула и погладила рукой длинную белокурую косу, перекинутую через плечо.
— Нет.
Ричард подхватил фонарь.
— Пошли.
Размашисто шагая, он вышел из маленькой комнаты в длинный коридор, застеленный таким количеством ковров, что создавалось впечатление, будто этот коридор — единственное место, где можно было сложить их излишек. Ковры были в основном неброской расцветки с классическим узором, и только в самом низу выглядывали края шафранно-жёлтого и апельсиново-оранжевого цветов.
Ковры приглушали каждый шаг, когда он повернул к одной из высоких двустворчатых дверей, расположенных в противоположных концах помещения. Длинноногая Кара без труда поспевала следом. Ричард прошёл мимо множества комнат, некоторые из них явно служили библиотеками, зато другие, казалось, не служили никакой другой цели, кроме как быть проходами из одного помещения в другое. Некоторые были оформлены просто, другие богато украшены, и все они являлись частями продуманного и непостижимого лабиринта, коим являлся Замок Волшебника.
На пересечении коридоров Ричард свернул вправо и вниз, через зал со стенами, расписанными спиральными узорами, которые за многие столетия приобрели тёплый золотисто-коричневый оттенок. Дойдя до лестницы, Ричард ухватился за перила из полированного белого мрамора и, резко повернувшись, пошел вниз. У него над головой взору открывалась квадратная лестничная клетка, уходящая к верхним этажам Башни.
— Куда мы идём? — спросила Кара.
Казалось, Ричард был удивлён.
— Не знаю.
Кара одарила его хмурым взглядом.
— Вы решили обойти всю тысячу комнат Замка, пока не наткнётесь на что-то интересное?
— Что-то не то в воздухе. Я просто следую своим ощущениям.
— Выслеживаете воздух, — сердито передразнила Кара. В её глазах снова вспыхнуло подозрение. — Вы ведь не пользуетесь магией? Нет?
— Кара, все знают, что я не умею пользоваться магией. Я не могу призвать мой дар, даже если бы захотел.
А он, конечно же, не хотел. Как только Ричард призовёт свой дар, Зверь немедленно почувствует это и отыщет его. Как его защитник, Кара постоянно волновалась, что её Лорд Рал нечаянно сделает что-нибудь, что приведёт к нему Зверя, созданного по приказу Джеганя.
Мысленно Ричард вернулся к проблеме, которая его занимала, и снова попытался определить, что же такого странно знакомого было в воздухе. Он попробовал проанализировать свои ощущения: возникло смутное воспоминание о воздухе во время грозы. То же острое, тревожное чувство.
Пройдя несколько пролётов белой мраморной лестницы, они свернули в простой коридор, сложенный из прямоугольных каменных блоков. Миновав несколько пересечений, Ричард приостановился, высматривая в темноте спиральную каменную лестницу с железными перилами, и принялся спускаться по ступеням. Кара неотступно шла следом. Внизу они прошли коротким коридором с обшитым дубовыми досками потолком и оказались в круглой комнате, откуда начинались несколько проходов, ведущих в разных направлениях. По периметру вдоль стен стояли столбы из серого зернистого гранита, над каждым из ведущих в темноту проёмов — позолоченное перекрытие.
Ричард, подняв фонарь повыше, попытался разглядеть, что скрывается во тьме проходов. Эта круглая комната была ему незнакома, но ведь они находились в самом центре Башни Волшебника, все помещения которой, казалось, постоянно меняли облик. Он прекрасно понимал, что хотела сказать Кара, говоря о том, что в Башне у неё «постоянно по коже мурашки бегают».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
