Читаем без скачивания Преступление, помощь на дому, наказание, деньги, убийство пенсионерки - Маттиас Андерсон

Мэрта: О ГОСПОДИ БОЖЕ МОЙ! ПОЩАДЫ! ПОЩАДЫ! НЕУЖЕЛИ НИКОГО ИЗ СОСЕДЕЙ НЕТ ДОМА, И НИКТО МНЕ НЕ ПОМОЖЕТ!

Расул: НЕТ! НИКОГО ЗДЕСЬ НЕТ, И НИКТО… (Вдруг приходит в себя). Что?.. Что такое?.. Ты о чем? Что со мной?.. Что это я?..

Мэрта (Жалостливо). Пожалуйста, помогите мне, пожалуйста, спасите…

Расул: Ведь я… Что это со мной… Старушку… Одинокую больную старушку… Из-за каких-то денег… Что на меня нашло… (Опускает топор).

Лейла (Спокойно). Расул…

Мэрта: Пощады…

Расул: Да меня за решетку надо… (Садится на стул).

Долгая пауза. Действие как бы остановилось, беспорядочный вакуум. Все замерли на месте. Откуда-то сбоку неуверенно выходит БЬОРН…

Бьорн: Ой… Что это?.. Э! Расул!.. Что случилось?.. Слушай… Что такое?.. Ты что?.. Эту старуху… Из-за денег?.. И вы… Вернее, мы… Как же… (Выходит на край сцены). Я хочу сказать… что… Если посмотреть… Ну да, Расул… Ему 22 года… И у него — т. е., у его семьи, т. е., и у моей семьи — нет вообще никаких денег, в обществе, где, что бы ни говорили, все зависит от денег, money, geld. Квартира, образование, стоматолог, медицина, пенсия, страховки, одежда, еда, питье, транспорт, детский сад, дети — все стоит денег, денег, денег. И поскольку у него нет денег, money, geld, то можно спросить себя — эта восьмидесятипятилетняя старуха… Ну серьезно… Я читал в одной книге: «Благодаря достижениям в области медицины и техники, средняя продолжительность жизни в такой стране как Швеция вдвое превышает продолжительность жизни, например, в африканской Гвинее. В Швеции на тысячу жителей приходится десять новорожденных; в Гвинее примерно в четыре раза больше, хотя около двенадцати процентов новорожденных не выживает. В 2015 году в Швеции, возможно, будет самый низкий прирост населения в мире — более того, можно даже предположить сокращение населения на 0,05 процента; прирост населения в Гвинее составит от двух до четырех процентов». А в другой книге, моей любимой, русской книге, один герой рассуждал вот как: «С одной стороны, глупая, бессмысленная, ничтожная, злая, больная старушонка, никому не нужная и, напротив, всем вредная, которая сама не знает, для чего живет, и которая завтра же сама собой умрет. С другой стороны, молодые, свежие силы, пропадающие даром без поддержки, и это тысячами, и это всюду! Сто, тысячу добрых дел и начинаний, которые можно устроить и поправить на старухины деньги, обреченные в монастырь! Сотни, тысячи, может быть, существований, направленных на дорогу; десятки семейств, спасенных от нищеты, от разложения, от гибели, от разврата, от венерических больниц, — и все это на ее деньги. Убей ее и возьми ее деньги, с тем, чтобы с их помощию посвятить потом себя на служение всему человечеству и общему делу: как ты думаешь, не загладится ли одно крошечное преступленьице тысячами добрых дел? За одну жизнь — тысячи жизней, спасенных от гниения и разложения. Одна смерть и сто жизней взамен — да ведь тут арифметика! Да и что значит на общих весах жизнь этой чахоточной, глупой и злой старушонки? Не более как жизнь вши, таракана, да и того не стоит, потому что старушонка вредна. Эх, брат, природу поправляют и направляют, а без этого пришлось бы потонуть в предрассудках. Без этого ни одного бы великого человека не было. Говорят: „долг, совесть“, — но ведь как мы их понимаем?»… Да, как мы их понимаем?

Пока БЬОРН произносит последние слова своей реплики, РАСУЛ, словно в беспамятстве, снова поднимается с топором в руке, и подходит к МЭРТЕ.

Расул (Замахнувшись топором). Что?.. Нет, я… Долг и совесть… Как мы их, как мы их… (Угрожающе заносит топор над головой МЭРТЫ). ПОНИМАЕМ!

В ту же минуту МЭРТА хватается за сердце, судорожно дергается в своей коляске, вращает глазами, ловит воздух ртом.

Мэрта: ААААААААААААААААААААААААААА!

Опадает, с закрытыми глазами, как мертвая, неподвижно повисает в коляске.

Долгая пауза.

Расул (В полном замешательстве). Чего?.. Как?..

Лейла (Медленно). Расул…

Расул: Что?..

Лейла: Что?..

Расул: Что происходит?..

Лейла: Что ты?..

Расул: Я…

Лейла: Наделал?

Расул: Я даже до нее не дотронулся, просто хотел напугать…

Лейла: Она же…

Расул: И…

Лейла: Ты же…

Расул: Я только…

Лейла: Убил ее!

Расул: Она умерла… Что я наделал?.. (В панике) НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!

В ужасе бросает топор на пол и кидается к двери, выбегает из квартиры.

ЛЕЙЛА одна, не двигается. Смотрит, как парализованная, на тело МЭРТЫ.

Топор лежит на полу.

Долгая пауза.

И вдруг МЭРТА резко оживает.

Мэрта: А вот и я! Ну что, получил!

Лейла (Чуть не падает от неожиданности). Блиин!

Мэрта: Что, проглотил!

Лейла: Блин!

Мэрта: Теперь-то научится вести как следует, а не врываться к честным людям и размахивать топорами у них над головой!

Лейла: Блин!

Мэрта: Ты что, больше слов не знаешь, милочка? Иди прополощи рот и запишись на курсы шведского языка для начинающих!

Лейла: Да кто ты такая? Чего тебе надо? Да ты же просто…

Мэрта: …Да, да, да — да покается грешник, и блаженны кроткие!

Лейла: ДА ТЫ ПРОСТО ЧОКНУТАЯ СТАРУХА!

Мэрта: Дует что-то, смотри, как бы крышу не унесло!

Лейла: Да как ты можешь… Считаешь себя лучше всех… Да ты же…

Мэрта: Пом-тидили-пом-тидили-пом-тидили-пом… Что-то у меня в животе заурчало, не пора ли перекусить?

Лейла: Только прикалываешься, все время прикалываешься над нами…

Мэрта (Поет). «Немного попить, немного поесть…»

Лейла: Да я… я…

Мэрта (Поет). «Вот и все, что мне нужно…»

Лейла: Я же старалась…

Мэрта (Поет). «Немного попить, немного поесть…»

Лейла: Я правда старалась… Изо всех сил… Старалась вам помочь… А вы за это обливаете меня дерьмом…

Мэрта: Добро пожаловать в реальность, милочка!

Лейла: Я вкалываю, корячусь, убираю за вами… А вы… Только и делаете, что стебетесь!

Мэрта: А мне, думаешь, легко приходилось? Думаешь, я всю жизнь на танцульках плясала?

Лейла: Ну и что… И поэтому надо… вымещать свою злобу на мне, измываться над нами… Сидите тут на своих деньгах, как…

Мэрта: Клин клином вышибают.

Лейла: ДАВАЙ СВОИ ГРЕБАНЫЕ ДЕНЬГИ!

Мэрта: Что? Ну довольно, хватит тут концерты устраивать!

Лейла: Гони деньги, я сказала!

Мэрта: Подожди-ка, ты что, тоже…

Лейла: Ты что, не поняла! Давай деньги! А не то… Я тебя… Я тебя… (Хватает с пола топор). Гони деньги, я сказала!

Мэрта: Подожди-ка, подожди-ка…

Лейла (Надвигается на нее с топором). ДАВАЙ МНЕ СВОИ ГРЕБАНЫЕ ДЕНЬГИ, ТЫ ЧТО, ОГЛОХЛА!

Мэрта:  НЕТ! ОПЯТЬ! СПАСИТЕ! СПАСИТЕ! ВОЗЬМИ ИХ! ВОЗЬМИ! ВОЗЬМИ!

Лейла (Опускает топор). Что?… Чего? Где они?..

Мэрта: Там! Нет, здесь! Вот ключик! У меня на шее! От шкатулки! На русском киоте!

Лейла: Да?.. Окей… И не вздумай звонить в полицию, а не то я тебя прикончу, вернусь и прикончу тебя, клянусь…

Мэрта: Нет, нет, нет… Ты права!.. Вы правы!.. Забирай все эти деньги!.. Вам они нужны больше, чем мне!.. Но скорее!.. Скорее беги отсюда с этими миллионами!..

Лейла: Что?.. А… Окей…

Слегка ошалев, ЛЕЙЛА, как вор-дилетант, хватает шкатулку, ключ и топор. Быстро убегает.

Сцена 25

БЬОРН один, на другом конце сцены.

Бьорн (К публике). Ну и… Да, точно… Так… Именно… Так, похоже, «конец» приближается к концу, или заканчивается… Бедняк разбогател, а богач расстался со своим богатством… Лейла какое-то время бродила по окрестным улицам в поисках Расула… Но не нашла… И тогда она отправилась домой со своим богатством… Через полчаса она появилась в квартире, сразу прошла на кухню… Где ее с нетерпением ждала мама Ясмин…

ЛЕЙЛА решительно входит в кухню, прижимая к груди шкатулку.