— Вы не слишком-то разговорчивы, — сказала Розетта.
— Я очень устала, только и всего. А от вина у меня закружилась голова. Будет лучше, если мы пойдем домой. Я должна немного поспать.
— Нет, мадемуазель Анжелина, я вижу, что вам грустно, — тихо сказала Розетта. — Вы хотите вновь увидеть своего возлюбленного, акробата, как вы его называете.
— Луиджи? Прошу тебя, не будем говорить на эту тему. Хватит того, что моя дорогая Жерсанда не находит себе места из-за него. Сколько раз она умоляла меня сделать все возможное и невозможное, чтобы найти его! Я обещала ей сделать это на Рождество. И уверяю тебя, я сдержу свое обещание. Мысль об этом постоянно преследует меня, Розетта. Часто перед сном представляю, как брожу от одного города к другому, от одной деревни к другой, расспрашиваю людей, поджидаю музыкантов на площадях в ярмарочные дни… Но это все равно что искать иголку в стоге сена, как говорит Октавия. К тому же он вовсе не мой возлюбленный, вовсе нет…
— Но я так думала… Простите меня.
Сделав над собой неимоверное усилие, Анжелина доела десерт. Она редко ела так много в полдень, и этот сытный обед нагнал на нее сонливость.
— Пойдем! — сказала Анжелина, вставая со стула.
Но хозяин таверны знаком попросил ее подождать. Анжелина стояла, ловя на себе удивленные и вместе с тем восхищенные взгляды посетителей. Ее ценили не только за красоту, но и за знания.
Жители крутых улочек города Сен-Лизье нередко говорили о прекрасной повитухе с глазами цвета фиалок, которые весной покрывали склоны гор. Поговаривали, что она чуть было не вышла замуж за богатого доктора из Тулузы. Когда она проходила мимо, зеваки шептали, что она, безусловно, унаследует имущество своей покровительницы, аристократки, исповедующей протестантизм, Жерсанды де Беснак.
Злые языки маленького городка распространяли не столь лестные слухи. Они ставили под сомнение добродетельность Анжелины, которую три года назад часто замечали в обществе сына Лезажей, красивого и богатого юноши, правда, бегавшего чуть ли не за каждой юбкой. Они также находили странным, что за Анжелиной повсюду следует огромная белая собака, способная испугать даже колоссов вроде Блеза Сегена, оказавшегося, впрочем, убийцей. События начала прошлой зимы были еще слишком свежи в памяти жителей городка и порождали все новые слухи.
Блез Сеген, шорник, изнасиловал и убил нескольких девушек. С тех пор его лавка была закрыта, а родственники покинули Сен-Лизье. Но образ этого кровожадного сатира по-прежнему будоражил умы. Все знали, что Сеген надеялся жениться на Анжелине и что, обезумев, когда она ему отказала, он попытался силой овладеть ею. Это неизбежно произошло бы, если бы овчарка не почуяла, что ее хозяйка в опасности.
— Так рождаются легенды! — вздыхала Жерсанда де Беснак, когда ее протеже жаловалась на повышенный интерес к себе.
Но сейчас Анжелине было все равно, что о ней говорят. Она спешила попасть домой, чтобы отдохнуть, но Жером Серена все не выходил в зал. Наконец он прибежал, раскрасневшийся, широко улыбаясь. В руках он держал бутылку вина.
— Держите! Выпейте за здоровье малышки, которая появилась у нас, словно расцветший цветок, благодаря вам! Не встряхивайте бутылку! Это бланкет. Изысканное вино! Я покупаю его у торговца из Каркасонна, недалеко от Лиму.
— Спасибо, мсье! Но право же, не стоит… — запротестовала молодая женщина.
— Еще как стоит!
Розетта взяла подарок. Когда они вышли на площадь с фонтаном, яркое солнце озаряло охровую мостовую своими нежными лучами. Уставшая Анжелина любовалась бликами, бегающими по воде в чаше фонтана.
Они стали подниматься по улице Нобль. Столетние розовые кусты с пестрыми цветами украшали улочки, взбиравшиеся к старинному Дворцу епископов. Его импозантный фасад с многочисленными окнами господствовал над городом.
— Как красиво весной! — заметила Розетта, наморщив нос от удовольствия. — А мы неплохо поели… Правда, мадемуазель?
— Правда, моя милая Розетта! Будем надеяться, что завтра за мной никто не придет!
Едва войдя в дом, Анжелина сразу же бросилась в свою комнату. Она испытывала непреодолимое желание побыть одной, в тишине. Ее мысли путались, воспоминания не давали покоя. С каким-то неистовством она сняла платье и чулки. Затем она развязала пучок, и ее длинные темно-рыжие волосы упали на обнаженные плечи и спину мягкими волнами.
— И для чего мне быть такой красивой? — спрашивала себя Анжелина, глядя в зеркало.
Одним пальцем она опустила плечико тонкой ситцевой сорочки, скрывавшей ее груди. Приобщенная к удовольствиям своим первым любовником, обладавшая страстной, чувственной натурой, Анжелина часто по ночам ворочалась под одеялом. Соскучившаяся по сладостным поцелуям, она жаждала прижаться к мужскому телу.
— Луиджи никогда не вернется, — процедила Анжелина сквозь зубы. — Впрочем, даже если он вернется… Я больше не знаю, люблю ли его…
Рассердившись на себя, Анжелина направилась к туалетному столику, на который Розетта каждый день ставила кувшин с чистой водой. Анжелина налила немного воды в таз, стоявший рядом, и ополоснула лицо, затылок и шею в надежде успокоить разыгравшиеся нервы.
В этот момент в дверь постучали.
— Мадемуазель! Откройте! Я слышала, как вы разговаривали. Я не подслушивала, просто убирала выглаженное белье в шкаф на лестничной площадке.
— Уходи, Розетта! Я постараюсь заснуть.
— Я вам не верю. Давайте лучше поговорим. А потом вы поспите вволю.
В отчаянии Анжелина поправила плечико сорочки и подошла к двери.
— Розетта! Я прилагала немыслимые усилия, моя девочка. Ты должна была помогать Октавии. Я отказываюсь от твоих услуг, потому что ты ругаешься как извозчик, а Анри все повторяет. Я и мадемуазель Жерсанда, мы обе хотим, чтобы он был хорошо воспитан.
— Простите, мадемуазель. Но позвольте мне войти.
— Хорошо, входи, — сдалась Анжелина, распахивая дверь.
— Посмотрите на это! — воскликнула служанка, размахивая вазой, в которой стояли желтые розы. — Я их срезала для вас. Нет, скажите… Правда, они будут красиво смотреться рядом с вашей койкой… простите, кроватью?
Анжелина, покоренная лукавым видом Розетты, искренне любовалась букетом.
— У тебя в запасе всегда есть тысяча способов смягчить меня.
— Боже мой! До чего вы красивая с распущенными волосами! Как жаль, что люди не видят вас такой! Особенно некоторые… Доктор Кост или Луиджи, нет, мсье Жозеф де Беснак. Если вы выйдете за него замуж, за отпрыска мадемуазель Жерсанды, это будет похоже на одну из тех историй, что вы по вечерам читаете мне.
