От взгляда барона невольно почувствовала себя стейком из говядины под клюквенным соусом. Очень жадный липкий и голодный взгляд.
От неловкости осматриваю карету и по глазам бьет красная бархатная обивка с золотой бахромой. Внимание сосредотачивается на прихвате шторы. Его украшает крупная брошь в виде павлина. Невольно это удивительное украшение вызвало у меня улыбку. Прикрыв ладонью губы, прячу смешок за кашлем.
Улыбка тут же гаснет, едва сталкиваюсь взглядом с лицом барона. Неприятное липкое чувство растекается по венам. Стремительно и до помутнения рассудка.
– Куда мы едем? – обеспокоено выглядываю в окно. Безликая ночь и едва различимая дорога, – Где вы живете? – наконец решаюсь уточнить у мужчины.
– Не так далеко, моя дорогая, но все же мы остановимся ночлег, - на последнем слове барон хищно ухмыляется.
Меня пробивает осознание. Нет, барон не будет ждать свадьбы. Он уже сейчас видит во мне свою собственность.
– Вы не можете заставить меня! – в отчаянии хватаясь за ручку кареты, пытаясь открыть дверь. Запястье обжигает цепкой хваткой барона. Меня толкают обратно на диванчик, с которого я едва не скатываюсь на пол.
Барон шипит от злости и словно вывешивая незримую пощечину - называет цену, которую он заплатил моему дяде. Меня передергивает. Я его недооценила, сумма была весьма приличной.
Дальнейшую дорогу сижу притихнув. В голове в это время идет активный мозговой штурм.
Пока я лихорадочно размышляю над тем, как сбежать, мы приезжаем на постоялый двор и взгляд, которым награждает меня барон, не сулит мне ничего хорошего. Несмотря на то, что барон давно не молод, он еще довольно силен и следы, оставленные им на моем запястье - лучшее тому доказательство.
Выйдя из кареты я чувствую тошнотворный запах, исходящий со стороны конюшен. Где-то рядом было отхожее место и я невольно сжимаю ладонью нос. Осторожно иду, стараясь не наступить в грязь и испачкать единственные туфли. Тетушка так резво старалась избавиться от меня, что отправила меня с бароном совсем без вещей.
Барон снял для нас один номер на двоих и заказал для меня горячую ванну. Пока он занимался делами, я решила смыть с лица тянувшие кожу белила и принять горячую ванну, которую расторопные служанки уже подготовили к моменту, когда я зашла в номер. Растерянно провожу пальцами по лицу и вижу на них остатки от макияжа. Белила уже начали осыпаться и я первым делом смываю их, обмывая лицо в теплой воде. С чувством глубокой подавленности медленно раздеваюсь и ложусь в ванну с горячей водой. От воды идет пар, а в моей душе царит лютый холод. Липкий страх разносится по позвоночнику и мешает мыслить здраво. Тело начинает трясти от пережитого стресса, а я сижу в горячей воде и не знаю, что мне теперь делать. Испытываю жалость к себе какое-то время, но потом все резко меняется. Внезапно в груди разгорается жгучая злость. Злюсь на себя за то, что позволила стать себе слабой. Жалкое подобие некогда великого рода белых ведьм. Видела бы сейчас меня мать, покрылась бы пятнами от позора.
“Нет, я так просто не сдамся!” - наспех вытираюсь и одеваю свое бальное платье. К сожалению других вещей у меня нет. Смотрю на себя в зеркало и вижу большие глаза на бледном лице.
Неожиданно дверь скрипит и в номер входит барон. Смотрит на меня взглядом полным вожделения и перед тем как закрыть дверь на ключ, дает распоряжение охране никого в комнату не пускать. С чувством полного превосходства на лице идет прямиком ко мне.
– Без макияжа ты еще прекраснее, – хрипит барон, покраснев от натуги и пытается меня поймать. Толстый живот делает его слишком неповоротливым и уворачиваясь от его захвата я спешно убегаю так и не дав себя схватить. Барон злится. Он явно ожидал, что я послушно лягу в кровать и начну исполнять супружеский долг еще до свадьбы.
Я с этим не согласна.
Мы не женаты и я ему ничего не должна! К тому же у меня совсем другие планы. Отрицательно мотаю головой. Пользуюсь моментом и кидаюсь к двери, но запоздало вспоминаю, что барон закрыл ее на ключ. Жених хватает меня сзади за руки и тащит к кровати, опаляя зловонным дыханием.
– Я научу тебя послушанию, – шипит он мне на ухо.
Чувствую как внутри поднимается волна протеста и метка на запястье пылая огнем наполняет меня силой до краев.
– Пустите меня! – пытаюсь оттолкнуть барона. Крепкая хватка и ощущение ловушки подстегивают во мне нечто мощное, внутреннее. Ослепляющая вспышка бьет по глазам и меня вместе с бароном подбрасывает вверх. Удар затылком об обивку стены и я оседаю на пол.
Сознание на мгновение гаснет. Возвращается от стука в дверь.
Мгновенно вспоминаю, что за дверью находится оставленная бароном охрана. Паникую. Начинаю ходить по комнате туда-сюда и цепляюсь взглядом за ненавистного барона, который подозрительно тихо и неуклюже лежит на полу лицом вниз. Надеюсь он жив. Подхожу к нему и дрожащими руками проверяю на шее пульс.
– Святая матерь! – облегченно вздыхаю почувствовав пульс, хоть одной проблемой меньше. Не хотелось бы перед законом отвечать за его смерть. Достаточно предыдущего инцидента с герцогом.
Услышав странный шум в спальне, охранник стучит в дверь и спрашивает все ли в порядке. Не дождавшись ответа барона и правильно оценив обстановку тут же пытается выбить дверь. Не знаю, в какой угол забиться от очередной порции страха. Взгляд невольно цепляется за окно и я внезапно понимаю, что это мой единственный шанс. Приподнимая подол платья взбираюсь на подоконник и подавив в себе страх, вылезаю из окна. Опускаю ноги на карниз и осторожно продвигаюсь вдоль стены. Чудом удерживая равновесие стараюсь не смотреть вниз. Незаметно дойдя до другого окна, осторожно заглядываю туда. Вроде бы там никого не было.
