* Пятеро сыновей Драупади были подло убиты Ашваттхамой сразу после победы Пандавов.
** Сын Субхадры - Абхиманью - погиб в битве как герой.
На это Видура ответил, что он совершал паломничества ко многим святым местам. Братья сосредоточенно слушали, поощряя его вопросами. Дхармараджа часто повторял, что он ждет того дня, когда и он сможет испытать эти святые чувства. Каждый раз, как упоминалась какая-либо святыня, он благочестиво складывал ладони, закрывал глаза и старался представить себе это святое место. Бхима спросил: "Дошел ли ты до Двараки? Пожалуйста, расскажи о своих переживаниях там". Дхармараджа добавил: "Ты должно быть встретил там Господа Кришну, не так ли? Расскажи нам как можно подробнее, как это произошло". Кунти Деви также жаждала услышать его рассказ, ибо воскликнула: "Расскажи же нам, расскажи. Там сейчас мой сын Арджуна, ты, должно быть, видел и его. Как они все? Надеюсь, что престарелые родители Кришны, Нанда и Яшода, здоровы. А Деваки и Васудева?" На Видуру обрушился шквал вопросов, не давая ему заговорить.
Видура был не слишком расположен отвечать. Он говорил, стараясь не затрагивать эту тему, потому что ещё по пути в Двараку он узнал от Уддхавы, что род Ядавов исчез, а Кришна оставил Своё тело. Но Видуре не хотелось огорчать Пандавов, тем более, что после столь долгого его отсутствия они так радовались встрече. "Зачем мне, принесшему им столько радости, становиться тем человеком, кто эту радость и отнимет?" - рассудил он. "Они, безусловно, узнают обо всём от Арджуны, который вернется из Двараки с печальными новостями". Поэтому он оставил при себе известия, готовые было сорваться с его уст, и ограничился описанием Славы Кришны. "Мне не хотелось навещать родственников в одеждах аскета, так что я не встречался ни с кем из предводителей Ядавов, ни с Нандой и Яшодой", - сказал он и умолк. Больше о Двараке и о своих паломничествах он не рассказывал.
"Я пришел к вам потому, что услышал о вашей победе в войне и, что вы, наконец, мирно правите царством, которое было вашим по праву. Я почувствовал неодолимое влечение к детям, которых воспитывал с малых лет. Оно-то и привело меня сюда. Среди всех моих родственников мне захотелось навестить только вас и больше никого". Сказав так, Видура перешёл к изложению учений Веданты, которыми он хотел с ними поделиться. По окончании беседы Дхармараджа предложил Видуре остаться и лично проводил гостя в специально для него приготовленные покои.
Затем Дхармараджа назначил несколько человек в услужение Видуре и предложил ему отдохнуть во дворце. Видуру не прельщала мысль проводить время в этой обители роскоши, но не желая огорчать Дхармараджу, он вошёл в приготовленный для него особняк, прилёг на ложе и задумался о прошлом. Он вздохнул, когда понял, что военная хитрость его собственного брата, слепого Дхритараштры, которую тот использовал, желая уничтожить Пандавов - детей другого своего брата, Панду, отразилась на нём самом, и привела к гибели его собственного рода. Он восхищался великодушием, проявленным Дхармараджей по отношению к Дхритараштре, несмотря на то, что последний всячески преследовал Пандавов. Дхармараджа с верой и преданностью оказывал ему великое почтение и заботился о нём. Видура испытывал крайнее отвращение, вспоминая о злодеяниях Дхритараштры; ему было стыдно, что тот купается в роскоши вместо того, чтобы воспитывать в себе непривязанность к пустым чувственным наслаждениям, и не пытается осознать цель человеческой жизни - освобождение из круга рождения и смерти. Видуру охватило чувство невыносимой муки от того, что брат его так растрачивает немногие оставшиеся годы жизни на земле.
Его видение йога подсказывало ему, что и Пандавы скоро уйдут, что Кришна, который всегда хранил их, позаботится о них и здесь, и в дальнейшем. Но Видура подозревал, что после ухода Пандавов слепой царь будет страдать ещё больше, и решил отправить своего брата совершать паломничество, чтобы тот осознал своё истинное предназначение. Откладывать своё вмешательство ему не хотелось, и, выскользнув из дворца никем не замеченный, под покровом темноты, он направился прямо в покои Дхритараштры.
Слепой царь и царица Гандхари, зная о прибытии Видуры, конечно же, ожидали, что он навестит их. Поэтому, когда Видура вошел, Дхритараштра обнял его и заплакал от радости. Он не смог себя сдержать. Он не переставал перечислять беды, свалившиеся на него и его детей, жаловался на свою несчастную судьбу. Видура пытался утешить его, напоминая соответствующие места писаний, но вскоре понял, что окаменевшее сердце старика не смягчить простыми советами, что его глупость можно сокрушить лишь более решительными мерами.
Потому он изменил тон и перешел к обвинениям и проклятиям. Услышав это, Дхритараштра встревожился. Он укорил Видуру: "Брат! Мы скорбим о потере ста наших сыновей, а тут ещё ты пронзаешь нас острым жалом гневных обвинений. Зачем ты пытаешься огорчить нас, когда мы ещё не успели вкусить радости от встречи с тобой по прошествии стольких лет? О, почему мне приходиться упрекать тебя в такой черствости сердца? Все смеются надо мной, все обвиняют меня, и даже тебе я не имею права пожаловаться". Он склонил голову, обхватил её руками и умолк.
Видура понял, что настал подходящий момент для того, чтобы внушить царю идею отречения, ведь только оно могло спасти Дхритараштру от гибели. Видура знал, что его собственное намерение безупречно, ибо его целью было заставить своих родичей совершить паломничество к святым местам, встретить великих и благих людей, познать Господа внутри себя и таким образом обрести спасение. Поэтому он решил использовать ещё более суровые слова, чтобы вызвать в Дхритараштхе и царице внутреннюю перемену. Так, испытывая жалость к их нынешнему положению, Видура думал о тех страшных днях, когда им понадобится всё их мужество, которое может дать им только знание (Джнана); потому он и решил побудить их к действию. "О глупый царь! - сказал он, - Разве у тебя нет стыда? Ты всё ещё находишь радость в земных удовольствиях? Какая в них польза, если ты увяз в этой трясине до самой смерти? Я-то думал, что ты уже сыт этим. Время - это кобра, которая затаилась и ждет момента, чтобы смертельно укусить тебя. Ты смеешь надеяться, что сможешь избежать её укуса и жить вечно! Но ещё никто, как бы велик он ни был, не смог избежать её жала. Ты гоняешься за счастьем в этом преходящем мире и стараешься исполнить свои желания, чтобы достичь какого-то жалкого удовлетворения. Ты теряешь драгоценное время. Сделай же свою жизнь достойной. Ещё не поздно одуматься и что-либо предпринять. Оставь эту клетку, которую ты зовешь домом, выброси из своего ума презренные удовольствия сего мира. Вспомни о той высшей радости, что ждет тебя, о мире, который зовёт тебя, о цели этого пути. Спаси себя! Уйди от безрассудного удела - в муках разлуки с родственниками оставлять эту жизнь. Готовь себя умереть с мыслью о Господе, преобладающей в уме в момент ухода. Гораздо лучше умереть в радости в непроходимом тёмном лесу, чем в скорби во дворце этого стольного града. Ступай же! Ступай и совершай подвижничество (тапас). Уйди из дворца, из этой тюрьмы, которую ты называешь домом!"
7. Совет Видуры
Видура продолжал увещевать Дхритараштру: "Ты дожил до такого почтенного возраста, а всё ещё без стыда и колебаний живешь, подобно собаке. Возможно ты и не стыдишься этого, но зато я стыжусь! Позор! Твой образ жизни ещё хуже, чем у вороны".
Дхритараштра не смог больше этого выдержать. "О, хватит, довольно, - вскричал он, - пожалуйста, остановись. Ты смертельно ранишь меня. Брат брату не должен так говорить. Слыша всё это, я начинаю думать, что ты - не Видура, ты - не мой брат. Он не стал бы так меня огорчать. Разве Дхармараджа, у которого я сейчас нахожусь, мне чужой? Разве я нашел прибежище не у своего родича? Что же такое ты говоришь? Зачем эти жестокие слова! Дхармараджа относится ко мне с большой любовью и заботой, как же ты можешь говорить, что я живу, как собака или ворона? Если ты думаешь так, то это грешно. Это всего лишь моя судьба и ничего больше". Дхритараштра склонил голову и застонал.
Видура с насмешкой сказал: "У тебя что, нет стыда, что ты так говоришь? Дхармараджа по доброте своей может заботиться о тебе больше, чем о родном отце, он может присматривать за тобой лучше, чем за собственными сыновьями, - это всего лишь свойство его характера. Это лишь слава его имени. Ну, а сам ты не думаешь о своём будущем? Ты стоишь одной ногой в могиле, но слепо продолжаешь набивать желудок и купаться в роскоши. Вспомни, как ты досаждал Дхармарадже и его братьям, чтобы угодить своим подлым сыновьям и осуществить их гнусные намерения, как ты замышлял разные хитрости для уничтожения Пандавов. Ты завлек их в просмоленный дом и приказал поджечь его, ты пытался отравить их; прилюдно самым подлым образом вы оскорбляли их царицу Драупади. Ты и твой отвратительный выводок насылали беду за бедой на сынов Панду, твоего брата. Слепой, старый, толстокожий слон, ты восседал на троне, то и дело вопрошая тех, кто рядом: что происходит сейчас, а что сейчас? Как же ты можешь оставаться в этом дворце, наслаждаясь гостеприимством Дхармараджи, помня обо всех беззакониях, совершенных тобой ему на погибель? Когда ты обдумывал, как покончить с ними, разве они от этого перестали быть твоими родными? Или же ты породнился с ними только сейчас, когда перебрался жить к ним? Ты гордо, без малейшей тени стыда, заявляешь мне, что они хорошо к тебе относятся!
