В соответствии с Евангелием от Иоанна 13:26f Иуда узнал о своей ужасной судьбе на Тайной вечере. После того как Христос объявил, что его предаст один из апостолов, они спросили, кто. «Иисус отвечал: тот, кому Я, обмакнув кусок хлеба, подам. И, обмакнув кусок хлеба, подал Иуде Симонову Искариоту».
Есть средневековые картины, на которых изображен Сатана в виде крохотного демона, входящего в рот Иуде, когда Христос подает ему этот кусок (рис. 12). Все происходит так, будто в тот момент Христос накормил Иуду ему предназначенной судьбой, а тот прилежно выполнил свое предназначение. Этим можно объяснить, почему предательство завершается «поцелуем» и почему Христос, получив поцелуй, называет Иуду «другом». Судьба Христа состояла в том, чтобы быть распятым. Поэтому он называет Иуду «другом» и гневно реагирует, когда Петр делает попытки избавить его от этой судьбы:
С того времени Иисус начал открывать ученикам Своим, что Ему должно идти в Иерусалим и много пострадать от старейшин и первосвященников и книжников, и быть убитым, и в третий день воскреснуть. И отозвав Его, Петр начал прекословить Ему: будь милостив к Себе, Господи, да не будет этого с Тобою! Он же обратившись сказал Петру: отойди от меня Сатана! Ты мне соблазн, потому что думаешь, не о том что божие, а о том что человеческое (Матф. 16:21—23).
ДОПРОС У КАИАФЫ
А ВЗЯВШИЕ ИИСУСА ОТВЕЛИ ЕГО К КАИАФЕ ПЕРВОСВЯЩЕННИКУ, КУДА СОБРАЛИСЬ КНИЖНИКИ И СТАРЕЙШИНЫ. ПЕТР ЖЕ СЛЕДОВАЛ ЗА НИМ ИЗДАЛИ, ДО ДВОРА ПЕРВОСВЯЩЕННИКОВА; И ВОШЕД ВНУТРЬ, СЕЛ СО СЛУЖИТЕЛЯМ И, ЧТОБЫ ВИДЕТЬ КОНЕЦ. ПЕРВОСВЯЩЕННИКИ И СТАРЕЙШИНЫ И ВЕСЬ СИНЕДРИОН ИСКАЛИ ЛЖЕСВИДЕТЕЛЬСТВА ПРОТИВ ИИСУСА, ЧТОБЫ ПРЕДАТЬ ЕГО СМЕРТИ, И НЕ НАХОДИЛИ; И ХОТЯ МНОГО ЛЖЕСВИДЕТЕЛЕЙ ПРИХОДИЛО, НЕ НАШЛИ. НО НАКОНЕЦ ПРИШЛИ ДВА ЛЖЕСВИДЕТЕЛЯ И СКАЗАЛИ: ОН ГОВОРИЛ: «МОГУ РАЗРУШИТЬ ХРАМ БОЖИЙ И В ТРИ ДНЯ СОЗДАТЬ ЕГО». И ВСТАВ ПЕРВОСВЯЩЕННИК СКАЗАЛ ЕМУ: ЧТО ЖЕ НИЧЕГО НЕ ОТВЕЧАЕШЬ? ЧТО ОНИ ПРОТИВ ТЕБЯ СВИДЕТЕЛЬСТВУЮТ? ИИСУС МОЛЧАЛ. И ПЕРВОСВЯЩЕННИК СКАЗАЛ ЕМУ ЗАКЛИНАЮ ТЕБЯ БОГОМ ЖИВЫМ, СКАЖИ НАМ, ТЫ ЛИ ХРИСТОС, СЫН БОЖИЙ? ИИСУС ГОВОРИТ ЕМУ ТЫ СКАЗАЛ; ДАЖЕ СКАЗЫВАЮ ВАМ: ОТНЫНЕ УЗРИТЕ СЫНА ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО, СИДЯЩЕГО ОДЕСНУЮ СИЛЫ И ГРЯДУЩЕГО НА ОБЛАКАХ НЕБЕСНЫХ. ТОГДА ПЕРВОСВЯЩЕННИК РАЗОДРАЛ ОДЕЖДЫ СВОИ И СКАЗАЛ: ОН БОГОХУЛЬСТВУЕТ! НА ЧТО ЕЩЕ НАМ СВИДЕТЕЛЕЙ? ВОТ, ТЕПЕРЬ ВЫ СЛЫШАЛИ БОГОХУЛЬСТВО ЕГО! КАК ВАМ КАЖЕТСЯ? ОНИ ЖЕ СКАЗАЛИ В ОТВЕТ: ПОВИНЕН СМЕРТИ.
(Матф. 26:57-66) (Рисунок 17)
Христа обвинили в том, что он угрожал разрушить храм Божий, местопребывание Яхве. Как мы можем судить из развития христианского мифа, фактически это намерение было скрытым. Таким образом, Иисус оказался предателем старых традиций, устоявшегося коллективного хранилища религиозных ценностей. Так можно объяснить установку Каиафы, о которой он говорит в Евангелии от Иоанна 11:50: «И не подумайте, что лучше нам, чтобы один человек умер за людей, нежели чтобы весь народ погиб». Страх, который испытывали первосвященники, выражался таким образом: «Если оставим Его так, то все уверуют в Него - и придут Римляне и овладеют и местом нашим и народом» (Иоан. 11:48). Но даже без римлян Христос угрожал Иудейской ортодоксии. И потому он был допрошен как еретик.
Для религиозной общины ересь считалась преступлением наравне с государственной изменой и даже более опасной, чем измена собственно государству. Мы можем измерить степень угрозы психике по интенсивности ответной защитной реакции. При таких мерках ересь для истинно верующего была смертельной угрозой. Она угрожала его высшей психической ценности и потому была более опасной, чем смерть, которая угрожала лишь его физическому существованию. Именно такая по интенсивности реакция у иудейских первосвященников оказалась констеллированной Христом.
Обвинениям в ереси, разумеется, недостает целостного взгляда на реальность психики. Для ортодоксального верующего любого вероисповедания психика существует не как автономная сущность, а только как метафизический гипостазис. При таком положении дел этот Христос бросает вызов. Он допускает, что он «Христос, Сын Божий», и это решает его земную судьбу В данном контексте это не инфляция. Это свидетельство реальности трансперсональной психики и ее сознательного проявления у отдельной личности, что является существенной чертой индивидуации.
ДОПРОС У ПИЛАТА
ТОГДА ПИЛАТ ОПЯТЬ ВОШЕЛ В ПРЕТОРИЮ, И ПРИЗВАЛ ИИСУСА, И СКАЗАЛ ЕМУ: ТЫ ЦАРЬ ИУДЕЙСКИЙ'? ИИСУС ОТВЕЧАЛ ЕМУ ОТ СЕБЯ ЛИ ТЫ ГОВОРИШЬ ЭТО, ИЛИ ДРУГИЕ СКАЗАЛИ ТЕБЕ ОБО МНЕ? ПИЛАТ ОТВЕЧАЛ: РАЗВЕ Я ИУДЕЙ? ТВОЙ НАРОД И ПЕРВОСВЯЩЕННИКИ ПРЕДАЛИ ТЕБЯ МНЕ; ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ? ИИСУС ОТВЕЧАЛ: ЦАРСТВО МОЕ НЕ ОТ МИРА СЕГО; ЕСЛИ БЫ ОТ МИРА СЕГО БЫЛО ЦАРСТВО МОЕ, ТО СЛУЖИТЕЛИ МОИ ПОДВИЗАЛИСЬ БЫ ЗА МЕНЯ, ЧТОБЫ Я НЕ БЫЛ ПРЕДАН ИУДЕЯМ; НО НЫНЕ ЦАРСТВО МОЕ НЕ ОТСЮДА. ПИЛАТ СКАЗАЛ ЕМУ ИТАК ТЫ ЦАРЬ? ИИСУС ОТВЕЧАЛ: ТЫ ГОВОРИШЬ, ЧТО Я ЦАРЬ; Я НА ТО РОДИЛСЯ И НА ТО ПРИШЕЛ В МИР, ЧТОБЫ СВИДЕТЕЛЬСТВОВАТЬ ОБ ИСТИНЕ; ВСЯКИЙ, КТО ОТ ИСТИНЫ, СЛУШАЕТ ГЛАСА МОЕГО.
(Иоан. 18:33-37)
Для Каиафы ключевым был вопрос: «Ты ли Христос, Сын Божий?» Для Пилата этот вопрос звучит по-другому: «Итак ты царь?» Это религиозная и политическая версии одного и того же вопроса. С психологической точки зрения вопрос должен ставиться так: «Обладаешь ли ты внутренней трансперсональной властью, которая берет верх над коллективной религиозной и политической властью?» Наличие такой власти делает человека в символическом смысле «Сыном Божиим» и «царем».
9. БИЧЕВАНИЕ И ИЗДЕВАТЕЛЬСТВО
Божественный процесс изменений проявляется для нашего человеческого понимания... как наказание, мука, смерть и преображение.
ТОГДА ПИЛАТ ВЗЯЛ ИИСУСА И ВЕЛЕЛ БИТЬ ЕГО.
(Иоан. 19:1)
ТОГДА ВОИНЫ ПРАВИТЕЛЯ, ВЗЯВШИ ИИСУСА В ПРЕТОРИЮ, СОБРАЛИ НА НЕГО ВЕСЬ ПОЛК И, РАЗДЕВШИ ЕГО, НАДЕЛИ НА НЕГО БАГРЯНИЦУ; И, СПЛЕТШИ ВЕНЕЦ ИЗ ТЕРНА, ВОЗЛОЖИЛИ ЕМУ НА ГОЛОВУ И ДАЛИ ЕМУ В ПРАВУЮ РУКУ ТРОСТЬ; И, СТАНОВЯСЬ ПЕРЕД НИМ НА КОЛЕНИ, НАСМЕХАЛИСЬ НАД НИМ, ГОВОРЯ- РАДУЙСЯ, ЦАРЬ ИУДЕЙСКИЙ! И ПЛЕВАЛИ НА НЕГО И, ВЗЯВШИ ТРОСТЬ, БИЛИ ЕГО ПО ГОЛОВЕ. И КОГДА НАСМЕЯЛИСЬ НАД НИМ, СНЯЛИ С НЕГО БАГРЯНИЦУ И ОДЕЛИ ЕГО В ОДЕЖДЫ ЕГО, И ПОВЕЛИ ЕГО НА РАСПЯТИЕ.
(Матф. 27:27-31) (Рисунок 19)
Эти события символизируют дальнейшую деградацию эго. Мучения и унижения относятся к фазе mortificatio индивидуационного процесса. «Переживание Самости всегда является поражением для эго»3. Эго должно стать релятивистским, чтобы освободить место для Самости. Целостность Самости привносит с собой тень, встреча с которой всегда оборачивается болезненным унижением. Только днем или двумя раньше Христос изгонял торгующих из храма. Теперь гонения, причем многократно усиленные, обрушились на него самого.
Физическая и психологическая мука Христа, кульминацией которой становится распятие, имеет некую параллель в описании «страданий слуги Яхве» в Книге Исаии 53:3-5, 11:
Он был презрен и умален перед людьми, муж скорбей и изведавший болезни, и мы отвращали от Него лице свое; Он был презираем, и мы ни во что ставили Его. Но Он взял на Себя наши немощи, и понес наши болезни; а мы подумали, что Он был поражаем, наказуем и уничижен Богом. Но Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши;
наказание мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исцелились.
На подвиг души Своей Он будет смотреть с довольством; чрез познание Его Он, Праведник, Раб Мой, оправдает многих, и грехи их на Себе понесет.
Страдающего слугу Яхве можно понять как олицетворение возрождающейся природы «осознания целостности». Она не имеет ничего общего с кротостью, связанной с тем, чтобы подставить вторую щеку, а наоборот, относится к тому, что проходящее через процесс индивидуации эго может перенести нападки со стороны власти, не идентифицируясь с ними, то есть не защищаясь в ответ и не впадая в отчаяние. В результате будет достигнута постепенная трансформация коллективной психики. «Он, Праведник, Раб Мой, оправдает многих, и грехи их на Себе понесет». Таким образом, пишет Юнг, «мир завоеваний Цезаря превратился в Царство Небесное».
10. РАСПЯТИЕ
Реальность зла и его несовместимость с добром растаскивает на части противоположности и неизбежно ведет к распятию и подвешиванию в пустоте всего живого. Поскольку душа по своей природе является «христианской», этот результат приходит так же неизбежно, как это было в жизни Иисуса: мы все должны быть «распяты вместе с Христом», то есть подвержены моральным страданиям, сопоставимым с настоящим распятием.
И ПРИШЕДШИ НА МЕСТО, НАЗЫВАЕМОЕ ГОЛГОФА, ЧТО ЗНАЧИТ «ЛОБНОЕ МЕСТО», ДАЛИ ЕМУ ПИТЬ УКСУСА, СМЕШАННОГО С ЖЕЛЧЬЮ; И, ОТВЕДАВ, НЕ ХОТЕЛ ПИТЬ, РАСПЯВШИЕ ЖЕ ЕГО ДЕЛИЛИ ОДЕЖДЫ ЕГО, БРОСАЯ ЖРЕБИЙ; И СИДЯ СТЕРЕГЛИ ЕГО ТАМ. И ПОСТАВИЛИ НАД ГОЛОВОЮ ЕГО НАДПИСЬ, ОЗНАЧАЮЩУЮ ВИНУ ЕГО: СЕЙ ЕСТЬ ИИСУС, ЦАРЬ ИУДЕЙСКИЙ. ТОГДА РАСПЯТЫ С НИМ ДВА РАЗБОЙНИКА: ОДИН ПО ПРАВУЮ СТОРОНУ, А ДРУГОЙ ПО ЛЕВУЮ.
