рассказал, что во время уборки была кампания по предотвращению хищений зерна. Организовывались милицейские посты с дружинниками для контроля объездных и просёлочных дорог. В случае задержания — срок три года.
Наличие велосипеда у подростка в то время расширяло возможности времяпровождения. Например, группой пять-шесть человек ездили в Майкоп (около 25 км), ездили просто покататься. По дороге было много садов — вишни, яблоки, груши, виноград… Мы не воровали, находили сторожа и с его разрешения подкреплялись тем, что нам разрешали рвать. Было, что нас прогоняли. Вот тогда мы подворовывали (сторожа были без собак и без оружия).
В девятый класс я пошёл в другую школу — в железнодорожную, которая находилась рядом с вокзалом, так как отцу дали квартиру в другом доме, неподалёку. Улица Мира, где мы стали жить, упиралась в маслозавод, налево дорога на вокзал, направо — к реке Белой и мосту через неё. Дом представлял собой старое здание маслозавода, перестроенное под жильё. В центральной части его подъезд, два этажа, четыре квартиры, и с торцов два одноэтажных крыла, каждое на две квартиры. В центре дома на первом этаже жили главный инженер завода Кондратенко и наша семья, на втором — директрисса маслозавода с сыном и военком с сыном и дочерью. Остальных жильцов не помню. Дом был кирпичный, с толстыми стенами. Отопление печное, вода из колодца, прочее необходимое — на улице. Двор был огромный. У каждой семьи был огород три сотки. Перед домом — волейбольная площадка, баскетбольный щит, турник. На заднем дворе — длинный добротный сарай, где каждая семья имела своё отделение. В нём было место для топлива, свинарник, курятник, ларь для кормов. В доме в основном жили руководители и ведущие специалисты маслозавода. Все держали свиней, кур. Корма привозили телегами — отходы производства с маслозавода, стоило это недорого. Мы держали только кур. Корма мама покупала на рынке. Отец запрещал брать корма на маслозаводе. Такое правило потом себя оправдало.
Упомяну вкратце игры, бывшие у подростков на улице. Все они были коллективные. Например, казаки-разбойники, без ограничения числа играющих. Делились на две группы, в том числе и девочки, договаривались, кто казаки, а кто разбойники. Игра начиналась в сумерки и продолжалась, пока не загоняли домой. В чехарду играли шесть-семь человек. Игра была азартная и популярная. Одно время было популярным катание колеса. Играли в чижика, городки и многое другое. Девочки играли в классики, в скакалки с большой верёвкой, в дочки-матери. Устраивали соревнования, строили препятствия для фигурного катания… За день так набегаешься — ног не чуешь. Зато хорошая тренировка.
В школе я учился посредственно. Тяги к учёбе не было. Частенько получал двойки, любил гулять на улице, было много друзей. В четвёртом классе на зиму мне сшили шинель военного образца из сукна, которое получал отец на форму. Шинели за войну научились шить отлично. У меня был настоящий красный башлык8, шапка-кубанка, кѝрзовые сапоги9 на медных гвоздях. Так я ходил до седьмого класса. У меня была кличка Казак. В восьмом классе носить форму наотрез отказался, и мне купили пальто на вате. Многие вещи я донашивал после старшего брата.
Очень любил кататься на коньках. Прикручивать их на кирзухи легче, чем на другую обувь. Катались в основном на замёрзших лужах, которых было достаточно. Катались на дорогах, цепляясь крючками за автобусы и грузовые машины. Однажды, катаясь на замёрзшей луже, в центре которой было старое дерево с большим дуплом до земли (а в дупле вода не замёрзла, была каша из гнилушек), я упал, и моя рука по локоть провалилась в дупло. И там под руку мне попался пистолет «Вальтер», с обоймой в рукоятке. Принёс его в сарай, положил в керосин. Через день вынул обойму, затвор начал слегка двигаться. Притащил домой, когда родители были на работе. Но от него сильно воняло керосином и гнильём. Старший брат Владислав был дома, всё заметил и рассказал отцу. Чем закончилось, догадаться нетрудно.
С десятилетнего возраста на летних каникулах меня стали по путёвкам отправлять в пионерские лагеря, на месяц, иногда на два. Путёвки были бесплатные. Ведомственные лагеря Прокуратуры РСФСР находились в Адлере и Геленджике. Вот я и ездил то туда, то сюда. Отправка в лагерь только поездом. Родители сдавали меня в спецвагон, где уже ехали другие дети в тот же лагерь. В лагере всегда было 12–15 отрядов по тридцать человек. Распределялись по годам. Старшие жили в каркасных палатках, младшие в корпусах. Всех приехавших осматривали врачи, взвешивали и записывали в карточку. Перед отъездом опять взвешивали, и эти данные ребёнок вёз домой. Тогда считалось, что ребёнок в лагере должен обязательно поправиться. Питание было четырёхразовое, кормили отлично. Девочки и мальчики жили отдельно. В каждом отряде были воспитатель и пионервожатый, в младших отрядах, как правило, женщины.
Распорядок дня в лагере. Подъём по горну в семь часов и сразу зарядка. После зарядки умывание и чистка зубов прямо на пляже. Затем завтрак и после завтрака построение всего лагеря — линейка. Все в пионерской форме с галстуком. От каждого отряда выступает председатель отряда с рапортом председателю совета дружины. Под звуки горна поднимается флаг лагеря. Перед отбоем флаг спускается.
Слово начальника лагеря было законом для всех, особенно в отношении организации купания и нахождения детей на пляже. На это отводилось полтора-два часа до обеда. Я семь сезонов был в лагерях, с десяти до шестнадцати лет включительно, и не было ни одного несчастного случая. При купании присутствовал весь служебный состав, включая начальника лагеря. От каждого отряда в воду пускали не больше десяти человек на пять-семь минут, причём это касалось только половины отрядов. Вторая половина отрядов в это время была на берегу. Всё происходило по звуку горна.
После обеда — все в кровати! Тихий час! Были случаи, когда необузданных детей отправляли домой в сопровождении работника лагеря. Были игры, кружки, самодеятельность, соревнования, экскурсии и прочее. Запомнились два мероприятия — поездка на озеро Рица и прогулка на теплоходе «Юг», рассчитанная на целый день. Само озеро помню смутно, а вот открытые, большие автобусы «ЗИС» просто поразили всех своим великолепием. Во время прогулки, которая заняла целый день, питались сухим пайком. Теплоход «Юг» имел одну особенность: в носовой части, под водой, у него было большое прозрачное окно. Мы через него наблюдали за дельфинами, которые стаей играли перед этим окном. В носовую часть спускались по 4–5 человек.
III
Брат Владислав и я — полная противоположность. Он отлично учился, всегда зубрил
