не получила должной оценки в этом плане.
Стоит заметить, что и тот синтез «сакрального» и «секулярного», который произвела «христианская» цивилизация в самом своем начале, а именно в период раннего христианства и патристики, отрицается особенно упорно. Именно против него, существовавшего в виде двух блоков – «Священного Писания» и «Священного Предания», активно выступил М. Лютер, гуманисты, просветители, марксисты. В итоге исходная парадигма современной культуры рассыпана на свои составляющие. Вероятно, особая заслуга в этом принадлежит гуманистам, которые через излишнее возвеличение человека произвольно усилили одну из составляющих (античность), дискредитировав две остальные (христианство, варварская культура). Просвещение попыталось создать исключительно секулярный синтез, фактически без христианства и на основе античной и «варварской» культур как «прогрессивных» и он оказался достаточно хорош на этапе противостояния с уходящим традиционным обществом, но пробуксовывает в конце тысячелетия. Естественно, напрашивается мысль о том, что в современной культуре необходимо использовать все «три источника», что без «религиозных» идей и современная культура невозможна. Дело не в лежащей в ее основе идее сверхъестественного, хотя и она окончательно не опровергнута, а лишь отброшена как якобы ненужная. Это отбрасывание (цель и суть крайнего атеизма), кстати, всегда особенно заметно в переходные периоды, что великолепно показали советские историки религии на примере истории свободомыслия.
Отбрасывание «религии» хорошо при проведении политической или экономической экспансии. Религия, акцентируя внимание на таких «потусторонних» ценностях, как совесть, справедливость, любовь, явно в этом случае путается под ногами. Можно вспомнить при этом историю Римского государства, которое особенно в период империи проводило активную экономическую экспансию. Римляне по сути предложили себя как некий экономический штаб, как своеобразную маркетинговую фирму и после того, как была окончательно инициирована моноцентричная (римоцентричная) конструкция «Средиземноморья», естественно на свет появилась и политико-социальная модель империи, которая, однако, была в этой привязке отвергнута евразийским сообществом. Это и было сутью той «революции» при переходе от античности к средневековью, которую пытались описать советские историки. Империя («pax romana») была отвергнута как «тюрьма народов» и ей на смену пришел «христианский мир» («pax christiana») как общекультурная дисперсная цивилизация.
Беда и современной цивилизации в этом разрыве светского и религиозного, который наблюдался в период римского «язычества». Это кажется логически необходимым, ибо складывается светская цивилизация, но не стоит забывать, что религиозное это не только культовое и эмоциональное. В таких формах религия существует в период своего расцвета и заката. Против этих форм и выступают, как правило, «еретики» и «революционеры». Они действительно отдаляются от важных общественных проблем и даже ежедневных народных нужд. Как неплохо показано в марксистских исследованиях, такая «религия» и такая «церковь» и способствуют распространению «опиума для народа». Права и возможности низших, особенно маргинальных слоев населения максимально ограничены. Эти люди фактически «эксплуатируются», т. е. используется почти так же хищнически, как рабочий скот, они нужны лишь как примитивные исполнители. Естественно, что тяжелый труд, тяжелые условия жизни и ее самый низкий уровень порождают стремление к использованию лишь компенсаторной функции религии. Религия действительно (наряду с примитивной культурой, попсой, алкоголем и т. п.) начинает превращаться в вариант духовного наркотика, задача которого держать народ «в узде». Против такого «сползания» религии и церкви всегда активно выступали вожаки крестьянских восстаний и пролетарские предводители. Разумеется, такую опасность видят и сами деятели церкви и пытаются ее предотвратить. В нововременной литературе подобные «грехи» церкви изображены особенно ярко и критично.
И все же религия и церковь сложнее. Это институты, у которых великие заслуги перед человечеством и об этом тоже надо помнить. Еще важнее те идеи, нормы и рецепты, которые христианство предложило человечеству.
Само христианство может и не использоваться, но эти идеи все еще востребованы. Кстати, именно генетической связью религии с цивилизационной парадигмой и обусловлена так называемая пронизанность средневековой культуры религиозными представлениями и настроениями. Христианство потому и господствовало в культуре, что являлось формой общецивилизационной парадигмы и «говорило» на языке своего времени.
Вероятно, есть смысл взглянуть на средневековую историю и с позиций пассионарной теории Л. Н. Гумилева. Пассионарность, по его мнению, избыток биохимической энергии живого вещества, порождающий непреодолимое внутреннее стремление к каким-либо целям. Она характерна для этноса. Однако, вероятно, можно говорить не только о физической пассионарной энергии, но и духовной энергетике религии. Строго говоря, Библия и христианство и сообщают об этой двойственной энергетике, связанной с «телом» (физическая энергия) и «душой» (духовная энергия). В данной работе я в какой-то мере и пытался подчеркнуть роль не столько физической пассионарности (нет смысла ее отрицать), сколько духовной. Именно она определяет вектор развития цивилизации и направляет физическую энергию в «нужное» русло. Дихотомия Тело / Душа или физическая энергия / духовная весьма болезненна для истории и христианство прилагает самые неимоверные усилия по налаживанию консенсуса между ними.
На каждом этапе европейской истории роль христианства постоянно активна. Вместо пресловутых слов «господство» или «кризис» лучше говорить о разных формах и методах влияния религии, что, собственно говоря, и надо изучать досконально и не предвзято, одинаково дистанцируясь крайностей как ниспровергающего атеистического подхода, так и утрированно понимаемой религиозно-церковной апологетики.
Остается добавить последнее – религия, особенно христианство, основана именно на анализе исторического материала и в этом смысле она великолепно описывала ситуацию несколько тысячелетий. Маркс сменил Христа, но, быть может, лишь на время?
Она ставит перед собой задачу как раз на историческом материале обосновать свои догматы и делает достаточно успешно до сих пор, потому и пользуется огромной популярностью, скажем, христианская философия истории.
Думается, нижеследующий материал может послужить неплохой иллюстрацией того, что и религия в целом, и конкретно библейский текст играли и могут продолжать играть важнейшую роль в развитии человечества.
Глава 2
Библия как историко-культурный феномен и действующий текст в истории цивилизации
Право, приятно,
Когда развернешь наугад
Древнюю книгу,
И в сочетании слов
Душу родную найдешь…
(Татибан Акэми, эпоха Эдо)
До сих пор в европейской и мировой культуре существуют и борются различные трактовки Библии, что в определенной степени свидетельствует о сохраняющихся культурных разломах внутри цивилизации.
Прежде всего, надо отметить наличие ее различных переводов. Это еврейско-иудейский акцент на Торе (Пятикнижии Моисеевом) с игнорированием новозаветных сочинений, опора католицизма на канонизированный в рамках патристики перевод Иеронима Блаженного («Вульгата»), ее модернизация протестантами (особенно лютеровский перевод) и акцент в православии на древнегреческом варианте (Септуагинта). Есть смысл учитывать и попытки дезавуировать библейский текст в целом, объявив его набором нелепостей (просветительская и марксистская трактовка).
Европейская трактовка Библии в силу своей цивилизационной специфики не только
