….. недоразумение?
Смотрю на спящую куклу и не пронимаю. Лежа в комнате отдыха частного самолета она что-то говорит во сне. Её приоткрытые губы так и просят, чтобы их поцеловали, а глаза, хоть сейчас и закрыты, но я их помню – два бездонных озера, в которых не жалко утонуть. Может она носит линзы? Невозможно жгучей брюнетке иметь такие голубые глаза, в которых сегодня плескалась ненависть. Моя жена оказалась очень красивой. Не ожидал я увидеть такую…
Её фигура, которую выставила на всеобщее обозрение, идеально сложена. Как только её увидел в том клубе, сразу захотелось надеть на её паранджу, чтобы никто не смел пялиться на её грудь и стройные ноги, которые так и манили провести по ним ладонью до самых ягодиц. Сколько мужчин у неё побывало? Ни на грамм не поверю, что она девственница. Малиновский и здесь обманул.
Изначально планировал привезти девчонку в отцовский дом и там провести беседу, но после увиденного понял, что это бесполезно. Слишком большой риск оставлять её без собственного контроля, поверив ей на слово.
Девчонку никто не спрашивал, когда выдавали замуж и это пожалуй единственный факт, который может оправдать её поведение. Узнать, что я являюсь её законным мужем, для нее было таким же шоком, как и для меня, когда вместо ожидаемой ботанички с очками в пол-лица, я увидел пленительную брюнетку с голубыми глазами.
В дверь тихо постучали и в комнату вошел Камаль.
Инстинктивно поправляю её короткое платье и накрываю пледом.
- Скоро пойдем на посадку, - проинформировал друг.
- Как думаешь, долго проспит? – киваю в сторону девчонки.
- Если к стандартной дозе снотворного прибавить нехилую дозу алкоголя, - чешет затылок, прикидывая что-то в уме. – Думаю, еще часа три точно будет в отключке.
- Это хорошо. Не хочу чтобы Аза с племянниками задавали лишние вопросы.
- Ты её домой к себе повезешь? – удивлённо приподнимает бровь.
- Так легче её контролировать, - говорю так, будто оправдываюсь.
- Красивая…, - замечает мой друг, рассматривая её лицо, а мне в этот момент хочется заслонить собой, чтобы не пялился. – Планируешь взять её на правах мужа?
- Еще не решил. – разглядываю нежную молочную кожу. - Пусть врач посмотрит, тогда и видно будет.
- Готовься, - то ли ухмыляется, то ли сочувствует. – Эта русская девушка подкинет тебе немало проблем.
***
Под вопросительный взгляд Азы, заношу на руках свою ношу в дом и несу в самую дальнюю комнату. Аккуратно кладу на постель и сразу выхожу.
- Подготовь все необходимое для нашей гостьи, - даю четкие указания, - никуда не отходи от неё пока не проснется.
- Как скажете, - коротко отвечает.
Эта женщина никогда не задаёт лишних вопросов. За это её ценю и дорожу ей.
- Когда проснется, дай знать. Я буду в своём кабинете.
Закрыв за собой дверь, делаю ещё один важный звонок, после которого отключаюсь от событий последних суток и занимаюсь делами, которые успели накопиться в моё отсутствие.
- Темир Амидович, там врач пришел, сказал, что вы его ждете.
- Проводи его в комнату к девушке. Он в курсе всего, что надо сделать, а потом пусть сразу ко мне зайдет.
Пытаюсь сосредоточиться на работе, но перед глазами стоит красивая кукла, которая со вчерашнего дня прочно засела в моей голове.
Что я хочу сейчас услышать? Наверное то, что в свои девятнадцать лет она уже познала все прелести взрослой жизни. Так будет проще для всех. Мне будет легче находиться рядом с ней, воспринимая её как второсортный товар, который не стоит моего внимания.
Если в ближайшее время шумиха вокруг моего семейного положения не поднимется, то нас разведут уже через пару недель и пусть катится на все четыре стороны, вместе со своим отцом. А до этого, пусть сидит тихо и не высовывается, ей полезно будет.
Неожиданно послышались дикие крики, вперемешку с визгами, а затем звуки бьющегося стекла.
Что там говорил Камаль по поводу русской девушки?
Кажется золушка ещё не поняла, что находится не в сказке. Придется провести разъяснительную беседу…
Быстрыми шагами иду на крики, по дороге встречая перепуганного врача, явно не ожидавшего такого приёма.
- Жди в кабинете! – отдаю короткий приказ и прибавляю шаг. Не хватало еще, чтобы племянников разбудила своими истериками.
- Не трогайте меня, уберите руки, - слышу громкие рыдания девчонки.
Открываю дверь и вижу двух моих охранников, которые удерживают за руки с обеих сторон бьющуюся в истерике девушку.
- Кто дал право её трогать? – рычу, не скрывая злости.
- Господин, она неадекватная! Пыталась все здесь разнести! – объясняет один из моих людей, не замечая моей злости.
- Руки убрали и вышли. – даю короткий приказ. – Аза! Тебя это тоже касается.
Как только моя пленница оказывается на свободе, тут же бросается на меня с кулаками. Перехватываю её руки и резко дёргаю на себя, впечатывая в свое тело. Сжимаю так, что ей становится трудно дышать и она постепенно прекращает биться.
- Я же говорил, что она ненормальная, - добавляет все тот же охранник, застывший в дверях. – Вам небезопасно с ней…
- Вон отсюда! Все!
Не знаю сколько времени так стоим. Минут десять, не меньше проходит, прежде чем её рыдания начинают стихать и переходить на редкие всхлипы.
Я не пытаюсь её успокоить, подавляя сильнейшее желание коснуться волос и погладить по голове. Я никогда не отличался ни сентиментальностью, ни жалостью. Но в этот момент мне впервые хочется отменить наказание, которое планировал осуществить, показав наглядно, как не стоит себя везти в моём доме.
- Успокоилась? – спрашиваю куда-то в макушку. После того, как чувствую утвердительный кивок, разжимаю руки, чуть отстраняя девушку от себя.
Она тут же отходит на безопасное расстояние и заново начинает плакать.
- Кто дал вам право прикасаться ко мне? – смотрит красивыми глазами, опухшими от слез. – Я не давала согласие ни на какой осмотр!
- Это необходимая процедура для всех женщин этого дома, - не задумываясь отвечаю. – Тебе всё равно придётся через неё пройти.
- Я не просилась в ваш дом и по вашим законам жить не собираюсь. Лучше убей меня!
- Чего ты так боишься? – без каких либо эмоций задаю вопрос. – Того что я узнаю, что ты не такая невинная, какой мне расписывал тебя твой отец? Так я это и так сразу понял,
