приехал курьер и они приступили к еде. Дан был очень уставшим и Лиза не стала спрашивать ничего. Хотя хотелось узнать, что случилось.
— Нужно поспать сейчас, выпей таблетки.
— А что это за таблетки?
— Малыш, давай утром? Хорошо?
— Ты мой телефон не забирал?
— Лиз, если ты помнишь, я приехал к тебе, тебе стало плохо, я перевёз тебя сюда, вызвал врачей. У тебя коронавирус, у меня тоже. Пока мы на самоизоляции. Я болею в легкой форме, у тебя же все сложнее. Завтра придет врач и осмотрит нас. Родители твои звонили мне, они знают что случилось, — он поднялся и отдал ей телефон из тумбочки. — Я пойду спать в гостиную, раз тебе лучше.
— Дан, спасибо, что заботишься обо мне. Ты не обязан был это делать.
— А мне кажется, что обязан. Я тебя люблю, — он поцеловал ее в макушку и вышел.
И что вот с этим делать? Как ему сказать, что больше ничего не может быть, что она любит другого? А звонил ли он? Лиза включила телефон — ужас какой, три дня прошло. Значит она лежит так уже три дня. И ни одного звонка от Глеба и смс. Может, он испугался ее признания? Он же не такой взрослый, как Дан. Он обычный молодой парень, зачем ему все так серьезно начинать? Глеб артист и ему бы было легко и просто сыграть, а затем захлопнуть дверь и забыть про нее. И как звонить в этой квартире, она же обидит Дана, тем более он тоже болеет. И почему же он не позвонил ни разу, пока она болела? Ему что, все равно на нее? В душе стало очень темно. Темная субстанция обиды заполняла все вокруг. Она так любит его, а он? С чего она вообще решила, что он не врет? Сколько она его знает? А здесь все уже определено, за стеной лежит любящий мужчина. Она его больше не любит, пустота и ничего больше. Лиза повертела телефон в руках и положила на тумбочку. Нужно поспать и решение придет само, не сейчас. Очень устала и хочется просто дышать и быть здоровой.
***
После высокой температуры было осложнение в виде двусторонней пневмонии, два КТ и море таблеток. Дан тоже болел, но всего один день, а потом просто пропало обоняние и была сильная усталость. Хотя, когда ухаживаешь за больным, который никак не может поправиться, очень утомительно и мучительно. Своего рода испытание собственной терпимости. Дан справлялся со всем — со срывами, слезами и отчаянием. Родители хотели помочь, но ничего не могли сделать, разве что привозили горячую еду к двери. Все понимали опасность, страх был везде. Дан спал отдельно, но был рядом. Он стал опорой и поддержкой. В минуту отчаяния Лиза спрашивала себя, где же ее новая любовь? Где Глеб? Почему его нет рядом в такую минуту? Обида, разочарование. Но и с Даном ничего она на хотела. Когда болезнь отступила Лиза все же решила поговорить и расставить все по своим местам.
— Дан, нам надо поговорить.
Он сел на кровать и внимательно на нее посмотрел. Этот взгляд ничего хорошего не предвещал.
— Ты мне очень дорог и за этот месяц болезни и всех испытаний я могу сказать, что ты самый дорогой мне человек. Но я не могу быть с тобой как с мужчиной и хотела бы остаться другом, но не любимой для тебя. Это больно и ты имеешь право злиться.
— Я вижу, что ничего у нас не выходит…Ты права. — Лиза удивленно посмотрела на него? Новая тактика? Или что это? Неужели он решил ее отпустить?
— Я рада что мы поговорили.
— Скоро Новый год, ты что-то думала по этому поводу?
— Нет пока, но скорее всего хотела быть у родителей в подмосковье в загородном доме. Приедешь?
— С радостью.
— Дан, только как друг? Хорошо?
***
На празднике все же мама много раз намекала, какой хороший Дан, заботливый, при деньгах и связях. Просто идеал! Лиза и сама это понимала, он бы стал лучшем мужем для нее. Но она не смогла бы стать той единственной для него. В сердце был тот, кто не звонил и просто исчез. Она хотела написать сама, но это его поведение и наплевательское отношение, особенно на фоне заботы ее бывшего молодого человека, бесило и нервировало. А что она расскажет родителям? Что познакомилась с малоизвестным рэпером, пару раз переспала с ним, не зная ничего про него? А нужно ли отчитываться в таком возрасте? Она работает, сама стоит на ногах, зачем ей это пресловутое одобрение? Неужели мы все-таки не можем без одобрения общества и родных? И все же после праздника они поехали домой ночью. Дан был весел и спокоен, Лиза же после пары бокалов шампанского захмелела и дремала. Они домчались до ее дома минут за сорок. Дан припарковал машину и возникло неловкое молчание.
— Я могу подняться?
— Дан, лучше тебе поехать домой.
Он потянулся к ней и прильнул к ее губам. Такой родной и знакомый. Его дыхание, запах. Лиза ответила на поцелуй, закрыв глаза. Это было очень приятно. Но в голове всплыл образ Глеба. Да как она смеет?! Как может предать свою любовь? Себя? Сейчас это не закончится поцелуем, дальше они заживут как и жили до случившегося с ней. А смысл? Она не любит его. Это просто алкоголь в крови. Лиза отшатнулась и открыла дверь машины, спрыгнула с сидения и пошла к дому. Дан не стал догонять. Для него это была очередная маленькая победа. Не давить. Так сказал его психолог. Ей нужно время и она вернется, если он ещё этого хочет.
Лиза вбежала в квартиру и не раздеваясь зашла в ванную, руки дрожали. Она открыла кран и умылась холодной водой. Ничего не кончилось. Дан просто манипулирует, это очевидно. Очередная тактика завоевания.
***
В огромном мире сейчас сложно затеряться, особенно, если ты имеешь инстаграмм. Лиза нашла его без особого труда, зарегистрировалась под котиком каким-то, чтобы он не понял, хотя у него столько подписчиков, что он точно не проверяет каждого, но все же. Ей не хотелось, чтобы он думал, что она следит за ним. Хотя она и следила. Но это же не одно и тоже — она просто любуется им. Да, надо принять, что это был краткосрочный безумный роман, без продолжения. Она потеряла голову, а он теперь на нее забил. Ну и что же? Теперь ей избегать его совсем? Она даже написала
