Читаем без скачивания Безделушка - Галина Павлова

Конечно! Я же выпрыгивала не из комнаты, а из ванной! Шнур сползал. Еще немного и я последую за Сергеем.

Мне тяжело было раскачаться. Я никогда не занималась скалолазанием. Но отчаяние и страх – хорошие тренеры. Расцарапывая до крови руки о шершавую стену, я качнулась в сторону балкона, но долететь до перил не удалось. Когда я маятником отлетела в сторону окна, шнур в ванной слетел с крюка, оставив меня на узком карнизе, вцепившуюся в открытую форточку роскошного окна. Эта форточка спасла мне жизнь. Я не знала, сколько смогу продержаться на сыром карнизе немеющими от напряжения руками, и старалась вниз не смотреть. Оставалось только постараться прийти в себя и наблюдать за происходящим за окном. А внутри было на что посмотреть! В прекрасном, и, как мне, окоченевшей, казалось, очень теплом зале находились двое. В центре помещения, ближе к входной двери стояла неотразимая Нина в вечернем платье, во всех возможных местах сверкая бриллиантами. Спиной ко мне, почти прижимаясь спиной к моему окну, стоял… Максим.

Боже мой! Он уже примчался. По первому же ее зову, забыв об опасности. Его же убьют! Я вздохнула. А сама бы я, может, и выбралась бы, хотя это тоже проблематично.

– Где снимки? – холодно спросила Нина.

– Сначала покажи мне живую Марину. – Нина подошла к двери и что-то прошептала, стоявшему за ней охраннику. Ага! Максим пришел за мной. Это с одной стороны приятно, но с другой… сейчас они обнаружат мое исчезновение, а, учитывая мое нынешнее положение, это рановато.

Нина вернулась к Максиму.

– Сейчас ты ее увидишь. Но получишь назад только тогда, когда выполнишь все мои условия. И не тяни. Она очень хорошенькая и сильно нравится ее сторожу. – Нина цинично улыбнулась – он может не сдержать наплыва чувств.

– А что тебе нужно кроме фотографий?

– Ты должен кое в чем убедить Горнова. – Нина снова обернулась к двери.

Кожаный мальчик вызвал ее в коридор. Все. Надо убегать. Я постучала в окно.

Максим обернулся, глаза его округлились. Он торопливо открыл окно и быстро втащил меня внутрь. Увидел мое синее от холода лицо, прижал к себе, будто хотел отогреть.

– Боже мой! Зачем ты туда забралась? Ты же могла разбиться, чучело!

– Потом отчитаюсь. Бежим скорее. Они не выпустят нас живыми.

Послышался шум за дверью. Бежать было поздно. Максим быстро сориентировался, и через секунду я уже стояла за бархатной тяжелой портьерой.

– Стой тихо и молчи в любом случае. Все будет хорошо. Главное не шевелись. Испортишь всю партию.

Может, Максим не такой уж и беспомощный? Может, у него есть уже какой-нибудь план? Во всяком случае, особого выбора у меня все равно нет. Я замерла, прижавшись к стене.

Нина влетела в гостиную. Вышла на террасу, выглянула в окно.

– Ничего она не найдет. Шнур уже на дне реки. – злорадно подумала я.

– Воры? С твоей-то охраной? – Насмешливо спросил Максим. Нет. Все-таки влюбленный человек так разговаривать с предметом обожания не будет. Наверное, я где-то ошиблась в своих умозаключениях.

– Тебя это не касается. – Нина нервничала. Поделом ей.

– Ты права. Где Марина?

– Я передумала ее показывать. Вы можете о чем-нибудь сговориться. Ты ее получишь только после выполнения моих условий.

– Нет. Я должен увидеть ее. Живой.

– Если ты все не сделаешь до завтрашнего полудня, ты ее увидишь по частям. И сильно сомневаюсь, что она будет при этом живой. – получалось у Нины очень убедительно. Хорошо, что Максим знал настоящее положение дел. Однако он сразу «сломался» и, не отходя от моей портьеры, с «отчаянием» бросил пакет с фотографиями на пол под ноги Нине. Она подняла пакет, проверила. Нашла негативы. Я с тревогой наблюдала из-за тюлевой занавески. Зачем он отдает ей гарантию нашей безопасности? Надеюсь, он знает, что делает.

– Что я должен завтра сказать Горнову? – усталым голосом продолжал мой «брат».

– Ты должен подтвердить, что гонорар за виллу получил.

Значит, Горнов, все-таки, не знал об этом! Если бы не фотографии, в нашем положении кое-что изменилось бы. Но Горнов все равно прикроет свою любимую женщину. Не позволит ее посадить за решетку. А значит, мы все-таки умрем.

Дверь гостиной распахнулась и в гостиную влетел Горнов. Он весь лучился счастьем.

– Здравствуй дорогая! Как ты хороша сегодня! – «сладким» не своим голосом произнес он и демонстративно поцеловал Нину в щеку. Женщина, по всей вероятности, не ожидала его прихода. Ее лицо выражало удивление и испуг.

– О каком гонораре речь? О том, на который ты приобрела это очаровательное колечко? – Он взял ее руку, что бы лучше рассмотреть на ее тонком красивом пальце кольцо. К сожалению, бриллиант, ценой в гонорар Максима, мне виден не был.

– Это же тот бриллиантик, который я тебе не захотел покупать – продолжал рассматривать руку своей любовницы Горнов.

– Я выиграла эти деньги в рулетку!

– Как ты всегда недооцениваешь меня, дорогая! Ты же знаешь, у меня море возможностей все проверить. Ты ни разу ничего не выиграла в рулетку. Никогда!

– Ты за мной шпионишь! – презрительно бросила Горнову Нина. – Ну, хорошо! Он сам – она величественно указала рукой с бриллиантом на Максима – мне это купил. Понимаешь, он был в меня влюблен. Но ты можешь мне поверить, между нами ничего не было.

– Охотно в это верю. Ты не в его вкусе. Твой любовник стоит сейчас за дверью и холодеет от ужаса, что я сейчас его уволю. А все остальное я проверил. – Он спокойно открыл свой дипломат и вынул какие-то бумаги – Вот твоя расписка в получении гонорара по поддельной доверенности от Максима, а вот твое душещипательное письмо с отказом от его проекта. – Горнов устало сел на роскошный диван… Видно, проведенное так срочно расследование отняло у него много сил. Его лицо стало непроницаемым – Когда два года назад ты впервые обманула от моего имени моего делового партнера на круглую сумму, мне стоило большого труда и затрат замять это недоразумение и восстановить наши деловые отношения. Ты клялась и божилась, что это в последний раз. Было такое? – Нина молча пожала плечами. – Я не купил тебе этот бриллиант, чтобы проверить, что ты будешь делать. Через неделю я обнаружил это милое колечко у тебя на пальце. Я проверил все свои сделки и все твои счета. Но найти ничего не мог. Я уже начал подозревать, что у тебя появился еще один источник финансирования кроме меня. Только благодаря этой славной девочке, его сестре, я смог все это раскрутить.

– Но ты же любишь меня! Как ты мог так мне не доверять?

– Ну, во-первых, никакая любовь не выдержит постоянной лжи. А во-вторых, не нужно патетики. У нас с тобой было определенное соглашение, где слово «любовь» не упоминалось. Я подходил тебе в финансовом отношении, ты прекрасно вписывалась в интерьер моего нового жилища. Ты должна была доказать, что можешь быть хозяйкой в моем доме, а я в этом случае обязывался на тебе жениться.

– Ты на мне не женишься, – констатировала спокойно Нина.

– Как я могу! Ты меня по миру пустишь.

– Это не худшее, что я с тобой могу сделать.

– Это уже интересно. Объясни.

– Я могу тебя посадить за решетку. И надолго! – Честно говоря, сейчас Нина вызывала у меня восхищение. Она была настоящим игроком и не впадала в отчаяние ни в какой ситуации.

– Каким образом? – улыбнулся Горнов.

– Я заявлю, что ты убил моего любовника.

– Которого из них? Того, что ты выбросила из окна? Я, кстати, до сих пор не могу понять, как тебе удалось такое сделать с молодым сильным мужчиной.

– Вот видишь. Следователь тоже легче поверит, что это сделал ты.

Горнов нахмурился.

– Меня не было в этот момент дома. У меня есть свидетель.

– Кто? Его сестра? – Она кивнула в сторону Максима, который на протяжении всего разговора прижимал меня через портьеру к стене. – Ты ее не найдешь. И ты, глупыш, – снова посмотрела она на Максима – ее больше никогда не увидишь.

– Что ты с ней сделала? – хором спросили оба мужчины.

– Она сама виновата. Хотела убежать, выпрыгнув из окошка в гостевой спальне, но немного промахнулась. Думаю, она сейчас плывет где-нибудь подо льдом, по маршруту своего предшественника. – спокойно сообщила Нина.

От такого цинизма кровь ударила мне в голову. Я попыталась выйти во всем своем гневном величии из-за портьеры, но Максим буквально вжал меня в стену, имитируя при этом полное потрясение услышанным. Горнов расстроенно посмотрел на него.

– Прости, я не сумел этого предвидеть.

Максим молчал. Нина праздновала победу.

– Ну, что, будем говорить конструктивно?

– Ты все равно ничего не сможешь мне сделать, Нина. Фотографии такого рода слишком мало, чтобы возбудить дело об убийстве.

– Мне это и не нужно. Пока ты будешь оправдываться, потеряешь репутацию, партнеров, заказы. Когда окончится разбирательство, ты будешь банкротом. Голым и честным, каким и должен быть настоящий идиот.

Горнов помолчал, потом тихо сказал.