Читаем без скачивания Дорога мёртвых. Том 2 (СИ) - Фир Мария

Она не помнила, как они потеряли друг друга, какая сила разлучила их, но здесь и сейчас у них появился шанс вновь встретиться.

— Куда мне идти? — прошептала она, но как ни странно, любимый услышал её и отозвался.

— Найди выход отсюда, найди его. Времени слишком мало!

— Я хочу найти тебя, а не выход! — вновь закричала Лиза, но ответом ей была тишина.

Усталости больше не существовало, а потому она долго металась среди серых тропинок и рваных, безразличных ко всему теней. Он ушёл из междумирья, поняла девушка. Сколько бы она ни звала и ни искала его, он уже не отзовётся. Мир вокруг не менялся. По ощущениям прошло много долгих часов, но в непроницаемых облаках не было признаков рассвета или заката. Опустившись на обочину безликой сумрачной тропинки, Лиза вспомнила, как попала сюда — она перестала дышать. Означает ли это, что для следующего перехода ей требуется успокоиться и здесь? Например, перестать двигаться, замереть, закрыть руками уши, чтобы не выслушивать в монотонном гуле теней голос, который исчез навсегда.

Покой накрывал её тёплым, мягким одеялом, усмиряя недавнее волнение. Стало так легко и тепло, что Лиза заулыбалась и закрыла глаза. Она обязательно найдёт любимого… потом, вот только немного поспит и сразу отправится на поиски. С чего он взял, что здесь нельзя задерживаться? Почему так волновался? Глупый эльф. Слишком хорошо, чтобы вставать и идти куда-то прямо сейчас. Спать, скорее спать. И она вновь почувствовала, как проваливается куда-то в глубину, ещё более нежную и уютную, как вдруг над самым ухом зазвучала настойчивая, тревожная песня.

Мелодия показалась ей смутно знакомой, она определённо слышала её раньше, вот только на этот раз слова были обращены к ней самой, а не к кому-то другому. И слова эти мешали уснуть, мешали забыться, раздражали слух и вселяли волнение в сердце. Хотелось спрятаться от них, не замечать, но это было невозможно. Лиза приоткрыла глаза и зажмурилась от света: сумрачный мир вокруг неё плыл, менялся. Высокий женский голос разрушал его своими заклинаниями, и девушка отчаянно хотела защитить свою новую обитель, избавиться от назойливого пения. Голос подхватывал Лизу, как сильное течение увлекает за собой маленькую щепочку, вытаскивал её из уютного тёплого места обратно, туда, где были невыносимый холод и сильная боль. Зачем?

— Нет, — было первое, что прошептала она непослушными губами, и кто-то заботливо коснулся их мягкой тряпочкой, смоченной чем-то сладковатым. Несколько капель попало на язык, и девушка невольно попыталась облизнуться.

— Да, — ответил ей голос.

Тот самый, что пел странную песню. Лиза поняла, что заклинание больше не звучит, а значит, можно вернуться обратно в сумрак. Вот только как это сделать, она не знала — туман растаял, всё исчезло, и нежные руки скользили по её щекам. Она вспомнила, где и когда слышала эту песню — её пела мама, когда-то очень и очень давно, трескучей зимой в Ольдене. «Родители нашли меня в лесу, они спасли меня», — догадка осенила ещё не проснувшееся сознание, и Лиза хотела пошевелиться.

— Мама, — тихо позвала она.

— Я не твоя мама, но ты будешь жить, — сказала целительница, поглаживая девушку по голове.

— Но я не хочу, — ответила Лиза, силясь вспомнить, почему, но потом просто сказала то, что просилось наружу, — слишком больно.

— Боль пройдёт, мы поможем тебе, — не отнимая рук, произнесла женщина. — А ты поможешь нам.

Чем она может помочь этим людям, если даже просто пошевелить пальцами не в силах? Девушка на какое-то время сосредоточилась на дыхании, удивляясь, что совсем недавно дышать ей вовсе не требовалось. Пока она молча размышляла, женщина переговаривалась с кем-то стоящим поодаль, и другой голос принадлежал мужчине, вот только слов было совсем не разобрать. «Почему, почему я ничего не понимаю?» — заметалась её душа, но спустя минуту, Лиза догадалась. Они говорили по-эльфийски! Её нашли эльфы и для чего-то вернули из сумрака!

Говорившие начали о чём-то спорить, и вскоре эльф приблизился к лежащей на столе девушке, склонился над ней и потряс за плечо.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я хочу знать, что произошло в Академии Трира! — резко сказал он, но она разобрала только «я» и «Академия Трира», все остальные слова, произнесённые сухо и слишком быстро, прозвучали набором бессмысленных звуков.

— Погоди, дай ей опомниться, — целительница говорила медленно и спокойно. Её ладони всё ещё источали согревающий свет, и, хотя Лиза чувствовала, как где-то внутри рождается мелкая нервная дрожь, прикосновения эльфийки были необыкновенно приятны. Вскоре вместо расплывчатых пятен девушка начала различать красивые, но усталые и озадаченные лица своих спасителей. Жрица заговорила вновь: — Келлард нашёл тебя в лесу с той стороны Вечных гор. Сейчас ты в старых подземельях Храма Ньир, на эльфийской стороне. Он принёс тебя через сумрачные порталы. Меня зовут Донния. А ты помнишь своё имя?

— Помню… — нахмурилась Лиза.

Эльфийка говорила с ней на языке людей, но слова произносила почти так же, как эльфийские — растягивая некоторые буквы и словно нараспев. Но главным было не это. То, что услышала Лизабет, одним махом разрушило последнюю спасительную преграду, сотканную сумрачным миром. В один миг воспоминания обо всём случившемся хлынули на неё, и она долго не могла найти в себе сил говорить, задыхаясь и надеясь вновь провалиться в спасительный туман. Донния удерживала её, маг нетерпеливо расхаживал взад и вперёд по лаборатории.

— Я знаю, кто вы, — выдохнула, наконец, девушка. Маг не понял её слов, но тут же кинулся к ней и пронзил взглядом потемневших глаз. — Велиор рассказывал мне о вас… И магистр Тэрон тоже.

— Ты знаешь Велиора? — Келлард вцепился в имя сына, единственное, что понял из сказанного студенткой.

— Да, — еле слышно ответила она и кивнула. — Он был мой… мы были вместе.

Маг нетерпеливо обернулся к Доннии, и та перевела.

— Где он, где мой сын? Где магистр? Как твоё имя, демоны тебя раздери?!

— Их убили люди из Ордена, — с трудом произнесла Лиза.

Дышать было тяжело, рука с каждой минутой всё больше заполнялась пульсирующей болью, раны на ноге и на щеке пылали так, словно их засыпали жгучим перцем.

— Ты видела это? — эльф вцепился в ворот её разрезанного на груди платья, и она ощутила дрожь в его руках. — Ты видела, как погиб Велиор?

— Нет, не видела, — хватая воздух вновь пересохшими губами, ответила девушка. — Но магистр Тэрон умер на моих глазах… и я взяла его перья.

Жрица переводила, и её прекрасные светло-голубые глаза блестели от слёз, как два маленьких серебристых озера. Маг разжал пальцы, и Донния осторожно отстранила его от девушки:

— Перенеси её в кровать, и я займусь её рукой. Не хочу, чтобы она лежала на лавке, где вы возитесь с мертвечиной.

— Почему мы должны ей верить? — он вскинул подбородок и с ненавистью посмотрел в сторону найденной студентки. — Кто она такая? Мой сын никогда не связался бы с человеческой девкой!

— Я Лиза Сандберг из Фоллинге, — вдруг сказала она, не дожидаясь перевода злобной эльфийской фразы. — Магистр Тэрон сказал, что моего отца зовут Гаэлас, и он один из призывателей.

Глава 5.1

Келлард недоверчиво замер. Лицо его сложно было представить более мрачным, чем оно уже было, но теперь оно стало похоже на застывшую болезненную маску. Он медленно сделал шаг, разглядывая Лизу вновь, так, будто только что увидел её впервые. В приглушённом магическом свете на него испуганно смотрели две пары глаз. Даже Донния, знавшая мага уже не один год, не могла бы предсказать, что он скажет или сделает в следующий момент. Здоровой рукой Лиза придерживала распоротые края рубашки, прикрывая грудь, и это маленькое действие требовало от неё больших усилий — пальцы не хотели сгибаться и всё ещё оставались холодными, как лёд.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Не может быть, — хмуро пробормотал, наконец, маг и накрыл ладонью её руку.

Её дар ещё не до конца проснулся, угнетённый миралитом и физической болью. К тому же Донния основательно потрудилась над девушкой, окружив её исцеляющими и восстанавливающими заклинаниями. И всё же ошибки быть не могло — магия в крови Лизы была такой же, как у Гаэласа. Люди из Ордена Инквизиции вынуждены прибегать к специальным процедурам и зачарованным устройствам, чтобы распознавать некромантов. Тёмные маги чувствуют друг друга при помощи своего дара, именно поэтому ни одному шпиону ещё не удалось пробраться в ряды Гильдии призывателей теней. На особом сродстве с сумраком и держались все пока ещё не уничтоженные изобретения призывателей. И Дорога мёртвых — тоже.